Читаем русскую поэзию, родня.
Она умеет то, что не умеет никто.
Александр Тихонов:
***
Verbatim
Где-то есть город,
тихий, как сон...
Роберт
Рождественский
...Из бусика выскакивают ещё двое,
на подмогу тем двоим, что решили меня заломать,
И я понимаю, что расклад перед боем,
как в песне, – не наш, но мы будем играть.
...Пожалуйста, только живи,
слышишь, живи, браток...
Это Русский Господь Бог
до забывчивых пробует достучаться:
одному – натовским ботинком в бок,
второй – пропускает в голову... Проснувшиеся домочадцы
не смеют достать мобильные телефоны.
...Ещё одного – прогибом, и четверо смелых – лежат.
– Смирно, суки! Забрать или нет автомат?
...Женский голос с балкона перекрывает стоны:
– Уходи, парень, тебя же сейчас убьют!..
...Я снова в деле, я им не дамся, брат,
Я никогда, никогда, никогда не возьму автомат,
Я не пойду туда!.. В двери опять звонят, –
Это к тебе, это опять к тебе, братишка,
Зелёный прокурор и хищная пустельга,
Серая птица смерти, забытый закон – Тайга,
как же, родимая, ты от меня сейчас далека,
Как тропа небесная к тебе легка,
Как высока караульная вышка
РУССКОЕ ПОЛЕ
Ничего ты не найдёшь
Только ветер только дождь,
Только русская тревога
Кондопога Кондопога
Только капелька свинца
Словно капелька латыни
У знакомого лица
Не остынет не остынет
Горе горькое гори
Боль болезненная пли
Штык примкни и слёзы вытри
Бей пожалуйста коли
У соломенной вдовы
Обратившейся на вы
Слёзы брызнули из глаз
Яхонт сердолик алмаз
Чёрный лик и красный облик
И платок измятый брошен
И по Яузе кораблик
И живые руки вишен
Земляника и черешня
Розмарин и абрикос
Упоительно вчерашний
День заплаканных сберкасс
И цветёт цветёт каштан
И мычит в Café-chantant
Отставной казак Горгулов
И поёт штабс-капитан:
Не сравнятся с тобой
Ни леса ни моря
Ты со мной моё поле
Студит ветер висок
Здесь Отчизна моя
И скажу не тая
Здравствуй русское поле
Я твой тонкий колосок