Как и во всех государствах своего времени, в Османской империи очень любили давать прозвища своим ближним. Фамилии тогда были далеко не у всех, особенно у людей, взятых по системе девширме. А список популярных имен был сравнительно невелик, и во дворце могло оказаться с десяток человек, которых звали Али-паша или Мехмед-ага. Поэтому прозвища использовались для их отличия и были не просто кличками, а делом официальным. Примеру придворных следовал и простой народ по точно тем же причинам.
Обычно прозвище давали по месту происхождения, определенным чертам внешности или характера. Но в некоторых случаях османы были более изобретательны, особенно если их носителем был не влиятельный царедворец, а простой человек, который не имел возможности отомстить за неприятное «погоняло».
Прозвища султанам давали после их смерти, обычно это делали историки через сотни лет. Ведь если это сделать с действующим падишахом, он может разгневаться и укоротить наглеца на голову. Самые выдающиеся правители имели их несколько – от собственных соотечественников и от европейцев. Так, Сулеймана I Законодателя на западе именовали Великолепным.
Популярным прозвищем было Безумный – некоторые правители империи были, мягко скажем, слегка не в себе. Ранние султаны часто использовали приставку к имени Гази, что означает «борец за веру». Баязид I прозывался Молниеносным за свою стремительность во время военных походов. Мехмед II вошел в историю, как Завоеватель, ибо при нем был захвачен Константинополь.
Селим I был известен под прозвищем Явуз, что по аналогии с нашим Иваном обычно переводится на русский, как Грозный. Но на самом деле, это слово означает, скорее, Мрачный. А его альтернативным прозвищем было Селим Непоколебимый. Его внука и тезку Селима II называли Пьяницей или Блондином – хотя пил он не больше других, просто стал первым султаном, кто не скрывал своего пристрастия к вину. Были также монархи с прозвищами Молодой, Святой, Охотник, Горбун, а с 17-го века многие вовсе не удостаивались клички, ведь за них правили фавориты. Или же она не становилась сколько-нибудь популярной.
Другой пласт прозвищ касается выдающихся визирей и царедворцев. Они получали их от внешности, малой родины, степени родства с государем и другими людьми. Друг и фактически заместитель Сулеймана Великолепного Ибрагим-паша в юные годы стал называться Паргалы, что означает «уроженец города Парга». Также его величали Макбул – «фаворит», а после ухода из жизни звали Мактул – «казненный».
Если прозвище оканчивалось на –лы или –ли, это обычно означало указание на город – приблизительным славянским аналогом можно считать окончание –ский. Канижели Сиявуш-паша был из венгерского города Канижа, Гюмюльджинели Насух-паша – из Гюльмючине, современного греческого города Комотини. И так далее.
Каваноз Ахмед-паша, один из нескольких визирей русского происхождения, за свое телосложение получил прозвище Бочонок. Многие царедворцы смуглой внешности носили прозвище Кара («черный») – напоминаю, что «налог кровью» собирался с жителей Балкан, и такие люди были сравнительно редкими.
Немало вельмож носило прозвище Дамат, например, сторонник Хюррем Рустем-паша. Оно означает «зять» и давалось тем, кто женился на дочери или внучке султана. Но Йеген Мехмед-паша, великий визирь середины 18-го века, назывался Племянником, поскольку являлся родственником одного из известных имамов.
Но по-настоящему османская фантазия раскрывалась, когда прозвища давали простым людям. Особенно интересными они были у янычар, которые получали клички еще в дворцовой школе, но могли менять их в течение жизни. У нас имеется список победителей в традиционной турецкой «масляной борьбе» кыркпынар. Среди них есть Вели-пастух, Большой Юсуф, Хусейн-хлеборез, Хасан Железный, Карагёз Малой, Али Помак – помак или, по-болгарски, помогач – это славянин, принявший ислам, в значении «предатель».
Широко распространены уже упомянутые клички Кара («черный») и Дели («сумасшедший» или «безумный»). Но в случае янычар последняя из них считалась очень почетной, ибо ее обладатель был бесшабашно храбрым. Вспомните воинов делибашей.