Космическая яхта против всяких ожиданий, оказалась настолько комфортной, что Сверчков не ощутил никаких неудобств при взлёте. Он застыл у огромного иллюминатора кают-компании, любуясь тающей в размерах Землёй. Всё, что он читал о межпланетных полётах, а это были книжки "Из пушки на Луну" Жюля Верна и работа К. С. Циолковского "Исследование мировых пространств реактивными приборами", никак не подходило под его теперешний опыт. Какие там, к чертям, огромные пушки или ревущие пламенем ракеты, ничуть не бывало! Несколько минут, и ты уже на орбите против всех законов гравитации. Всплыли над планетой, словно воздушный пузырь из бездонных пучин мирового океана. По-видимому, внутри корабля работает особое устройство против силы тяжести, иным сложно объяснить отсутствие перегрузок.
Земля… Земля представилась невероятно маленькой, этакий хрупкий голубой шарик на фоне чёрного безмолвия с пронзительными точками далёких звёзд. Сбоку светила звезда Солнце. Ну и что? Она тоже не казалось тёплой и родной. Скорее наоборот, холодные резкие лучи сквозь толстое стекло, на которые можно смотреть только благодаря световым фильтрам иллюминатора.
«Что мне нужно на этом корабле, в этом чужом для меня мире? – мысленно спросил себя Герман. – Маэстро зачем-то дал мне новое имя. Можно сказать, что и крёстный. И всё же… Что я здесь делаю? Какое мне дело до местных страстей? Рассказ Ферапонта настолько поразителен, что мозг отказывается верить во всю эту фантасмагорию. Люди живут благодаря прихоти архонтов, нуждающихся в свежих эмоциях, Чушь! Нами управляют уставшие от жизни мухоморы. Дикость! Тоже мне бессмертные! И теперь я лечу на край системы Солнца, чтобы выведать, что приготовил для них местный космический злодей. А чем он хуже или лучше этих замечательных архонтов, играющих судьбами землян?
Страх… Страх потерять свою жизнь мною движет? Ничуть, ничуть не бывало. Да, мне, как всякому мыслящему существу, хочется признания самого факта моего бытия. Что в этом плохого? Мы люди, пока нас считают такими. И я страстно хочу чувствовать, что в моём существовании имеется смысл для других жителей Земли. А как иначе?
Только получается, есть, есть это проклятое «иначе»! Этот странный Наома-младший живёт по совсем другим законам. Ему, к примеру, дела нет, что будет с миллиардами людей, когда он претворит свой чудовищный план в жизнь. Только чудовищный ли? И что в нём чудовищного? Я должен верить на слово новым знакомцам, которые мне совсем не друзья, а и вообще опасные люди, готовые бросить в квантовый распылитель невинного изобретателя! Интересно, насколько велика их власть? И что, что во мне такого, что помешает принять философию межпланетного буржуя?» – размышлял Герман.
– Терзаетесь вопросом: что я здесь делаю? Не вы первый. Должен вас уверить, что ответа нет. Ну если вы только не религиозный фанатик, или наоборот, законченный нигилист, верящий исключительно в эмпирический опыт. Хотя вы недавно говорили о существовании добра? Занятно… – произнёс Ферапонт, подойдя к иллюминатору с чашкой кофе. Он испытывал ревность к новому сотруднику, способному занять его место рядом с маэстро. Впрочем, чувствовалась в бывшем военном некоторая строптивость. Та самая строптивость, которая сделала подножку судьбе Ферапонта.
«Сам, сам, сам. Всё сам, и собственной головой, дорогой товарищ Герман, будете долбиться в бетонную стену», – злорадно подумал бывший секретарь, бывший начальник станции, бывший директор корпорации и бывший диверсант. Теперь же, теперь кандидат на отправку в Берлин, куда ему не хотелось никогда и ни разу. Да и кто захочет вновь оказаться в руках безвестного архонта, изнывающего от скуки под колпаком своего «Магнето»? А ведь такое вполне могло произойти, оступись Ферапонт ещё раз.
– Да что же занятного? – возразил Герман.
– Если вы сможете раздобыть графенов на продление жизни, то вот вам и смысл. А когда найдёте, то зачем ответ, когда впереди вечность?
– Вечность? И что с ней делать?
– Вот я и говорю, что разговор преждевременен. Что, что? А никто не знает, однако живут. Я попытался наполнить земным содержанием данную субстанцию, и видите, к чему привело. Полное фиаско. Посему стараюсь не терзать свой мозг подобными глупостями.
– Вам дали вечность?
– Скажите тоже. Продлили на пятьдесят лет. Для вечности нужно происхождение. А я, как вам известно, человек с поверхности, землянин. Впрочем, как и вы.
– Ищете союзника?
– Упаси Космос. Здесь таких не водиться. Вымерший вид. Вот как мы с вами.
– И всё же?
– Стараюсь предупредить от ошибок, исключительно из личного интереса. От вашего успеха многое зависит.
– Неприятно звучит.
– Привыкайте. Здесь, знаете ли, многое звучит неприятно. Но благодаря кинизму нашего маэстро, можно дышать. Через, раз, конечно, но дышать. Согласитесь, это уже немало!
– И что же вы такого сделали?
– Влюбился. Представьте себе!
– Это возбраняется?
– Да чёрт его знает! Я до сих пор не разобрался.
– И в кого же?
– Принцессу Ти с планеты Нибиру. А теперь Её Величество, жену императора Павла Первого Архонта.
– Аго! Да вы птица с замахом.
Тем временем корабль миновал орбиту Марса и оказался в Главном поясе астероидов, остатков разорванной в клочья планеты Фаэтон. Главный, не главный, это всего лишь название. На самом деле, эти самые астероиды находятся довольно далеко друг от друга. И если намеренно не стараться, то можно миновать без особенных приключений. Но, но именно здесь, в удалённом от Пояса жизни месте, в далёком прошлом архонты возвели верфи для строительства и ремонта гигантских кораблей глубокого космоса. За многие тысячелетия на холодных осколках Фаэтона, ясное дело, обосновались самые разнообразные компании, иногда весьма сомнительные. Так вот, со стороны карликовой планеты Цереры наперерез «Модлен» мчался без опознавательных огней и прочих сигналов ржавый уродец, творчески переделанный из марсианского штурмовика в пиратский корабль.
Через кают-компанию пробежал в рубку пилота, топая матросскими ботинками на толстой резиновой подошве, Семён.
– Что происходит? – поинтересовался Герман.
– Пираты. Обычное дело для этих мест, – производя крохотный глоток крепкого кофе, сообщил Ферапонт.
– Вы с ума сошли! И что им нужно?
– Да кто ж их знает. Но могут и убить. Нас с вами на точно. Как заложники мы бесполезны, земляне, что тут скажешь. Непременно пристрелят, ну за исключением маэстро. Он у нас знаменитость.
– У вас оружие на борту есть?
– Что?! Не смешите. Гражданское судно против марсианского штурмовика? Шансов ноль, начинайте молиться.
– Я буду драться!
– Удачи. Любопытно будет посмотреть, – сморщил уголки глаз Ферапонт.
В кают-компанию медленно спустился Семён и направился к бару.
– Что за публика? – спросил небрежно Ферапонт.
– Друзья усопшего папаши Барклая горят жаждой мести.
– Ого, всё из-за твоей Нарвы! Нет, ну какие памятливые! Жаль, Гектора нет. Это ведь он выбросил их товарища в открытый космос. Нас-то за что?
– Маэстро ведёт переговоры, но, боюсь, впустую. Мутные какие-то, ничего им не надо, а держат яхту под прицелом. С идеей, в общем.
– Чем грозят?
– Дырку сделают в корпусе, и здравствуй вечность.
– Ну вот, Герман, сейчас нам сочинят плазменной пушкой отверстие метр на метр и будет вам «драться».
– А если скафандры надеть?
– Вариант, но слабый. Куда мы в них среди звёзд? Кончится кислород и амба, – сообщил Семён, опрокидывая в себя рюмку янтарной жидкости,
– Действительно, – согласился Ферапонт. – Курвуазье пьёшь? Давай и нам. Что добру пропадать.
Ввиду острого дефицита времени, темп взяли сразу чрезвычайно высокий. Бутылка быстро заканчивалась. В промежутке между порциями Геннадий показал рукой в иллюминатор на быстро увеличивающийся в размерах серебристый корабль:
– Подождите, а это что за штука летит? Зелёный заяц?
– Рано. Судя по силуэту – миноносец «Звёздного флота». Странно, что он делает в этом квадрате? – ответил Семён.
Из корабля выскочила яркая звёздочка и помчалась в сторону пиратов. Почти сразу штурмовик окутало искрящееся пронзительными молниями облако, через мгновение прыгнувшее в стороны ослепительным диском. Несколько секунд и просторы вселенной обрели прежние кондиции, за исключением исчезнувшего в свободных позитронах куска ржавого железа. Опять из чёрного полотна бесконечности сияли в иллюминатор настырные точки далёких созвездий.
Тем временем к борту «Модлен» пристыковался при помощи электромагнитных лап военный корабль «Звёздного флота». Из рубки управления выскочил маэстро и бегом направился к шлюзовой камере, приветствовать спасителей. Команда, принявшая солидную дозу коньяка ввиду неминуемой смерти, осталась у барной стойки на боевом посту. Герман попробовал встать, чтобы составить эскорт, но был остановлен грозным взглядом Семёна, хорошо разбиравшимся в космическом политесе.
– Сидеть, маэстро сам встретит делегацию.
Действительно, вскоре в кают-компанию в сопровождении Ленара вошла Нарва, сверкавшая золотыми эполетами лейтенанта имперской гвардии. Следом скрипел резиновыми траками по металлической палубе военный робот, держа на плече огромный чемодан из полированного титана.
– Вот-с, господа, наша Валькирия, – представил гостью маэстро.
– Скажите тоже, увидели пиратов, ну и пульнули квантовой торпедкой, – обворожительно улыбнулась Нарва.
– Ваше Высочество, а вы вовремя. Ещё чуть-чуть и мы превратились бы в ледяные сосульки вот с такими глазами, – Ферапонт сочинил на лице круги из пальцев, опасно качнувшись в сторону фрейлин.
– Пардон, мы слегка подшофе. Война-с, знаете ли, – поймал за локоть товарища Герман.
– Враньё, не хотели оставлять коньяк врагам, – сделал своё объяснение Семён.
– Молодцы, мальчики, чисто мужской подход!
– Вот, не дали порезвиться. Неймётся вам. И какими судьбами? – спросил Семён, крепко держась за барную стойку, словно моряк за фальшборт.
– Её Величество потребовала непременно моего участия. Пришлось надеть мундир, и вот я здесь, – Нарва подняла подбородок, призывая мужчин выразить своё восхищение её блестящей формой.
От впечатления Герман мгновенно допил остатки коньяка.
– Лихо. Наше мнение уже не счёт? Маэстро, это что такое? – возмутился Семён.
– Волюнтаризм! Дорогая Нарва, я, конечно, предполагал ваше участие, но не вот прям щас, немедленно.
– Уже неважно. Я вас спасла. В чём дело?!
– Очень вовремя спасли. Просто, в точку! – широко улыбнулся маэстро.
– Вот именно. Её Величество хотела предложить особую роль, но я сразу сказала: «Маэстро видит во мне роковую женщину». Ведь так? На что Её Величество немедленно согласилась.
– Берёте за горло без наркоза.
– Значит, договорились. И даже не думаете отнекиваться.
– Здесь без вариантов.
– Вот что значит, порядочный человек. Всегда держит слово, – похвалила Нарва, одарив маэстро искрящимся женским взглядом.
– Вопрос, какими судьбами и в наших краях?
– Что вы хотите этим сказать? – немедленно возмутилась Нарва, считавшая, что она уже и так всё объяснила.
– Я? Упаси космос. Пираты проболтались во время переговоров.
– Вот же поганцы. Так им и надо. Предатели! – сжала кулачки в кожаных перчатках Нарва. – Всё сказали?
– Ваша беспринципность просто поражает.
– А как бы я вас догнала, скажите на милость?
– Только зачем же убивать душегубов?
– Ну, хотела красиво объявиться в лучах спасительницы. Здорово, а?
– Ага, а я монгол с саблей.
– Далась вам эта Монголия? Уже второй раз слышу эту глупость.
– И ничего, все живы, в отличие от ваших знакомых.
– Пираты – это вселенское зло. Или вы не согласны? – вытаращила глаза Нарва.
– Ещё какое, – немедленно подтвердил маэстро. – Так это вы сообщили о нашей яхте злодеям?
– А как иначе? Конечно! Ваша «Модлен» такая быстрая, что не угнаться. Просто, бешеный заяц какой-то. Пришлось телеграфировать на Цереру, чтобы притормозили.
– А не успели бы к столу?
– Всё под контролем. Капитан слегка тупил, но я вовремя торпедку отправила. Толкнула под локоток стрелка и все в дамках.
– Не целясь?
– Ну да! А что? – удивилась Нарва.
– Так и думал. Семён, у тебя великолепная жена – любвеобильная! – одобрительно хлопнул по плечу маэстро.
– Налог на красоту, – оправдал свою половину анархист.
– Это что-то меняет? Послушайте, маэстро, мы же договорились! – возмутилась Нарва.
– Ещё как. С нетерпением жду вашего дебюта у Наомы.
– Ой, вы уже придумали мне роль. Какой же вы молодец. Душка, идите, я вас поцелую в лобик.
– Это чё это, – отодвинулся подальше от рвущейся из мундира груди фрейлин маэстро. – Вон Семёна целуйте. У него, видите, пар из ушей свистит.
– Сёмочка, ты ведь не сердишься? – при этих словах Нарва взяла за щёки своего мужа, словно породистого щенка и звонко поцеловала воздух рядом с носом.
– В бортовой журнал пишу. Потом разберёмся, – суровым голосом сообщил анархист, по-прежнему сохраняя вертикальное положение при помощи барной стойки.
– Вот и ладненько. Маэстро, покажите мою каютку. Я так устала за вами гоняться. Вы даже не представляете.
– Я, экселенц? Никогда! Это ведь какие муки – адовы! – согласился маэстро, выбираясь из-за широкой спины Семёна.
Глава 3 Планы, планы, планы https://dzen.ru/a/Z1mThdghuxkINL5p
Скачать книгу: https://litmarket.ru/books/most-magellana
#антиутопия #стимпанк #гиперпанк #фантастика #приключения #алекс_викберг