Предложение проводить анкетирование пришло из Госдумы
Жестокое избиение семью подмосковными школьницами своей одноклассницы стало поводом для новой дискуссии - как защитить детей от травли в коллективе? Депутат Госдумы Анна Скрозникова, например, выступила с предложением проводить анонимный опрос школьников. Так можно будет заранее выявить тлеющие очаги раздора и буллинга в классах.
Мы поинтересовались мнением школьных и подростковых психологов, избавит ли это детей от насилия со стороны сверстников.
По мнению парламентария, выявлять наличие травли с помощью опросов должны сторонние организации не реже раза в течение учебной четверти, а в классы, где будет выявлена негативная динамика, должны выезжать специалисты, чтобы «прорабатывать с детьми проблемы». Хотя казалось бы для этого в каждой школе есть штатный психолог, которому ставится та же задача. А родители детей, подвергшихся травле со стороны однокашников, в свою очередь нанимают платных «мозгоправов». Зачем же еще добавлять анкетирование?
- Идея этого анонимного опроса исправно возникает примерно 2 раза в год после очередной неприятной истории, - констатирует школьный психолог Алла Матвеева. – Всплеск активности на эту тему был ровно год назад, в конце ноября 2023-го, и в феврале этого года. Опросник по буллингу можно скачать на образовательных порталах, толкование по нему вам даст любой подростковый психолог, благо это результат рассчитывается как обычный тест, по сумме баллов. Мы тоже проводим такое анкетирование. В принципе опросник отвечает целям, для которых он разработан – выявление очагов агрессивного поведения. Оно может быть не только физическим, но и вербальным (на словах), предметным (если школьник срывает зло на неодушевленных предметах, на имуществе школы или других учеников), эмоциональным (отчуждение, дезадаптация, подозрительность, враждебность, мнительность и т.д.). Иногда подросток неосознанно сам разрушает механизмы собственной психологической и физической защиты, оказываясь не просто беззащитным, но и невольно провоцируя агрессоров «вибрациями жертвы», что люди чувствуют не хуже зверей, и дети не исключение. Все это может долго объяснять любой специалист, но, как мы видим, это не работает. Мое мнение – анкетирование выявляет наличие явления и даже скрытого, тайного буллера – заводилу других, но никак его не «лечит».
Солидарны и коллеги Аллы Матвеевой, работающие вне образовательных учреждений. В качестве доводов приводят десятки педагогических и психологических исследований на основе анкетирования в школах и многочисленные отчеты об экспериментах с разными тестами, которые элементарно скачать в Рунете и изучить.
- Из них ясно, что такое явление как травля в наших школах было, есть и, боюсь, будет, так как научные труды отдельного ребенка от буллинга не спасут, - считает подростковый психолог Вероника Зубова. – Прикладная часть опросника заканчивается на том, что учителю помогут «выявить агрессивного ребенка, чтобы он в дальнейшем смог выработать свою стратегию поведения с ним». Но все, кто знаком со школьной программой, догадаются, что учителю не до этого. А работать надо не только с ребенком-агрессором, но и с ребенком-жертвой. В школьной травле, как и в той, что случается и во взрослой жизни, нет только черного и белого. В качестве аналогии: по статистике, в РФ на развод чаще подают женщины, но семейные психологи в курсе, что в половине случаев дома у заявительницы сидит тот, кто ее до этого довел, неважно, каким именно образом – пил-бил или просто вежливо, но упорно обесценивал жену как личность. Так и в школах: для травли всегда есть «спусковой крючок». Часто причиной невольно становится сам педагог, если выбирает любимчиков или просто хвалит одних, обесценивая. Детский коллектив в таком случае сразу делится на «мейнстрим» - тех, кто встает на сторону силы, т.е. учителя и его фаворитов. И на оппортунистов, которые просто из принципа начинают не любить учительских любимчиков. Бывает, что ученики, которых хвалит учитель, объединяются и начинают издеваться над теми, кого он ругает, но случается и наоборот. Агрессорами чаще становятся те, кто ощущает себя приниженным, происходит ли это в семье или происходило ранее в детском же коллективе, этом или ином. Таким ученикам необходима компенсация былых унижений и они находят ее в коллективной травле других. Вариантов истоков буллинга множество, но конкретный его источник унифицированной анкетой не вычислить, с проблемным подростковым коллективом должен работать чуткий специалист, и не раз в квартал, а на постоянной основе.
Из последних результатов анонимного анкетирования на тему буллинга среди взрослых: 75% пользователей российской соцсети сталкивались с травлей в школе, из них 35% были жертвами. А по данным ВЦИОМ, насилие, агрессия и жестокость со стороны сверстников входят в топ-3 угроз, от которых нужно защищать детей.
Автор: Жанна Голубицкая