Резнор и Росс рассказали изданию IndieWire о процессе написания музыки к фильмам Луки Гуаданьино, айяуаске, и о статусе давно недоступного видеоальбома Nine Inch Nails 1997 года под названием «Closure»
Райан Латтанцио
Телефонный звонок от Дэвида Финчера убедил Трента Резнора и Аттикуса Росса, участников культовой индастриал-рок-группы Nine Inch Nails, начавшей карьеру в 1990-х, попробовать себя в написании музыки для кино. Всё началось с оскароносного, наполненного диссонансом образа Кремниевой долины в фильме «Социальная сеть», за которым последовали «Девушка с татуировкой дракона», «Исчезнувшая» («этот проект как-то выпадает из нашей “выдающейся” дискографии», пошутил Резнор в интервью) и «Манк», созданные для Финчера. Между ними были работы для таких проектов, как «Душа» от Disney/Pixar, сериал HBO «Хранители» Деймона Линделофа и оригинальный триллер Netflix «Птичий короб».
Сейчас Резнор и Росс, работающие в Лос-Анджелесе, откуда они провели видеозвонок с IndieWire из своей студии, стали близкими творческими соратниками Луки Гуаданьино. Их сотрудничество началось с фильма «Целиком и полностью», а затем продолжилось созданием саундтреков к «Претендентам», вдохновленным электронной музыкой 1990-х, и более неспешному, насыщенному деревянными духовыми инструментами звучанию в «Квир». Эти проекты снова вывели композиторов на оскаровскую гонку. Саундтрек к «Претендентам», мгновенно полюбившийся зрителям, — вибрирующий, словно музыкальное отражение необузданной страсти, сопровождающий напряжённые теннисные сцены с Таши (Зендея), Патриком (Джош О’Коннор) и Артом (Майк Фейст), — уже собрал множество наград от критиков и не похож ни на один другой саундтрек, когда-либо участвовавший в борьбе за «Оскар» за лучшую оригинальную музыку.
То же самое можно сказать обо всех прочих саундтреках Резнора и Росса.
Резнор отметил, что за пределами рамок Nine Inch Nails они с Россом смогли раскрыться как кинокомпозиторы, потому что их работа в кино сосредоточена на служении общему проекту: «Мы работаем ради чего-то большего, где мы не контролируем всё, а тесно сотрудничаем с режиссёром или небольшой командой, чтобы воплотить коллективное видение. Мы решаем эту загадку без груза вопросов вроде “как это будет продвигаться?” и всего остального».
Их первое сотрудничество с итальянским режиссёром Лукой Гуаданьино состоялось на проекте «Целиком и полностью» — романтической истории о каннибалах, в которой смешались мрак и нежность. Теперь Резнор и Росс стали одними из первых, к кому Гуаданьино обращается при подготовке нового фильма. В случае с энергичным саундтреком к «Претендентам» режиссёр дал им ориентир — клубная музыка из Берлина.
«Что мы ищем в кино, так это опыт совместного творчества с интересными людьми. Мы не обязательно получаем это в музыкальном мире — по собственному выбору», — сказал Резнор. «Вы упомянули разочарование в музыкальном мире? Да, культура музыкального мира отвратительна. Это отдельная тема, но то, как технологии разрушили музыкальную индустрию — не только в том, как люди слушают музыку, но и в ценности, которую они ей придают, — угнетает. Я говорю это не как старик, орущий на облака, а как любитель музыки, выросший в то время, когда музыка была во главе угла. Сейчас она, в основном, сведена к чему-то, что звучит фоном, пока вы занимаетесь чем-то другим. Это долгая и горькая история».
Что касается подхода Гуаданьино, Росс отметил: «Лука не склонен к микроменеджменту. Все его фильмы радикально отличаются друг от друга. Возвращаясь к «Целиком и полностью», думаю, его влияние на саундтрек ограничивалось акустической гитарой [на доске визуальных референсов также были «Париж, Техас» и «Горбатая гора»]. В случае с «Претендентами», когда он упомянул танцевальную музыку, перед нами встал вопрос: “Какой лучший способ рассказать эту историю?” Оглядываясь назад, у меня нет сомнений, что танцевальная музыка была идеальным инструментом для этой задачи. Она буквально оживила фильм. Думаю, слово «визионер» вполне применимо к Луке. У него есть целостное понимание того, что значат его фильмы, и его преданность этим идеям не имеет границ».
Резнор добавил, что работа с Лукой началась неформально: «“Эй, я снимаю очень сексуальную драму, любовный треугольник на фоне тенниса.” Хорошо. Затем мы читаем сценарий, в котором есть множество подсказок, но сценарий — это только часть истории. С Лукой то, что мы видим на экране, всегда больше, чем просто сценарий. Это вау-эффект, реализация того, чего мы даже не представляли».
Если в «Целиком и полностью» Гуаданьино дал композиторам полную свободу для экспериментов, то с «Претендентами» он сразу обозначил свои ожидания: «Я думаю, музыка должна стать полноценным персонажем фильма. Она должна быть неотвратимой. Она должна двигать. Я хочу, чтобы зрители буквально танцевали на своих местах, как будто это чертов рейв. Я хочу, чтобы это было агрессивно. Я хочу, чтобы фильм был весёлым». ОК, посмотрим, что получится», — продолжил Резнор.
Композиторы впервые увидели «Претендентов» без музыки, с временными композициями вместо саундтрека. «Как только мы начали вставлять свои композиции, это действительно изменило восприятие фильма», — сказал Резнор. — «Мы не знали, хватит ли у него смелости использовать такую музыку на полной громкости, даже в сценах ссоры в спальне. Но это вдохновляет — видеть, с какой отвагой он принимал такие смелые решения и придерживался их».
Резнор также отметил, что урок, который они усвоили при создании напряжённой и апокалиптической музыки для адаптации графического романа HBO «Хранители», заключается в следующем: «Если вы хотите, чтобы в сцене звучала динамичная музыка, она должна быть действительно динамичной. Она не может вежливо находиться на заднем плане, уступая место взрывам, погоням и диалогам. Она должна создавать эффект присутствия, как в клубе». Это полностью применимо к «Претендентам», где настойчивые синтезаторные ритмы становятся полноценным персонажем, наряду с актёрами. «Если она звучит недостаточно громко, она теряется и просто не работает. Мы знаем, какие проблемы возникают, когда звукорежиссёр настаивает на своих эффектах, или когда студийный продюсер говорит, что не слышит диалоги. [Лука] боролся за это на протяжении всего процесса».
Росс подчеркнул, что в «Претендентам» «это не стиль в ущерб содержанию. Лука отправляет нам список, типа: “Мне нужно музыкальное оформление для темы Патрика и Арта, темы Таши, темы для тройки”. В этих разных кусочках музыки скрыта часть повествования, которое мы создаём». Что касается сцены ссоры в спальне между Ташей и Патриком, «где музыка играет на том же уровне, что и диалог, то если смотреть эту сцену без музыки… это совершенно другое восприятие».
Перейдем к «Квир», где Резнор и Росс пошли настолько далеко, что вплели слова писателя Уильяма С. Бёрроуза в текст основной темы «Vaster Than Empire»: «Как может человек, который видит и слышит, не быть печальным?» Саундтрек сам по себе — более оркестровый, чем всё, что они делали для Гуаданьино до этого — должен также передать состояние алкоголика, писателя, влюбленного в недосягаемый объект любви (в данном случае Дэниел Крейг играет Уильяма Ли, версию Бёрроуза), который преследует его до джунглей Эквадора. Там персонажи Крейга и Старки отправляются на айяуаску и вступают в хореографированный танец, похожий на балет под ЛСД.
Их подход к этому музыкальному отрывку был почти как увертюра для классического голливудского мюзикла, где все мотивы и элементы саундтрека соединяются в одну смесь.
«В сущности, идея сцены с айяуаской, если бы вы прошли через неё с увеличительным стеклом, заключается в том, что вы уже слышали эти различные темы между Аллертоном и Ли, ведущие к этому моменту», — сказал Росс. — «Они принимают айяуаску, и мы придумали процесс обработки музыки, который превращает ее в более психоделическую версию. В сцене с айяуаской спрятано множество кусочков самой значимой для их отношений музыки, поданной в более психоделическом контейнере. Если говорить о том, как попасть в ритм их танца, то это была наша работа с картиной», а не заранее предоставленная хореографам музыка.
Резнор указал на «неожиданную ловушку» в работе над «Претендентами», заметив: «А что, если использовать структуру танцевальной музыки для создания саундтрека? Сама идея сразу вызвала удовлетворение, но затем понимаешь, что монтаж фильма не синхронизирован с нашей музыкой. Поэтому нужно создать что-то, что одновременно воспринимается как танцевальная музыка и имеет достаточно жёсткий темп... эта метрономная “тюрьма” [необходимости сохранять ритм], наложенная на бесконечные сцены, которые нужно было озвучивать и подчёркивать, превратилась в тригонометрическую [задачу]. Тут действительно были е*ические расчёты… потому что это была ситуация, где обойтись без точности было нельзя».
Резнор и Росс недавно подтвердили, что будут писать музыку для следующего фильма Луки Гуаданьино, современного триллера «After the Hunt», в котором снимется Джулия Робертс и который сейчас находится на стадии постпродакшн. Также предполагается, что они будут работать над саундтреком к переосмыслению «Американского психопата» Гуаданьино, который всё ещё находится на стадии разработки с экранным сценаристом Скоттом З. Бернсом.
Как поклонник Nine Inch Nails, я не мог не спросить Резнора о спорном видеоальбоме 1997 года «Closure», который содержит записи с туров группы «Self-Destruct» и «Further Down the Spiral». Он был выпущен в виде двойного VHS и включает сценки на сцене и за кулисами, а также многочисленные гостевые участия, в том числе Дэвида Боуи, цирк Джима Роуза и Мэрилина Мэнсона (что может создать проблему). В 2004 году Interscope Records, лейбл NIN с 1992 по 2007 год, когда Резнор стал сам издавать свои материалы, планировал, а затем заморозил выпуск DVD.
«Я пытаюсь понять, что могу сказать на этот счёт прямо сейчас», — сказал Резнор. — «Мы снова работаем с Interscope. Появился новый интерес к тому, чтобы правильно курировать и поддерживать наш бэк-каталог. Я подниму этот вопрос… я не особо следил за статусом этих проектов, так как это относительно недавнее развитие событий. Но это хорошая тема для обсуждения, потому что я хотел бы, чтобы этот материал стал доступным в каком-то удобном формате, будь то стриминг или что-то ещё».
Когда-то пиратская версия «Closure» действительно утекла в интернет. «О, я ничего не знаю об этом», — прокомментировал Резнор.