Все части повести здесь
Три дороги, три судьбы. Повесть. Часть 13
Арина Никитична покачала головой.
– Простите, но я не могу. Соня взяла обещание с меня и с отца, что мы вам не скажем. Если я сейчас проболтаюсь, она перестанет мне доверять. Но я скажу ей, что вы приезжали.
Роман застонал и встал со стула. Настаивать он не стал.
– Спасибо за то, что уделили время – он направился к выходу, но у двери обернулся – может быть, это из-за парня, с которым она дружила в школе?
Женщина развела руками:
– У нее со всеми вроде бы были ровные отношения. А если с кем-то были более близкие, чем с остальными – я про это не знаю.
Часть 13
Сначала она сделала вид, что не узнала его. Разыграла удивление, как могла и сделала вывод, что получилось это у нее блестяще. Нужно было дать понять Ромке, что она уже подзабыла его и совершенно им не интересуется.
– Простите... Мы знакомы? – и потом вдруг – о, Роман, если я не ошибаюсь?! Какая встреча!
– Варя, а ты что здесь делаешь? – спросил он, но быстро пришел в себя от удивления – позволь, я осмотрю твою ногу?
Она неуверенно убрала свою руку с лодыжки, и молодой человек пощупал ее осторожно. Варя старательно делала вид, что ей больно, шипела и шикала, чуть не выдавливая слезы из глаз.
– Я пришла с друзьями встретиться – сказала она – а они не пришли. Так что я осталась здесь одна.
– Позволь, коли уж я сегодня так навредил тебе, провожу тебя за столик, вон туда, там для двоих маленькие столики, и что-нибудь тебе закажу, что сама выберешь. Вроде с ногой ничего серьезного, небольшой ушиб, но лучше показаться в травмпункт.
– Спасибо тебе за заботу, Рома – мягко улыбаясь, сказала Варя – нога уже немного перестала болеть. Но я буду рада принять твое предложение.
– Тогда пойдем – он осторожно помог ей подняться и попросил опереться о свою руку.
Так они доковыляли до одного из столиков, над которым официант в черном длинном фартуке включил лампу с очень уютным, можно сказать, интимным, светом.
Роман тут же попросил молодого человека остаться, и спросил у Вари, что она предпочитает выпить. Варя ответила, что алкоголь не приветствует и попросила себе безалкогольный коктейль. Роман же заказал для себя бокал коньяка, а еще предложил девушке что-то из легких закусок. Варя не стала жеманничать и попросила Романа заказать сырную тарелку и какой-нибудь легкий салат.
– Я на минуту отойду, извини. Но сразу же вернусь к тебе. Не могу же я оставить раненую мной девушку в одиночестве!
Варя кивнула ему, в очередной раз убедившись в том, что у него просто обалденная, шикарная и сногсшибательная, улыбка.
Скоро он вернулся, и как раз принесли салат и сыр, а также лимон к коньяку. Роман протянул Варе навстречу свой бокал и сказал:
– Я еще раз приношу извинения. Должен был смотреть, куда иду. Очень надеюсь, что ты не слишком на меня сердишься, и я не нанес тебе крупного урона. Если тебе завтра куда-то нужно – могу отвезти.
– Я думаю, что с моей лодыжкой все будет в порядке. Спасибо, Рома, но завтра первое сентября, ты идешь на учебу, наверное. Думаю, сама я справлюсь.
– Да, вот сегодня мы собрались с однокурсниками, чтобы отметить начало нового учебного года. А ты, Варя, поступила куда-нибудь?
Девушка вздохнула, сделав вид, что сожалеет о том, что поступить никуда не удалось.
– С моими оценками меня разве что только в какой-нибудь колледж возьмут. Но и то не факт. Учиться надо было в свое время, и я сейчас очень жалею, что уделяла учебе мало времени.
Роман улыбнулся ободряюще:
– Ну, я думаю, ты обязательно найдешь свое призвание, Варя. Ты... сегодня какая-то другая...
– Какая? – Варя коснулась бокала губами.
– Не такая, как там, в поселке. Там ты была раскрепощенной, агрессивной какой-то, настойчивой. А сегодня ты скромная красивая девушка, немногословная и очень мягкая.
– Я на самом деле такая – рассмеялась Варя, запрокинув голову – просто тогда... это было что-то вроде защитной реакции! А ты? Вроде тебя не очень интересовали разного рода развлечения? Ты тоже сегодня немного другой. Тогда, когда мы встретились там, в поселке, ты показался мне серьезным, надутым, напыщенным и каким-то очень уж не по годам важным.
– Серьезно? Странно, никогда не думал, что выгляжу так со стороны.
– Но это так и есть! Именно потому я так и вела себя тогда!
– Я иногда прихожу сюда, с друзьями. Но в последнее время чаще, чем обычно.
– А почему?
– Наверное, потому что нахожусь в смятении.
Роман задумался, он решил, что стоит выговориться ей, этой полузнакомой девушке, тем более, она подруга Сони, и ему не терпелось хоть что-то узнать о ней.
– Варя... Ты... можешь меня выслушать? Это мне необходимо...
– Я готова тебя слушать столько, сколько угодно.
И Роман, находясь еще и под действием коньяка, который облаком окутывал его мозг, а также до сих пор ощущая в сердце обиду на то, как поступила с ним Соня, говорил и говорил. Слова текли непрерывным, и как ни странно, довольно складным потоком, а Варя внимательно слушала его, стараясь всем своим видом показать, что она очень ему сочувствует.
Дослушав до конца, она сказала задумчиво:
– Да уж... Ну и история. Знаешь, Соня всегда была немного со странностями, поэтому я не удивлена. Но ты не говорил с ее родными? Может быть, они знают причину – закинула Варя крючок, чтобы понять, поделилась ли Соня с братом, в первую очередь.
– Борис ничего не знает – сказал Роман – и конечно, во всем винит меня.
– Мне очень жаль, Роман – мягко сказала девушка – я знаю, что чертовски больно, когда разбивают сердце. Но может быть, тебе поговорить с ее матерью или отцом? Возможно, они знают причину такого отношения к тебе?
– Не думаю – Роман покачал головой – если она брату, с которым у нее очень теплые отношения, не сказала, то скорее всего, родители точно ничего не знают.
– Ром, ты прости меня, конечно, но я выскажу предположение. Соня несколько лет дружила с одним из наших одноклассников – напропалую врала Варя – там была такая история, они то сходились, то снова расходились, конечно, это была дружба, не более того, но все уже считали их парой. Все из-за Сониного непростого характера. И вот вроде бы на выпускном он снова пытался с ней... помириться. Я не знаю, удалось ему это или нет, но может быть, все дело именно в этом?! Прости, что говорю тебе – это, наверное, больно слышать. Но знать лучше, чем оставаться в неведении.
– Вот как? – Роман не хотел верить в слова Вари, но не находил причин, почему эта девушка может врать.
Ее глаза сейчас были такими честными, а взгляд таким прямым и открытым, что Рома подумал только об одном – Варя действительно искренне жалеет его и хочет, чтобы он знал, какие могут быть допустимые причины поступка Сони.
– Возможно, ты и права – сказал он наконец – ведь она даже не объяснила толком, почему не хочет больше меня видеть. Нашла какую-то глупую отговорку. Якобы мы из разных социальных слоев, и эта разница всегда будет видна. А я, дурак, поверил, хотя истинная причина, видимо, совсем не в этом.
Он опять погрустнел, и Варя положила свою теплую ладонь на его руку.
– Ром, ну, не переживай ты так! На тебя смотреть больно...
Она каким-то подсознательным чутьем осознавала, что мужчины очень любят, когда им сочувствуют, сопереживают, стараются выслушать. Потому всячески старалась показать Роману, что она умеет и слушать, и сопереживать, и сочувствовать.
– Я очень надеюсь на то, что завтра увижу ее в университете и еще смогу с ней поговорить.
Услышав это, Варя сначала смешалась, – конечно, если Рома там найдет Соню, он первым делом спросит про одноклассника, про которого она ему сейчас тут наврала и тогда, возможно, ее обман раскроется – но потом подумала о том, что слишком хорошо за совместные годы учебы узнала Соньку. Та, скорее всего, поступила в другое учебное заведение, потому что после такого этому нежному цветочку явно будет тяжело видеть Романа. Так что можно быть спокойной. Если же она окажется не права - все равно найдет, как выкрутиться, в случае чего.
– Рома, ты не мог бы вызвать мне такси, пора домой, поздно уже?
Честно говоря, парень порядком надоел ей со своими возлияниями относительно Сони, и Варе хотелось поскорее с этим покончить.
– Может быть, тебе заказать что-то еще? – спросил он, и девушке показалось, что он оттягивает момент их расставания, вероятно, ему еще хочется поговорить о Соне.
Но к такому раскладу Варя была не готова, а потому спросила:
– Можно тебя попросить кое о чем?
– О чем угодно.
– Может быть, ты не откажешься сделать со мной совместное селфи?
– Конечно. Давай. Мне тоже будет приятно с тобой сфотографироваться.
Варя достала телефон и сделала несколько довольно удачных снимков. Ромка, посмотрев на эти фото, сказал:
– Очень неплохо получилось, правда?
Он вызвал Варе такси, заплатил водителю и оставил ей свой телефон, попросив позвонить ему, когда она доедет до места. Через минут пятнадцать, когда он с нетерпением ждал звонка, она позвонила.
– Ты нормально добралась?
– Да, Рома, спасибо тебе за то, что вызвал мне такси. Сколько я тебе должна?
– Варь, ты чего, с ума сошла? Конечно, нисколько!
– Тогда спасибо и за чудесный вечер, и за беседу.
– Спокойной ночи, Варя.
– Спокойной ночи, Рома.
Довольная и счастливая, она впорхнула в свою комнату и тихонько рассмеялась от ощущения того, как же тонко и профессионально она провернула всю эту авантюру со встречей. Раздевшись, скользнула под одеяло, вошла на свою страницу в соцсети, и быстро загрузила все фото, которые сделала сегодня в «Бригантине». Одно из них поставила на аватарку, и счастливая, уснула с мыслями о том, что Роман практически в ее сетях.
Первое сентября. Университет на Советской.
Ромка с беспокойством вглядывался в студентов, снующих по территории университета. Он был уверен, что Соня обязательно придет, и тогда после торжественной линейки он обязательно поймает ее и не отпустит, пока они не объяснятся. Количество студентов с каждой минутой росло, но Сони среди них не было. Роман подумал, что слишком много народа обучается здесь и потому он просто ее не видит, во время линейки он, конечно, обязательно найдет первый курс «юристов» и постарается там найти Соню, а если это не поможет, пойдет в деканат и узнает там у декана. Декан – друг его отца, так что не откажется помочь в таком вопросе.
Когда началась линейка, он попытался найти «юристов», и нашел их неуверенную в себе, цветную стайку. Только вот Сони среди них не было.
Еле дослушав то, что говорила на собрании куратор, он первым вышел в коридор и направился в деканат.
– Рудольф Панкратович – поздоровавшись, обратился он к декану – мне ваша помощь нужна.
– Роман! Здравствуй, здравствуй, рад видеть! Чем могу помочь?
– В наш университет, на юридический, должна была поступить медалистка из поселка Сосняки, Софья Петелина. Хотелось бы знать, поступила ли она.
– А! – понимающе улыбнулся декан – дела сердечные! Сейчас посмотрим.
Он стал тыкать в клавиши на компьютере, а потом сказал, хмыкнув и видимо, оскорбившись за родной университет.
– Да, ей посылали письмо, что готовы принять у нас, и она сначала согласилась. Но потом внезапно передумала, и отправила нам письменный ответ, в котором изложила, что вынуждена отказаться от предложения, так как выбрала другое место учебы.
– Странно. А она не написала, какое?
– Нет, Роман, это уже не наше дело. Вероятно, у девушки было несколько предложений, и она до самого конца не могла определиться.
– Спасибо вам, Рудольф Панкратович.
– Я тебе могу чем-то еще помочь, Роман?
– Нет, это все, что я хотел выяснить.
– Кстати, как там Александр Валерьевич? Слышал, он с блеском выиграл очередное дело?
– Так и есть.
– Что же – передай ему от меня большой привет и пожелай удачи.
Пару дней спустя. Поселок. Дом Бориса и Сони.
Арина Никитична посмотрела в окно и сказала самой себе:
– Это что еще такое? Что за машина?
И тут же вспомнила, что именно на такой приезжал тот самый Сонин ухажер.
– Неужели это он?
Скоро ее предположения подтвердились – раздался звонок, возвещающий о том, что за воротами ожидают, когда выйдет кто-то из хозяев. Женщина поспешила туда и распахнула их. Перед ней стоял Роман, руки его были в карманах ветровки, он опустил голову и ждал, когда же ему откроют. Увидев Сонину маму, сказал:
– Здравствуйте. Простите, вы меня помните? Я Роман. Скажите, мы можем поговорить?
– Проходите – Арина Никитична пропустила молодого человека и затем пригласила его в дом – чай будете?
– Нет, спасибо. Я... не знаю, как начать, но все же... Я не понимаю, чем обидел Соню. Может быть вы, как мать, что-то знаете? Она просила меня не приезжать к ней, сказала, что не хочет меня больше видеть. Говорила какую-то ерунду о том, что мы из разных социальных слоев, но мне почему-то кажется, что дело вовсе не в этом.
Арина Никитична вздохнула.
– Знаете, Роман, Соня очень скрытный человек. Она будет все держать в себе и из нее и слова не вытянешь. Я видела, что она чем-то очень расстроена, она даже не ела несколько суток и плакала, но сколько бы я ее не пытала, что случилось, она ничего мне не сказала. Единственное, что я знаю точно, потому что она об этом обмолвилась – вы ни в чем не виноваты.
– Утешающе звучит – удрученно произнес Роман – а она случайно не обмолвилась, кто тогда виноват, если я все же тут не при чем?
– Нет, больше она ничего не сказала. Но клянусь – она очень переживала по поводу того, что... Ну, сами понимаете... Больше я не знаю ничего. И отец, кстати, тоже, хоть и пытался также, как и я, с ней поговорить.
– Самое главное, что она из-за всего этого даже мечту свою бросила, и пошла учиться в другое учебное заведение, пусть и на юриста.
– Да, Роман. И мы так и поняли, что это из-за того, что она не хочет видеться с вами.
– Но я не понимаю, почему. Послушайте, скажите, куда она поступила? Дайте мне возможность встретиться с ней и поговорить.
Арина Никитична покачала головой.
– Простите, но я не могу. Соня взяла обещание с меня и с отца, что мы вам не скажем. Если я сейчас проболтаюсь, она перестанет мне доверять. Но я скажу ей, что вы приезжали.
Роман застонал и встал со стула. Настаивать он не стал.
– Спасибо за то, что уделили время – он направился к выходу, но у двери обернулся – может быть, это из-за парня, с которым она дружила в школе?
Женщина развела руками:
– У нее со всеми вроде бы были ровные отношения. А если с кем-то были более близкие, чем с остальными – я про это не знаю.
Арина Никитична долго провожала его взглядом, что-то бормоча про себя, а когда машина отъехала от дома, сказала вслух:
– Ох, Сонька! Вот что у тебя такого случилось, что ты хорошего парня от себя оттолкнула?
Несколько дней спустя. Центр травматологии. Соня и Ира.
Учеба захватила Соню с самого начала и закружила – завертела в хороводе пар, предметов, расписаний, обычных студенческих радостей и большой жажды познаний. Она с первого дня проявила себя, как активная и способная студентка, педагоги на парах хвалили ее, а одногруппники желали подружиться, тем более, Соня была довольно общительна, несмотря на простоватую внешность. Она со всеми была одинаково вежлива и могла поддержать беседу, но пока еще сильно ни с кем не подружилась, считая своей самой лучшей подругой Иру.
Жить она все-таки стала у тетки, тем более, что Арина Никитична слезно просила ту присмотреть за «детьми».
– Ариш, ну какие дети? – удивленно спрашивала сестру Ольга – им по восемнадцать лет, женихи и невесты!
Она глубоко затягивалась тонкой сигаретой в длинном мундштуке и поправляла на голове домашний тонкий тюрбан. Она обожала их носить, считая, что эти головные уборы делают ее моложе.
– Ты им до старости будешь попы подтирать? – спрашивала она у сестры.
Обычно такой разговор заканчивался тем, что Арина Никитична бросала трубку, и тогда Ольга с победным видом отправлялась на кухню, подметая полами длинного шелкового халата идеально чистый пол.
В этот день Соня отправилась навестить Иру в травматологии. Медсестра попросила ее подождать – подруге делали массаж. Когда ей позволили пройти к ней в палату, она увидела Иру, которая находилась в положении полулежа на кровати. На ней была футболка и спортивные тонкие брюки светло-серого цвета. Девушка, не отрываясь, смотрела на свои ступни.
– Ир, ты чего, ноги гипнотизируешь? – осведомилась Соня, целуя подругу.
– Пытаюсь хотя бы пошевелить пальцами – сказала та – но у меня не получается.
И она всхлипнула.
– Ир, ну, не расстраивайся! Я верю, что ты встанешь на ноги, обязательно!Только тебе надо постараться, самой! И все получится!
– Ладно! – Ира вытерла выступившие на глазах слезы – что мы все обо мне, да обо мне! Давай, рассказывай, как дела, как учеба! Мне все интересно!
Соня, чтобы отвлечь подругу, принялась рассказывать ей все события этих дней – как преподают в университете, куда она поступила, какие лекции читают, какие педагоги и одногруппники у нее, как идут занятия.
Ира только вздыхала и улыбалась, внимательно слушая подругу.
– Ох, Сонька! – сказала она наконец, когда та закончила – если бы ты знала, как я тебе завидую! Белой завистью! Если бы не эти злосчастные качели – я бы сейчас тоже вкушала все прелести студенческой жизни!
– Да тебе еще это предстоит, не переживай! – старалась убедить ее Соня.
– Слушай, ну, а Романа ты так и не видела? А Варьку?
– Нет. Ее я видеть точно не хочу. А Рому... просто не могу. Потому и не стала поступать в тот университет, где он учится.
– А мне вот любопытно, чем сейчас эта «красотка» наша занимается. Давай-ка я сейчас зайду на ее страничку в соцсети.
Ирина принялась тыкать в телефон, стараясь что-то найти, и вдруг ойкнула и быстро положила его на одеяло экраном вниз.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.