В конце 1970-х годов резко увеличилось количество попыток бегства из Советского Союза. Не афишируемые угоны самолетов становились все более частым явлением – и хотя большинство таких попыток заканчивалось для беглецов неудачей, это был весьма опасный симптом.
Одна из таких попыток имела место в Новокузнецке. Двое молодых людей, Михаил Шаманаев и Владимир Бизунов, давно мечтали сбежать из СССР. Их никто не преследовал, оснований для неприязни к действующему строю у них тоже не должно было быть, хотя бы в силу малого жизненного опыта. Михаилу было 16 лет, а Владимиру 17. Они с детства вместе учились, затем пути товарищей разошлись – один отправился в ПТУ, а другой в техникум. Результаты в учебе оставляли желать лучшего, дома ситуация тоже была из нерадостных – у Шаманаева родители были в разводе, а у Бизунова умер отец. Есть от чего пригорюниться в таком юном возрасте!
Но гораздо больше товарищей не устраивала окружающая действительность. Спасались они чтением газет, с особенным интересом перечитывая короткие заметки и сообщения, в которых говорилось об угонах самолетов. Так, согласно одной версии, парням очень пришлась по нраву история о неких преступниках, которые ограбили банк, а затем, угнав самолет, сумели добраться до другой страны.
В этой истории существует масса неточностей и, вероятнее всего, речь шла о членах одной экстремистской группировки, которая угнала в 1972-м году самолет, летевший в США. Выкуп бандитами был получен – целый миллион, после чего они убрались в приютивший их Алжир.
Бандиты, террористы, грабители банков – какая разница? Шаманаев и Бизунов решили, что им нужно во что бы то ни стало добраться до Японии. Для того, чтобы захватить самолет парням было необходимо оружие, а где учащиеся ПТУ могли его взять? Пришлось импровизировать. Из кастрюли был сделан муляж целой противотанковой мины. Банка из-под меда была отлично, как две капли, похожа на гранату Ф-1. Отец Шаманаева был охотником, дома у него стояли охотничьи ружья, сын сделал из них обрезы. Патронов, правда, было мало, всего два, но друзья надеялись, что до стрельбы дело не дойдет.
14 мая 1979-го года друзья приехали на местный автовокзал и сели в автобус, следующий до Кемерово. Какое-то время товарищи сидели смирно, но затем подошли к водителю и сказали ему, чтобы он изменил свой маршрут и отправился в сторону местного аэропорта. Для пущей убедительности водителю показали муляж мины, после чего он послушно всех повез в нужную сторону. Протестовал только один пассажир – Николай Костин, который буквально на днях вышел из тюрьмы, где отбывал свой аж 5 по счету срок. Почувствовав с его стороны опасность, Шаманаев и Бизунов застрелили его. Больше патронов у них не было, но другие пассажиры, разумеется, об этом ничего не знали и поэтому предпочли с опасными и решительными преступниками не связываться. В тот момент в автобусе находилось около 44-х пассажиров.
Какого-либо плана у угонщиков не было. Они начали его обсуждать только тогда, когда автобус подъезжал к аэропорту. Обсуждение того, что у некоторых преступников занимает несколько лет, увлекло их настолько, что некоторые пассажиры решили сбежать. Через выдавленное окно сумело выбраться немало пассажиров. Таким образом, в автобусе осталось около 8 человек, в том числе, несколько детей.
Коллективный разум пришел к следующему плану: раздеть водителя автобуса до трусов, и отправить его с карикатурным требованием. Да-да, два миллиона рублей и вертолет. На вертолете преступники собирались добраться до Владивостока, а уже оттуда в Японию. Водитель считал иначе – он пришел к милиционерам, но с деньгами обратно не вернулся.
Примечательно, что среди милиционеров профессионального переговорщика тоже не было – наверное, как и на территории все Советского Союза – поэтому пришлось искать переговорщика. Им вызвался быть один доброволец – 21-летний милиционер Василий Шрамко. В тот день он вообще был не на службе, да и служил не в Новокузнецке, а в Прокопьевске. В аэропорту он оказался по чистой случайности – кто-то из коллег рассказал ему, что там можно приобрести дефицитные сигареты из Болгарии. Что же касается КГБ, то сотрудникам этого ведомства удалось попать в аэропорт только спустя час.
Тем не менее, невольный герой повел себя исключительно смело. Шрамко удалось уговорить преступников отпустить ребенка, который раздражал преступников плачем. А затем, когда потребовалось подвезти автобус с заложниками к вертолетной площадке, именно милиционер сел за руль, так как оказалось, что угонщики не умеют водить машину.
Власти решили тянуть время. Они передали преступникам, что предоставят им вертолет, но что касается денег, то сборы такой большой суммы могли занять какое-то время. Действовать было решено тоже по обстоятельствам – либо обезвредить угонщиков в тот момент, когда они выйдут из автобуса, либо разобраться с ними внутри вертолета. Это должны были сделать переодетые в пилотов оперативники. Сами заложники к мысли о том, что в скором времени они отправятся в Японию, отнеслись с любопытством. Так, одна из заложниц, студентка, даже попросила милиционера вынести из автобуса свой… диплом, в котором, по ее мнению, могли быть секретные чертежи.
Бизунов с Шаманаевым решили поступить следующим образом. Они выстроили заложников таким образом, чтобы оказаться в их кольце, и только затем отправились к вертолету. В тот момент, когда захватчики уже находились внутри вертолета, по ним открыли огонь снайперы. Шаманаев был убит на месте, а Бизунов сумел сбежать. В это тяжело поверить, но в возникшей из-за выключенного света суматохе (по мнению руководителей операции, яркий свет мог помешать группе захвата), он не только смог сбежать с вертолетной площадки, но и вовсе с территории аэропорта! Более того, он смог вернуться к себе домой. Вместо захватчика оперативники скрутили… добровольца Шрамко.
Впрочем, долго Бизунов дома не просидел. Собираясь на захват заложников, он захватил с собой такую незаменимую вещь, как русско-английский разговорник. Своего разговорника у Бизунова не было, поэтому ему пришлось взять его в библиотеке. Затем, во время своего бегства, он выронил его в вертолете и уже через несколько часов встречал оперативников на пороге своего дома. Впрочем, учитывая то обстоятельство, что Бизунов был несовершеннолетним, ему удалось отделаться сравнительно мягким наказанием – он был приговорен к 10 годам лишения свободы в колонии.
Что же касается Шрамко, то он был награжден орденом Красной Звезды. Научила ли эта ситуация чему-то правоохранительные органы? Пожалуй, что нет. В этой операции, которая от «А» до «Я» состояла из импровизации и веры в авось, себя продемонстрировали все отрицательные стороны советской милиции. Можно сколько угодно делать скидку на то, что это произошло в провинциальном городе, в котором, как говорится, никогда и ничего не случается и, поэтому, местным органам правопорядка нет резона готовиться к таким операциям, но это слабое оправдание.
А в нашем телеграмм-канале конкурс на 10 000 рублей: https://t.me/historyofkriminal/554