В 1839 году в Санкт - Петербурге произошел грандиозный светский скандал, тайна которого не разгадана до сих пор, а возможно, не будет разгадана никогда.
В центре странного происшествия оказался молниеносный развод любимца царской семьи и высшего света знаменитого художника Карла Брюллова.
Разводы в высшем свете в те времена были не то чтобы редкими, но публику сверх меры не скандализировали. Неприятно, конечно, но дело житейское. Справедливости ради стоит упомянуть, что и министр двора, и император разводов не поддерживали, старались если не вернуть мир в распадавшиеся семьи, но хотя бы заставить сохранять видимость приличия. Можно все, но без скандала - это истина вне времени.
Но новость о разводе профессора Академии художеств Карла Брюллова стала для светского Петербурга настоящим потрясением. Виданное ли дело, «молодой» супруг умолял императора освободить его от супружеских клятв спустя лишь неделю после окончания медового месяца.
Свет бурлил, салоны полнились слухами, но новостей не было. В отсутствие информации ошарашенные дворяне плодили сплетни сами - мол де графиня Н., катаясь, самолично наблюдала, как художник, яростно вращая глазами, выгонял из дома на мороз юную прелестную жену. Княгиня М., по дороге в театр, своими глазами видела, как профессор вырывал из прелестных ушек жены бриллиантовые серьги и готова была поклясться, что в этот момент на красавице, несмотря на мороз, не было ничего, кроме сорочки. А баронесса К. точно знала, что причиной развода стало рукоприкладство художественно одаренного негодяя…
Ложь клубилась по блестящим салонам, наполняя свет острым зловонием. Ещё бы, такого скандала свет не помнил, пожалуй, со времен загадочного убийства любовника императрицы Елизаветы Алексеевны. Тогда питерский свет тоже решительно извлек правдивые выводы на основании мемуаров некой гувернантки из дома Охотникова. Нет, ну а что, даже если Алексей Яковлевич был совершеннолетен и бездетен, а тут гувернантка, какие мелочи, зато она во всех подробностях описала сцену трогательного прощания императрицы с любимым - видимо, любовники без гувернантки проститься друг с другом не смогли.
Итак, вернемся к фактуре. По прошествии 41 дня после венчания Карл Брюллов подал прошение о разводе министру двора и императору и в личной беседе привел настолько веские обоснования, что прошение было удовлетворено.
Свет так и не узнал, что явилось подлинной причиной радикального разрыва между супругами - не просто разъезд, а развод, разрыв - значит, произошло что-то такое, что исключало даже намек на общность людей, поклявшихся перед Богом и людьми быть вместе и в горе, и в радости, и пока смерть не разлучит их…
Попробую восстановить хронологию событий, вдруг, выстроив простую цепь фактов, пойму, что стало причиной этого невероятного происшествия?
Карл Брюллов, о жизни которого я писала раньше, на мой взгляд, вовсе не тяготел к созданию семьи. Его собственный семейный опыт был крайне негативным - напомню, что любящий отец в прямом смысле выбивал из детей идеальное мастерство, Карл после папиной затрещины оглох на одно ухо. Безропотная мать тоже на создание семьи не вдохновляла. Личная жизнь Брюллова была связана с блестящими аристократками, романы вспыхивали и затухали, любовь и страсть без обязательств - непреходящая влюбленность в очередную модель - неиссякающий источник вдохновения. Он не красавец, полноват, низковат, да что с того, он знаменитость, и романам нет числа.
На момент волнующих событий Брюллову уже 38. Он богат, он профессор Академии, к нему очередь из желающих иметь интимный портрет ( то есть тот, что висит в салоне для самых близких, не парадный и холодный, как у Винтерхальтера, а тот, в котором все тепло и симпатия художника). Думал ли он о женитьбе?
И вдруг как озарение - встреча в театре. Дочь рижского бургомистра Вильгельма Тимма, Эмилия, девушка, похожая на хрупкий цветок, прибыла в Санкт-Петербург с семьей, чтобы навестить брата, студента Академии художеств. Прелестная внешность, милейший характер, несомненная музыкальная одаренность - ангел, а не девушка. А ещё этой девушке 17 лет. Искра налицо.
Художник покорен прелестью и грацией Эмилии. Он даже в чем-то повторяет историю Марио Каварадосси, придав черты Эмилии образу Марии Магдалины.
Не за этот ли грех постигла художника жестокая кара? Или в этой картине Проведение посылало художнику некий знак, намекая на былую порочность героини?
Яркая Эмилия, девушка из семьи, близкой к искусству, с хорошим домашним образованием, видимо, смогла сломать убеждение старого холостяка и вызвала желание создать свою семью. Удивительно, но пример матери - музыкантши, не сумевшей защитить Карла от сумасбродного отца, не предостерег Карла. Да в этой истории вообще много странного.
Итак, предложение сделано, принято и свадьба назначена на январь 1839 года.
Вот тут-то и начинаются странности. Жених вдруг резко изменил отношение к свадьбе, избегал даже упоминать о ней.
Александр Брюллов, брат живописца, писал: «...В самый день свадьбы Карл оделся, как он обыкновенно одевается, взял шляпу и, проходя через мастерскую, остановился перед копией Доменикино, уже оконченной. Долго стоял он молча, потом сел в кресла. Кроме его и меня в мастерской никого не было. Молчание длилось еще несколько минут. Потом он, обращаясь ко мне, сказал: «Цампиери как будто говорит мне: «Не женись, погибнешь»...»
А как же парадный костюм? Цветы в петлице? Радость?
Ничего себе.
Сама свадьба, состоявшаяся в Петербурге, по свидетельству историка Владимира Порудоминского, автора книги о жизни Карла Брюллова, была также весьма странной: «Свадьба профессора живописи Карла Павловича Брюллова была незаметной до крайности – все тихо, обыкновенно, непразднично, даже ростбиф Лукьяну (слуга Брюллова) не заказывался. В лютеранской церкви святой Анны, что на Кирочной улице, народу почти не было – только близкая родня. Брюллов в продолжение венчания стоял, глубоко задумавшись, и ни разу не взглянул на невесту; лишь изредка он поднимал голову и неприлично торопил пастора с окончанием обряда». Порудоминский утверждает, со ссылками на письма друзей Брюллова, что никто из них не подозревал о браке Карла до того, как их поставили в известность об уже свершившемся факте.
Что же могло случиться перед свадьбой? Что смогло разрушить осознанные намерения зрелого человека наконец-то создать свою семью и превратило их в пыль?
Попробуем вновь обратиться к салонным сплетням.
Злые языки утверждали, что именно перед свадьбой Эмилия зачем-то решилась открыться жениху и призналась, что уже не невинна. Могла ли эта новость буквально подкосить зрелого мужчину, более чем опытного в альковных делах? Кто знает… Нежная чистая лилия, прелестным голоском очаровывавшая салоны каватиной Нормы, оказалась, как и героиня оперы, не невинной жрицей, а матерью и опытной любовницей ветреного Поллиона?
Могла ли подобная новость стать для Брюллова шоком, вызвавшим последующее странное поведение? Да как сказать, видимо, все зависело от того, кто именно явился тем, кто похитил честь юной девы. А вот это открытие и могло обусловить далее произошедшее, настолько оно было чудовищно.
Итак, свадьба все же состоялась. По всей видимости, Брюллов постарался забыть то, о чем сообщила ему Эмилия перед свадьбой в надежде, что все поправимо, ведь девушка не назвала имени любовника.
Но произошло то, что разрушило все надежды - Брюллов вернулся домой раньше времени и увидел жену в позе, не оставляющей сомнений - любовником Эмилии, или одним из них (как вариант) был её родной отец.
И вот после этого Везувий извергся, погребая под слоем грязного пепла все надежды художника, пусть даже без доверия и счастья, на семейную жизнь.
Трудно представить человека, который смог бы переварить и принять такие новости о своих новых родственниках.
Брюллов повел себя исключительно порядочно - никто, кроме императора и министра двора, не узнал о причинах, по которым о разводе муж попросил через 41 день после свадьбы. Да и император вряд ли пожелал бы огласки такого неслыханного происшествия!
Салоны же обвинили во всем Брюллова. Вырванные из ушей серьги, сорочка на нежной девушке на морозе - за неимением информации свет поверил в выдумки. Портреты кисти Брюллова исчезли из салонов и выставок, двери светских салонов закрылись, клиенты испарились. Лишь Юлия Самойлова поспешила к другу и была рядом.
А между тем семейство Тимм и Эмилия вели себя, как жертвы. Нежная девушка, белый балтийскай цветок, сохранила свое положение любимицы света, отправилась в Париж на обучение к Шопену, и через пару лет после развода повторно вышла замуж за Алексея Греча, сына питерского издателя.
Слава бургомистра Тимма и вовсе бежала впереди него - он и меценат, он и покровитель искусств, он и музыкант, он и отец выдающихся детей.
А между тем, интересно узнать мнение о нем Гречей, породнившихся с Тиммами и бывших с ними одной семьей целых шесть лет.
Известна переписка издателей Николая Греча и Фаддея Булгарина. В их письмах часто можно встретить вот такой эпитет, адресованный Тимму: «скотина Тимм!». Более резки высказывания Греча относительно кончины брата-близнеца Эмилии в 1844 году: «Третьего дня скончался бедный Эмиль Тимм. Это не несчастие. Он бы всю свою жизнь был болваном из болванов. Что за отец у них! Ученый урод». Или чуть позже: «Вчера схоронили мы бедного Эмиля Тимма, жертву глупости и… взбалмошного отца. Смерть его была для него благодеянием, ибо он всегда играл бы в свете самую жалкую роль».
И совсем интересно о его невестке Эмилии и её отце:
«Она не девочка нынче, а опытная, слишком опытная женщина. Если же Алеша в этом не успеет, то я утверждаюсь мыслию, что все это расположилось к лучшему. Она женщина предобрая, но родня ее поганая, особенно отец, шут и гаер, со всею своею ученостью, притом фальшивый двоедушник! Нет! В Германии немцы не таковы. Поспешаю тебя уведомить, что я попросил согласие старика Тимма на брак его дочери с Алешею и отправил тотчас в Гейдельберг с письмом к пастору, который будет махать руками».
Есть ли причина не доверять старику Гречу? Возможно, именно он и отписал истинную сущность Тимма, мецената и растлителя несовершеннолетней дочери?
Мне не до конца ясно отношение Эмилии к её ужасному положению- она страдающая жертва - покорная дочь, а может, просто отличная актриса?
А может, всего этого и не было?…
Одно в этой мутной истории для меня совершенно ясно - Карл Брюллов оказался не только великим художником, но и порядочнейшим мужчиной.
Ни звука не проронив, в ущерб своей чести, достоинству своей несостоявшейся жены, он позволил Эмилии прожить жизнь порядочной женщины, жены и матери.
Сколько ток шоу в наши дни посетил бы человек в подобных обстоятельствах, как вы думаете? ..