На Западе любят говорить, что для выживания Европы необходимо поражение России на Украине, но это не так, пишет испанский генерал Бернардес в статье АВС. Если посмотреть на карту, беспокойство Москвы близостью НАТО вполне объяснимо, тогда как заявления Брюсселя больше похожи на самовнушение.
Бригадный генерал Луис Фелиу Бернардес (Luis Feliu Bernárdez)
Мир на Украине должен наступить с победой Украины и поражением России. Это мнение мне кажется малореальным, и я могу это доказать. Если, как пишут в книгах, целью войны является достижение мира, то нет никаких сомнений в правильности приведенного выше утверждения. Настоящая проблема заключается именно в проблеме достижения мира. Не следует путать завоевание территории с наступлением мирной жизни. История человечества полна военных побед, которые не принесли мира. В нынешней ситуации на Украине это крайне амбициозная и нереалистичная цель. Военное поражение России спустя тысячу дней боевых действия не представляется возможным, поэтому ни для Украины, ни для России военная победа не стоит на повестке дня. Чтобы добиться своих целей другими способами, англосаксонские журналисты приводят цифры российских потерь, которые, видимо, не соответствуют действительности и являются лишь частью информационной войны, направленной на подрыв морального духа российского народа. Похоже, это единственный инструмент информационной войны, чтобы победить Россию. Естественно, не упоминаются украинские потери, которые, несомненно, очень велики. Эта невеселая игра похожа на ту, которую ведет ХАМАС в отношении жертв среди палестинцев, мирных жителей, в основном женщин и детей. Число этих жертв опровергает ООН, но необдуманно повторяют европейские политики и журналисты.
Часто можно услышать, что неудача Украины в конфликте необратимо скажется на западных либеральных демократиях, поэтому поражение России имеет ключевое значение для выживания единой и демократической Европы. Существование либеральной демократии на Западе и единой и демократической Европы находится под угрозой из-за конфликта России и Украины. Это намеренное преувеличение может удивить даже Москву, которая, очевидно, не заинтересована в завоевании всей Украины, не говоря уже о других европейских странах. Согласно фактам, а не слухам, нынешние цели Кремля заключаются в том, чтобы сохранить Крым и Донбасс под контролем России и любой ценой не допустить вступления Украины в НАТО. Это имеет особое значение для Москвы, так же как российское продвижение на Украине крайне важно для Брюсселя. Однако если изучить географическое положение Украины по отношению к России, то можно понять обеспокоенность Москвы, тогда как заявления Брюсселя больше похожи на самовнушение, чем на неоднозначную реальность.
По словам Путина, Европа для России не является постоянным врагом. Правда, в состав Украины, помимо Киева, входят регионы, отторгнутые от Польши, Венгрии, Молдовы и Румынии на западе и от России на востоке (Донбасс), а также Крым, который стал подарком руководителя СССР Хрущева по случаю трехсотлетия присоединения Украины к России в середине XVII века, что являлось утопической мечтой некоторых представителей Кремля. Для безопасности России Белоруссия и Украина должны быть ее партнерами и союзниками, что тоже кажется утопией. Ради этого были установлены границы Украины после Второй мировой войны и правления Сталина. Это привело к тому, что этнические меньшинства оказались рассеяны по всей Украине и Европе. Не стоит также забывать об украинских регионах с преобладающим католическим населением, граничащих с Польшей, и регионы с православным населением вдоль границы с Россией. Православная церковь в Киеве окончательно порвала с Москвой в 2022 году, но католики на западе Украины к ней не относятся.
В итоге Украина вряд ли сможет вернуть себе контроль над территориями, которые она потеряла с 2014 года, и не станет членом НАТО или ЕС в течение ближайших лет, пока не будут усилены гарантии безопасности для обеих стран. Это определяет политику, которой, похоже, придерживается новая администрация президента Трампа. Несомненно, он обратится к этим проблемам в первые дни после своего вступления в должность.