Госдума РФ приняла в окончательном чтении закон, предусматривающий обязательную проверку знания русского языка детьми мигрантов перед их приёмом в школу. И те, кто не владеет русским в степени, достаточной для «освоения образовательных программ начального общего, основного общего и среднего общего образования», приняты не будут. Что также важно — речь идёт только о тех, кто находится в России законно. Других не допустят не только до школы, но и до тестов.
Новелла ожидаемо вызвала бурю восторгов у многих родителей и педагогов. И дело здесь совсем не в великоросском шовинизме. Учителя уже давно бьют тревогу: когда в классе есть ребята, слабо владеющие русским языком, им приходится уделять повышенное внимание, чтобы они усвоили материал. Но тогда, получается, вниманием обделены все остальные. Справедливо ли это? Риторический вопрос.
А главное — пока совершенно неясно, кто конкретно будет оценивать, в достаточной ли степени дети мигрантов владеют русским языком. В законе сказано, что «порядок проведения такого тестирования устанавливается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере общего образования». То есть будет определён отдельным подзаконным актом. И вот тут, как говорится, возможны варианты.
Система, существующая для взрослых мигрантов, вызывает массу вопросов. В первую очередь потому, что очень многие иностранцы, вроде бы сдавшие комплексный экзамен, по-русски фактически не говорят. Возможно, что-то изменится после того как был принят закон, запрещающий госучреждениям передавать кому попало право приёма экзамена и выдачи соответствующего документа. Но оценить изменения можно будет, пожалуй, лишь через несколько лет.
Как же тогда быть с детьми?
Есть интересное предложение: за тестирование должна отвечать школа. Критерии и методические материалы, разумеется, «спустят» из министерства, но организовывать процесс (а главное — отвечать за результат!) должно именно то учреждение, в которое привели ребёнка. Почему? Да потому что его педагогический коллектив более всего заинтересован в объективной оценке уровня знаний потенциальных учеников: ведь им же и разгребать последствия своего решения.
Конечно, существует вероятность, что некие «уважаемые люди» предложат директору «порешать вопросики». Однако прелесть данной схемы в том, что контролирующие функции возьмёт на себя родительское сообщество — даже если его об этом никто не попросит. И стоит появиться в классе иностранному чаду, которое не в состоянии двух слов связать по-русски — родители остальных детей будут совершенно точно знать, кому предъявлять претензии. Поднимут шум на всю страну — благо современные информационные технологии это позволяют. К директору рано или поздно возникнут вопросы у суровых людей с красными «корочками». И если ответы их не устроят — что ж, тем хуже для директора…