Аннотация: В статье приводится краткий обзор жизнедеятельности митрополита Крутицкого Евсевия (Никольского). Период его архипастырского служения совпал с переломным этапом в истории Русской Православной Церкви и Российского государства. Последние годы своей жизни митрополит Евсевий провел в Москве. В 1922 г., после ареста Святейшего патриарха Тихона (Беллавина), формально руководил Церковью, исполняя возложенные на него обязанности. Этому высокому служению предшествовал более чем двадцатилетний период служения в отдаленных епархиях, нуждающихся в добрых и талантливых миссионерах. В данной статье рассматриваются основные вехи служения владыки Евсевия на Дальнем Востоке и его вклад в распространение в этом регионе православия.
В 2022 г. исполнилось 100 лет со дня кончины митрополита Крутицкого Евсевия (Никольского), многие годы трудившегося на ниве Духовной миссии и способствовавшего укреплению православия на Дальнем Востоке и в Корее. В данной статье рассматриваются основные вехи миссионерского служения владыки Евсевия.
Высокопреосвященнейший Евсевий, в миру Евгений Иванович Никольский, родился в Тульской губернии 21 января / 2 февраля 1860 г. в священнической семье. По окончании духовного училища, поступил в Тульскую духовную семинарию, которую окончил в 1881 г. Продолжил свое обучение в Московской духовной академии. В 1885 г. окончил курс обучения, успешно «защитив» кандидатское сочинение «Предсказание пророка Исайи о Деве и Эммануиле»[1] . Евгений Иванович избрал путь служения по духовно-учебному ведомству[2] и был направлен в Могилевское духовное училище на должность преподавателя русского языка[3] . Здесь же, в 1893 г. принимает монашеский постриг с именем Евсевий в честь мученика Евсевия Самосатского и становится священнослужителем. В том же году он был назначен на должность ректора Иркутской духовной семинарии. Непродолжительное время исполнял обязанности редактора «Иркутских епархиальных ведомостей». 24 января 1897 г. архимандрит Евсевий (Никольский) был поставлен в епископа Киренского, викария Иркутской епархии. С этого времени его дальнейшее служение связывается с миссионерской деятельностью, поскольку с принятием епископского сана, владыка Евсевий принял на себя руководство Иркутской духовной миссией[4] . Однако, служение в Сибири продолжалось недолго, и уже 4 октября 1898 г. епископ Евсевий был переведен на самостоятельную Камчатскую кафедру. По отзыву преосвященного Никандра (Феноменова), за время своего служения, владыка Евсевий, кроме заочного руководства миссионерством и исполнения многих обязанностей по миссии, совершил три поездки по миссионерским станам[5] .
Необходимо отметить, что начало миссионерской деятельности епископа Евсевия было ознаменовано важным событием — изданием акафиста первому сибирскому святому свт. Иннокентию Иркутскому[6] . Общецерковное прославление святого состоялось в 1804 г., с тех пор создавались различные литургические и агиографические тексты, посвященные свт. Иннокентию. Написание нескольких вариантов акафистов приходится на вторую половину XIX в.[7] Ранее, акафист, опубликованный преосвященным Евсевием, хотел издать архиепископ Иркутский Парфений (Попов), но вследствие публикации в это же время акафиста, составленного Львом Митропольским, ему было отказано[8] .
В дни рассмотрения дела об издании акафиста, владыка Евсевий уже находился в пути к новому месту своего служения. Прибыв в Благовещенск 4 февраля 1898 г., преосвященный приступил к управлению вверенной ему Камчатско-Благовещенской епархии[9] , которая спустя короткое время была разделена на две части. После разделения, с 24 декабря 1898 г. владыка Евсевий был назначен на Владивостокскую и Камчатскую кафедру, которой руководил вплоть до 1918 г. С двадцатилетним периодом архиерейского служения владыки Евсевия связано активное развитие епархии. По словам митрополита Нестора (Анисимова), владыка Евсевий «оживил всестороннюю духовную работу в крае»[10]. Действительно, многое было сделано на ниве как внутренней, так и внешней миссии.
Необходимо отметить, что миссионерская деятельность архиерея тесно связана с его административными обязанностями. Владыка Евсевий определял пути развития миссии и, хоть и не всеобъемлюще[11], но контролировал этот процесс. Поэтому, имея собственные достижения, преосвященный становился соучастником частных успехов миссионеров в выполнении общего дела. Учитывая данные обстоятельства, обратим внимание на наиважнейшие достижения в деле миссии на Дальнем Востоке.
В первую очередь необходимо отметить, что преосвященный Евсевий старался увеличить уровень просвещённости своей паствы. Для этого, в рамках управления епархией, были организованы Епархиальный училищный совет и Епархиальный комитет Православного миссионерского общества. Было открыто несколько монастырей, множество церковноприходских школ (в том числе корейских) и храмов. Заметим, что согласно «Правилам об устройстве миссии», приходы являлись важным элементом миссионерской деятельности[12].
Следствием развития церковно-приходской жизни епархии стало появление собственного периодического издания. Немаловажной его частью являлся миссионерский раздел, включающий в себя статьи о проповеди среди язычников, сектантов и раскольников. Начало издания «Владивостокских епархиальных ведомостей» происходило по инициативе владыки Евсевия[13], и по замечанию их редактора священника В. Давыдова, являлось «делом большой смелости»[14].
Также по благословению владыки Евсевия и при его поддержке были созданы миссионерские братства: Камчатское Православное братство и Уссурийское Православное братство Пресвятой Богородицы, деятельность которого была ориентирована на корейцев. Миссии среди последних владыка Евсевий уделял особое внимание, поскольку, с одной стороны, большое количество корейцев переселялось в Россию, с другой, Духовная миссия в Корее находилась в его ведении с 1908 г.
В 1910 г. в Иркутске состоялся съезд миссионеров, участие в котором принял и владыка Евсевий[15]. Пятая секция данного съезда занималась рассмотрением вопросов миссии на Дальнем Востоке. На одном из заседаний рассматривалось предложение преосвященного Евсевия о соединении Корейских миссий — заграничной в Сеуле и внутренней во Владивостоке — под единым руководством викария Владивостокской епархии[16]. Позже владыка Евсевий представил свои размышления об улучшении миссионерской деятельности среди корейцев. Кроме вышеприведённой меры, он предложил учредить новые станы миссии, увеличить количество катехизаторов, ввести особую миссионерскую должность во Владивостоке и облегчить части корейцев прием в русское подданство[17]. Немаловажно, что предложения владыки Евсевия не выходили за рамки решений Иркутского съезда. В 1913 г. во Владивостоке состоялся Первый епархиальный миссионерский съезд, решением которого было открыто катехизаторское училище для новообращенных в православие корейцев.
После 1917 г. служение владыки Евсевия постепенно утратило прежний миссионерский характер. В первую очередь, его дальнейшее служение было связано с деятельностью Поместного Собора 1917 г. и с личностью Святейшего патриарха Тихона (Беллавина). Свт. Тихон назначил архиепископа Евсевия своим наместником в Москве. 18 февраля 1920 г. он был возведен в сан митрополита Крутицкого. Высокое назначение владыка принял как временное, с условием, что при первой же возможности ему будет предоставлено право вернуться в свою родную Владивостокскую епархию. Находясь в Москве, митрополит Евсевий поддерживал переписку с начальником Духовной миссии в Корее архимандритом Феодосием (Переваловым), по словам которого, главной причиной сохранения миссии в послереволюционные годы являлась поддержка Владивостокских архиереев, «отечески советовавших… держаться до последней крайности»[18]. В одном из последних писем митрополит Евсевий сообщал: «Очень жалею, что не пришлось мне возвратиться домой, во Владивостокскую епархию. Здесь я чувствую себя не “дома”, а как бы гостем. Одно утешение: уж очень хороший Святейший Патриарх Тихон и быть вместе с ним великое счастье. Отношение москвичей ко мне самое доброе и хорошее, но одно скажу, что до сих пор я очень скучаю по Востоку и хотел бы возвратиться туда, но да будет на все воля Божия»[19].
Митрополит Евсевий так и не вернулся «домой». С октября 1922 г., в результате действий революционной армии Дальневосточной республики начался стремительный упадок Владивостокской епархии. Возвращаться было некуда. А вскоре, жизнь и самого митрополита Евсевия подошла к концу. 18/31 января 1922 г. владыка Евсевий умер в Москве и был погребен на кладбище Новодевичьего монастыря.
Ссылки и примечания:
1. Никитин Д. Н. Евсевий (Никольский Евгений Иванович), митрополит // Православная энциклопедия. Т. XVII. М., 2008. С. 270.
2. Отдел рукописей Российской государственной библиотеки (далее — ОР РГБ). Ф. 172. К. 31. Д. 8. Совет Московской Духовной Академии. Дело № 38 с заявлениями кандидатов о желании поступить на службу по духовно-учебному ведомству. Л. 91.
3. ОР РГБ. Ф. 172. К. 31. Д. 10. Совет Московской Духовной Академии. Дело № 30 о распределении окончивших курс воспитанников на вакантные должности в семинарии и училища. Л. 38 об.
4. Пидгайко В. Г. Киренское викариатство // Православная энциклопедия. Т. XXXIV. М., 2014. С. 132.
5. Российский государственный исторический архив (далее — РГИА). Ф. 796. Оп. 442. Д. 1668. Отчет епископа Киренского Никандра (Феноменова) о состоянии Иркутской Духовной Миссии за 1897 г. Л. 95 об.
6. РГИА. Ф. 796. Оп. 178. Д. 3614. Дело по донесению Санкт-Петербургского духовного цензурного комитета о разрешении к напечатанию рукописи преосвященного Евсевия, епископа Киренского, под заглавием: «Акафист Святителю Иннокентию, Иркутскому Чудотворцу». Л. 5.
7. Терехин В., диак. Святитель Иннокентий, епископ Иркутский: особенности возникновения культа сибирского святого // Вестник Омской Православной Духовной Семинарии. 2016. № 1. С. 154.
8. Попов А. В. Православные русские акафисты. М., 2013. С. 167.
9. РГИА. Ф. 796. Оп. 178. Д. 801. Дело о бытии Преосвященному Киренскому Евсевию епископом Камчатским. Л. 5.
10. Нестор (Анисимов), митр. Моя Камчатка. Записки православного миссионера. Сергиев Посад: Изд-во Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1995. С. 103.
11. Слезкина О. В. Проблемы деятельности миссионеров синодальной внутренней миссии (по материалам журнала «Миссионерское обозрение» за 1896–1916 гг.) // Свет Христов просвещает всех: альманах Свято-Филаретовского православно-христианского института. 2012. № 5. С. 66–94.
12. Утвержденные Св. Синодом правила об устройстве внутренней миссии православной русской церкви // Миссионерское обозрение. 1908. № 6. С. 937–945.
13. От редакции // Владивостокские епархиальные ведомости. 1903. № 1. С. 1.
14. Кукушкина О. К. «Владивостокские епархиальные ведомости» из истории православных журналов в России в начале XX века // Альманах «Казачество». 2017. № 28. С. 70.
15. Карпук Д. А. Обстоятельства созыва Миссионерского съезда в Иркутске в 1910 г. и рассмотрение на нем вопросов о российских заграничных духовных миссиях // Вестник Исторического общества Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2021. № 2 (7). С. 46.
16. Журналы миссионерского съезда в г. Иркутске 1910 г. Иркутск, 1910. С. 38.
17. Архив внешней политики Российской империи. Ф. 150: «Японский стол». Оп. 493. Д. 38. Дело Ι-го Департамента Духовная Миссия в Сеуле. Л. 56.
18. Шкаровский М. В. Русская Православная Духовная Миссия в Корее // Христианское чтение. 2010. № 2 (33). С. 92.
19. Хисамутдинов А. А. Владивосток. URL: https://www.4italka.ru/nauka_obrazovanie/istoriya/ 341686/fulltext.htm (дата обращения: 15.10.2023).