Ранее в этом году представители Космического командования США обнародовали список своих приоритетов и потребностей. Среди привычных пунктов, таких как киберзащита, связь и наблюдение, появился относительно новый термин: «интегрированные космические удары».
Это выражение, используемое военными для описания своей деятельности, стало новым словом в их эзотерическом лексиконе. По сути, «огонь» означает наступательные или оборонительные действия, направленные против противника. Армия определяет огонь как «использование систем вооружения для создания конкретных смертельных и несмертельных воздействий на цель».
Включение этого термина в план Космического командования стало ещё одним подтверждением того, что руководство Пентагона, ранее не решавшееся даже упоминать о возможности размещения наступательного оружия в космосе из-за страха вызвать гонку космических вооружений, теперь считает, что табу на разговоры о космических войнах ушло в прошлое.
«Хотя раньше мы держали это в секрете, в какой-то степени это было просто сотрясанием воздуха, — заявил генерал Ченс Зальцман, главнокомандующий Космическими силами, который также входит в состав Объединённого комитета начальников штабов. — На самом деле нам не нужно было это защищать».
Одна из причин, по которой военные изменили свои взгляды на ведение боевых действий в космосе, заключается в том, что два главных стратегических противника страны — Китай и Россия — уже тестируют возможности, которые могут уничтожить или вывести из строя военный спутник США.
Космические войска были созданы почти пять лет назад, в декабре 2019 года, для защиты интересов США в космосе. Спутники предоставляют военным разведывательные данные, обеспечивают навигацию, связь и противоракетную оборону, а в ближайшие несколько лет они станут ещё более важными для наведения оружия и управления боевыми действиями.
На этой неделе Зальцман высказал мнение военных о наступательном оружии в космосе, пожалуй, самым простым языком.
«Космос — это поле боя», — заявил Зальцман на конференции Космических сил в Орландо, штат Флорида. «Десять лет назад я бы не осмелился сказать такое. Это важная веха. Подумайте об этом. В 2014 году высокопоставленные руководители начали использовать слова «космос» и «война» в одном предложении. И хотя их поначалу ругали за это, мы видим, что это относительно новое явление, когда речь заходит о военных действиях в космосе. Я не думаю, что мы должны недооценивать его силу».
Настороженная поза
Генерал Стивен Уайтинг, четырёхзвёздный начальник Космического командования США, определил «интегрированные космические удары» как важнейшую задачу своей организации. Эти удары могут осуществляться из любой точки — на суше, в воздухе, на море или в космосе — и нацелены на объекты как в атмосфере, так и за её пределами.
Как же может выглядеть это оружие? Одним из вариантов является электронное или кибернетическое оружие, которое позволит вооружённым силам США взламывать спутники или наземные сети, поддерживающие их. Россия уже продемонстрировала свои возможности в этой сфере, когда в 2022 году хакеры совершили кибератаку на коммерческую европейскую сеть спутниковой связи, начав полномасштабное вторжение в Украину.
Ещё одним вариантом является оружие направленной энергии, которое использует лазерный луч для ослепления или дезориентации спутниковых датчиков на орбите. Это оружие может быть размещено как на земле, так и в космосе. Также существует возможность, при которой один спутник приближается к спутнику противника и захватывает его с помощью захвата или роботизированной руки, беря под контроль.
Наконец, существует противоспутниковое оружие (ASAT), которое может сбить спутник с орбиты. Это, пожалуй, самое низкотехнологичное решение, и его открыто продемонстрировали Соединённые Штаты, Китай, Россия и Индия. Однако у него есть опасные побочные эффекты.
Например, в 2007 году в ходе испытаний противоспутникового оружия в Китае был уничтожен один из собственных спутников страны, в результате чего на низкой околоземной орбите образовалось более 3000 отслеживаемых обломков — самое большое облако космического мусора в истории. В 1985 году Соединённые Штаты провели аналогичное испытание противоспутникового оружия против своего спутника.
Разрушительные противоспутниковые средства, как и оружие направленной энергии, могут быть как наземного, так и космического базирования. В 2021 году Россия запустила противоспутниковую ракету наземного базирования для уничтожения одного из своих спутников. За год до этого Космическое командование сообщило, что Россия испытала противоспутниковую систему космического базирования, в ходе которой российский военный спутник выпустил снаряд, движущийся достаточно быстро, чтобы уничтожить другой спутник в случае столкновения.
В феврале из источников в правительстве США просочилась информация о том, что Россия разрабатывает ядерное противоспутниковое оружие. По словам Джона Пламба, бывшего помощника министра обороны по космической политике, в случае применения этого оружия низкая околоземная орбита, то есть участок космоса на высоте нескольких сотен миль над Землёй, может стать непригодной для использования на год или даже дольше.
Официальные лица США утверждают, что Россия пока не разместила ядерное оружие на орбите. Однако если бы это произошло, то это стало бы нарушением статьи IV Договора о космосе 1967 года, участником которого является Россия. Этот договор запрещает размещение оружия массового поражения в космосе.
В апреле представитель России наложил вето на резолюцию, подтверждающую этот принцип Договора о космосе. Вместо этого он предложил резолюцию о запрете любого оружия в космосе, которую Соединённые Штаты отвергли. В конце концов, по словам официальных лиц США, Россия уже испытала противоспутниковое оружие на орбите.
Теперь Космические силы США стремятся иметь собственное космическое оружие.
«Чтобы иметь возможность делать это, нам нужны совместные действия во всех сферах: кибернетической, некинетической и кинетической. Они могут исходить из любой сферы. Но нам нужно иметь возможность воздействовать на цели, как и в любой другой сфере», — заявил Уайтинг.
Зная, что у нас есть
Может ли сдерживание быть эффективным, если противники не знают, как Космические силы отреагируют на угрозу?
В фильме «Доктор Стрейнджлав» главный герой утверждает, что сдерживание — это искусство вселять страх в противника, чтобы избежать нападения. В конце фильма (предупреждение о спойлерах для тех, кто не видел этот фильм 60-летней давности) ядерный удар по Советскому Союзу приводит к автоматической активации секретной российской «машины Судного дня», которая уничтожит всё живое на Земле.
По сюжету, Россия разработала эту машину, чтобы предотвратить нападение США на свою территорию. Доктор Стрейнджлав, эксцентричный и непредсказуемый военный советник в фильме, метко замечает: «Весь смысл машины Судного дня теряется, если держать её в секрете!»
Зальцман ясно дал понять, что Космические силы не могут ограничиться разработкой оборонительных мер против атак на американские спутники. Одна из таких оборонительных мер — отказоустойчивость, когда Космические силы запускают группировки из сотен или тысяч спутников, чтобы обеспечить функции наблюдения, связи и отслеживания ракет, которые раньше выполнялись меньшим количеством спутников стоимостью в миллиарды долларов — крупных и привлекательных целей для противника в конфликте с Соединёнными Штатами. Пентагон уже близок к развёртыванию этих мегасозвездий, но военное командование предупреждает, что этого недостаточно.
"Мы должны наращивать потенциал, обеспечивающий наше лидерство наступательными и оборонительными возможностями", — сказал Зальцман. "Системы вооружения по своей сути не являются наступательными или оборонительными. Авианосец — это наступление или защита? Да. Является ли F-35 наступательным или оборонительным? Да. Итак, когда мы вступаем в спор о том, является ли космический корабль наступательным оружием или нет? Нет, это просто возможность".
"Затем операции, утверждённые министром обороны и президентом, определят характер этих (возможностей)", — сказал Зальцман. "Наша задача — убедиться, что мы продумали весь спектр операций, весь спектр необходимых потребностей".
Эти сценарии военного времени в космосе могут включать в себя самые разнообразные действия: от единичной кибератаки на спутниковую систему, подобной той, что была осуществлена Россией против коммерческой спутниковой сети Viasat в 2022 году, до разрушительного ядерного взрыва на околоземной орбите, к которому, как опасаются американские чиновники, Россия может готовиться.
Пентагон также обеспокоен способностью потенциальных противников, особенно Китая, использовать свои спутники для поддержки сухопутных, воздушных и военно-морских сил, подобно тому, как вооружённые силы США полагаются на свои космические возможности.
Некоторые государственные и отраслевые чиновники предложили идею запуска на орбиту так называемых «защищающих» спутников с единственной целью — охранять важные американские спутники от атак. Эти спутники не смогут эффективно защитить космический аппарат от противоспутниковой ракеты наземного базирования, которая может быть запущена без предупреждения. Однако при атаке из космоса вражескому спутнику могут потребоваться дни или недели, чтобы приблизиться к американскому спутнику из-за ограничений в манёвренности и сложности орбитальной механики.
Любые спутники-защитники, развёрнутые вооружёнными силами США, должны иметь высокоэффективную двигательную установку или конструкцию, позволяющую дозаправляться на орбите. Тори Бруно, генеральный директор United Launch Alliance, написал о концепции спутников-защитников в публикации на Medium в начале этого месяца.
В четверг Бруно добавил немного контекста в ходе круглого стола с журналистами, описав концепцию «Защитника» как «молниеносное, дальнобойное, смертоносное, если потребуется, транспортное средство для защиты наших активов на орбите».
По сути, идея заключается в создании чего-то вроде космического буксира или разгонного блока — по словам Бруно, модернизированная версия собственной разгонной ступени ULA Centaur V могла бы отлично справиться с этой задачей — и оставить её на орбите в состоянии боевой готовности для реагирования на любые угрозы в отношении спутников США или их союзников.
«Вы можете переместить один из этих аппаратов за несколько часов, предотвратить то, что может быть атакой, и остановить атаку», — сказал Бруно. «Таким образом, это становится очень мощным сдерживающим фактором, потому что мы переходим от того, над чем работаем сейчас, от идеи «давайте, атакуйте меня и выведите из строя несколько моих спутников, а я продолжу выполнять свою работу», к идее «давайте, атакуйте. Это не сработает». Вы не сможете ничего отключить».
Случай с Китаем
Бригадный генерал Энтони Масталир, командующий Космическими силами США в Индо-Тихоокеанском регионе, является одним из самых опытных военных, когда речь заходит о китайской космической программе. В его зоне ответственности находится Южно-Китайское море, где Китай активно наращивает своё военное присутствие и, по мнению Масталира, в будущем может представлять угрозу Тайваню — союзнику США.
По словам Масталира, Китай стремится «подражать методам США» в области интеграции спутников в традиционные военные операции на суше, в воздухе и на море. «Их конкретные цели — иметь возможность отслеживать и наносить удары по важным объектам США в удобное для них время и в выбранном ими месте», — говорит он.
Стратегия Китая, известная как «отказ в доступе/отказ в зоне доступа», или A2AD, направлена на то, чтобы ограничить доступ американских войск к международным водам, простирающимся на сотни и тысячи миль от материковой части Китая. Некоторые из островов, оккупированных Китаем за последние 15 лет, расположены ближе к Филиппинам, ещё одному союзнику США, чем к самому Китаю.
Стратегия A2AD сначала распространилась на первую цепь островов (ограниченную Филиппинами), а теперь и на вторую цепь (простирающуюся до американской территории Гуам), и, как утверждает Масталир, может достичь западного побережья Калифорнии.
Официальные лица США заявляют, что Китай разместил в регионе противокорабельное, противовоздушное и противоракетное оружие, многие из которых зависят от спутникового слежения и наведения на цель.
Приоритетом Масталира в Индо-Тихоокеанском командовании, штаб-квартира которого находится на Гавайях, является защита спутников США и их союзников, известных как «синие активы», и противодействие «красным активам». Его цель — разорвать «цепочки убийств» китайских военных на большом расстоянии и защитить объединённые силы от атак из космоса.
Это означает, что Космические силы стремятся иметь возможность выводить из строя или уничтожать спутники, которые Китай использует для связи, управления, отслеживания, навигации или наблюдения во время нападения на США или их союзников.
Масталир высказал мнение, что космические возможности Китая вполне достаточны для реализации любых военных амбиций страны. «Сложность их датчиков, безусловно, продолжает расти — они становятся всё более взаимосвязанными и функциональными, что представляет собой серьёзную проблему», — отметил он.
По словам Масталира, существуют все признаки того, что Китай может нацелиться на авианосцы США, а также на ценные воздушные объекты, такие как танкеры и системы дальнего радиолокационного обнаружения и управления (АВАКС). «Это стратегия, направленная на то, чтобы не позволить США вмешаться, и такова их космическая архитектура», — добавил он.
Чиновники Пентагона считают это неприемлемым, поэтому сотрудники Космических сил в настоящее время проходят подготовку к орбитальным войнам. Однако не стоит ожидать, что в ближайшее время вы узнаете подробности об этих системах вооружения.
«Подробности? Нет, вы не получите их ни от одной военной организации. «Позвольте мне рассказать вам, как именно я собираюсь атаковать противника, чтобы они могли ответить и противостоять этому» — это не те обсуждения, которые мы собираемся вести», — сказал Салтцман. «Мы по-прежнему будем защищать некоторые из этих (деталей), но в целом, с точки зрения оперативной концепции, мы будем готовы оспаривать пространство».
Новая администрация
Космические силы, вероятно, ожидают новых политических указаний после того, как избранный президент Дональд Трамп вступит в должность в январе. Команда Трампа, занимающаяся подготовкой к смене администрации, пока не определила конкретных изменений, которые могли бы повлиять на Космические силы. Однако, существует список политических предложений, известный как «Проект 2025», который может дать некоторые подсказки.
Опубликованный консервативным аналитическим центром Heritage Foundation, проект «2025» призывает Пентагон переориентировать Космические силы с преимущественно оборонительной на наступательную роль. Кристофер Миллер, исполнявший обязанности министра обороны в первой администрации Трампа, является автором военного раздела этого документа.
Миллер утверждает, что Космические силы должны восстановить свои наступательные возможности, чтобы обеспечить благоприятный баланс сил, эффективно управлять всем спектром сдерживания и значительно усложнить планы противника по успешному первому удару по космическим объектам США.
Во время своей предвыборной кампании Трамп отказался от «Проекта 2025», но после избрания назначил нескольких авторов и участников этой политической программы на ключевые должности в администрации.
Зальцман, возглавляющий Космические силы, встретился с Трампом в прошлом месяце во время запуска ракеты Starship компании SpaceX в Техасе. Однако, по его словам, эта встреча была случайной. Зальцман уже был там для обсуждения вопросов с представителями SpaceX, а о планах Трампа стало известно только за день до запуска.
Зальцман утверждает, что в их разговоре во время запуска Starship не обсуждались никакие политические детали. Он также отмечает, что Космические силы пока не вели официальных переговоров с командой Трампа по переходному периоду.
Независимо от того, в каком направлении Трамп будет развивать Космические силы, Зальцман подчеркивает, что служба уже думает о том, как сохранить то, что Пентагон теперь называет «космическим превосходством». Это каламбур на тему «превосходства в воздухе», который мог бы показаться не менее фантастическим на заре военной авиации более века назад.
«Вот почему мы Космические силы, — говорит Зальцман. — Так что от администрации к администрации это будет оставаться неизменным. Теперь вопрос только в ресурсах и обсуждениях того, что мы хотим делать и когда, и мы готовы к этим обсуждениям».