Обсуждение сирийского вопроса, пожалуй, стоит начать с наиболее свежих новостей, которые являются лучшим ответом на ряд животрепещущих вопросов, о которых спекулируют.
Асад жив-здоров, вместе с семьёй находится в Москве, где получил политическое убежище. Экс-президент Сирии прибыл в Москву. Россия предоставила ему убежище, сообщает ТАСС со ссылкой на источник в Кремле. Он приехал вместе с членами своей семьи. Позднее эту же информацию утвердило ещё одно агентство — РИА Новости.
Президент Сирии Асад с членами своей семьи прибыл в Москву. Россия, исходя из соображений гуманитарного характера, предоставила им убежище.
Что же, вывод здесь ровно один: можно не обращать внимания на то, что источник является анонимным. Важно другое — крупнейшие информ агентства России предоставили официальную информацию о судьбе Асада, потому что официальные лица видят, какая была развёрнутая атака, как сразу же начали распространять фейк о якобы гибели Асада.
Наши уважаемые «коллеги и партнёры», в кавычках, запустили всё это. Между прочим, Аль-Джазира. О чём стоит помнить на будущее, потому что это явно не последний фейк с их стороны в данном конфликте.
Более того, была предоставлена информация и о судьбе российских баз. По словам собеседника агентства, лидеры вооружённой оппозиции гарантировали России безопасность военных баз и дипломатических учреждений в Сирии.
Источник подчеркнул, что в Москве надеются на продолжение политического диалога ради интересов сирийского народа и развития двусторонних отношений между Россией и Сирией. Россия всегда выступала за поиск политического решения в урегулировании сирийского кризиса и исходит из необходимости возобновления переговоров под эгидой ООН, — указал источник.
Стоит отметить, что ещё вчера ходили слухи о том, что представители сирийской оппозиции ищут контакты с официальными представителями России. А главное, что судьба баз пока отнюдь не решена. Их вполне могут попросить оставить.
Почему, строго говоря? Потому что политика политикой, а реальность реальностью.
Что мы можем сказать на данный момент? Сирии предстоит внутренняя гражданская война, а также череда внешних интервенций. Кто сказал, что Россия будет лишней в этом раскладе? Кто сказал, что в Сирию будут вмешиваться только те силы, которые дружественны режиму?
Пока что всё это вопросы открытые. Возможно, нас попросят вывести базы. Возможно, мы их там сохраним.
Главный вывод, который следует сделать из того, что так много говорят в Европе и так мало в странах, имеющих отношение к конфликту, следующий: падение режима Асада не было запланированным, оно радикально меняет баланс сил в регионе, и никто не готов предсказать, какие друзья завтра пересорятся, желая поделить Сирию, а какие враги завтра помирятся, осознав, что у них общие интересы.
И поэтому пока нет дурных, чтобы рвать отношения с Россией.
Но интерес региональных игроков — это одно. А вот что с нашими собственными интересами?
Скажем сразу, что, в отличие от 100% диванных экспертов, правительство России однозначно вошло в эту ситуацию подготовленным. Кто и о чём договаривался, что там было понятно уже давно и о чём Россию предупредили, это скоро станет ясно.
Скажем прямо: ходят слухи о том, что в России уже не выдают. Впрочем, это не столь важно. Важно то, что сюрпризом для начальства всё случившееся явно не стало.
Напомним, что Владимир Владимирович ещё в 2017 году в Кремле, принимая Парад Победы, уже отлично понимал многое и сказал в своей торжественной речи крайне важную фразу:
"Мы не можем быть большими сирийцами, чем сами сирийцы".
Тогда, на фоне общего триумфа, да ещё и в парадной речи, никто не придал должного значения этим словам. Но они оказались более чем пророческими.
Сегодня уже ни у кого не вызывает вопросов, что имел в виду Путин в тот день. Стало быть, наш президент предвидел многие сценарии ещё тогда, когда другие ни о чём, кроме ликования, не думали.
В те годы у России был откровенный интерес в том, чтобы не позволить Катару перебросить газопровод через Сирию в Европу. Сегодня же эта ситуация устарела до такой степени, что смешно даже вспоминать, что тогда это нас интересовало.
Это, разумеется, к вопросу о том, за что же проливали кровь наши ребята. Так вот, если бы Европа соскочила с газовой зависимости от России лет на 5–7 раньше, когда мы ещё не были готовы выдержать санкционный удар, то и вся ситуация могла бы денатурироваться раньше.
А мы тогда были ещё не готовы. Да и положение России сегодня, в том числе на Ближнем Востоке, таково, что нас уже не заботит ряд проблем, которые были важны тогда, например, замыкание террористической дуги.
Сегодня у нас другие вопросы: Армения и НАТО, которая рвётся к Каспию.
Сирийская операция вывела Россию на качественно новый уровень влияния в важнейшем регионе планеты, сделав её там одним из ключевых игроков.
Также она, несмотря на свой ограниченный формат, обеспечила уникальный военный опыт нашим вооружённым силам, что в наступившие времена просто бесценно.
Ещё российская мощь в Сирии в 2015 году поломала планы Запада использовать эту страну, вернее, её территорию, в антироссийских играх.
Большая часть российских достижений совершенно непоколебима. Угроза террористической войны на наших южных границах ликвидирована, во всяком случае в обозримой перспективе.
Военный опыт остался при нас. Сирийской операцией Россия выиграла у Запада почти 10 лет, за которые мир изменился до неузнаваемости, и Запад уже сильно не тот, что был в 2015 году.
Таким образом, имея весьма скудную информацию о реальном положении дел, при слишком большом количестве криков и паники, можно подвести пока очень простой итог всей этой ситуации.
Разговоры о том, что как-то пострадали интересы России, наш имидж на международной арене или планы на будущее, просто ни на чём не обоснованы.
Если бы пострадали, новые власти Сирии не искали бы договорённостей с нами.
Что касается планов на будущее, они у нас незыблемы. Россия ни на грамм не отклонилась и не распылилась от своих главных приоритетов.
И пока можно сказать одно: мы помним, как дрались американцы из Афганистана, а напавшие талибы их обстреливали наголо.
Ни разу не похоже на нынешнюю ситуацию в Сирии, где с большой вероятностью мы можем остаться.
Продолжая анализ ситуации вокруг Сирии и положения России в этом конфликте, следует учитывать как геополитические факторы, так и внутренние аспекты, которые зачастую остаются за пределами обсуждений.
Важно подчеркнуть, что роль России в сирийском конфликте изначально основывалась не только на военно-стратегических интересах, но и на сложной сети взаимосвязей с ключевыми игроками региона, включая Иран, Турцию, Израиль и арабские государства Персидского залива.
Современный Ближний Восток стал ареной для противостояния нескольких крупных сил.
С одной стороны, Россия стремится сохранить своё влияние в регионе, поддерживая баланс между конфронтацией и сотрудничеством.
С другой стороны, США, Турция, Иран и Саудовская Аравия продолжают борьбу за доминирование, причём каждая из этих стран имеет свои цели, зачастую противоречащие друг другу.
Для России участие в сирийском конфликте стало способом укрепить свои позиции, одновременно минимизируя риски прямого столкновения с ключевыми конкурентами.
Возьмём, к примеру, Турцию. Анкара, несмотря на расхождения с Москвой в ряде вопросов, стала важным партнёром России, особенно после подписания соглашений по созданию зон деэскалации в Сирии.
В то же время Турция продолжает продвигать свои интересы, связанные с курдским вопросом и расширением собственного влияния на севере Сирии.
Эти противоречия создают почву для сложных переговоров, где Россия выступает посредником, предлагая компромиссные решения, которые позволяют удерживать Турцию от полного разрыва с Москвой.
Иран, в свою очередь, остаётся ключевым союзником сирийского режима, поддерживая Дамаск с начала конфликта.
Однако присутствие Ирана в регионе вызывает беспокойство у Израиля, который регулярно наносит авиа удары по позициям, связанным с иранскими военными.
Россия, поддерживая отношения как с Ираном, так и с Израилем, оказалась в уникальной дипломатической позиции, позволяя предотвращать эскалацию между этими странами, одновременно укрепляя свои отношения с обеими сторонами.
Ситуация в Сирии остаётся динамичной, и на фоне ослабления центральной власти в стране возникают новые угрозы.
Одной из таких угроз становится усиление влияния радикальных исламистских группировок, которые продолжают контролировать значительные территории на северо-западе страны, несмотря на успехи российской и сирийской армии в борьбе с терроризмом.
Такие организации, как Хаят Тахрир, остаются активными, представляя угрозу как для региона, так и для международной безопасности.
Ещё одним вызовом являются экономические проблемы, с которыми сталкивается Сирия.
Санкции, введённые Западом против Дамаска, усугубляют гуманитарный кризис, делая восстановление страны практически невозможным без внешней помощи.
Россия, несмотря на свою поддержку сирийского режима, не может взять на себя полное финансирование реконструкции страны, что создаёт необходимость привлечения других государств, таких как Китай и страны Персидского залива, к этому процессу.
На данном этапе перед Россией стоит несколько ключевых задач.
Во-первых, необходимо сохранить свои военные базы в Тартусе и Хмеймиме, которые являются важнейшими стратегическими точками в регионе.
Эти базы обеспечивают России доступ к Средиземному морю и позволяют контролировать ситуацию в восточной части этого региона.
Во-вторых, важно продолжить укрепление отношений с ключевыми игроками, особенно Турцией и Ираном, одновременно сохраняя баланс между поддержкой сирийского режима и диалогом с оппозицией.
Кроме того, Россия должна уделить особое внимание гуманитарным вопросам.
Поддержка восстановления инфраструктуры, медицинских и образовательных учреждений в Сирии может существенно укрепить позиции Москвы на международной арене.
Это также позволит продемонстрировать, что Россия не только способна решать военные задачи, но и вносить вклад в долгосрочную стабильность региона.
Сирия остаётся ареной для борьбы внешних сил, но в этой борьбе Россия демонстрирует уникальную способность адаптироваться к изменяющимся условиям.
Геополитические перемены, которые происходят в регионе, открывают перед Москвой новые возможности, включая углубление экономического сотрудничества с ближневосточными странами и развитие транспортно-логистических маршрутов, связывающих Азию, Европу и Африку.
Важно отметить, что Ближний Восток остаётся крайне нестабильным регионом, где любая ошибка может привести к катастрофическим последствиям.
Россия, занимая одну из центральных позиций в урегулировании сирийского конфликта, должна продолжать следовать принципу многосторонности, сотрудничая с процессом как региональных, так и международных партнёров.
В заключении можно сказать, что сирийский вопрос является не только проверкой для российской дипломатии, но и возможностью продемонстрировать свою способность формировать новый мировой порядок.
Успех в Сирии будет означать для России не только укрепление своих позиций на Ближнем Востоке, но и подтверждение её статуса одной из ведущих мировых держав в условиях глобальных перемен.