"Дедушка, где теперь эти удочки, Твои старые, бамбуковые, тонкие, С поплавком из гусиного пера и пробки?" Дед скажет: "Удочка-это не серьезно, Сколько не сиди , нету толку, Бери лучше бредень, или хватку И по полной от жизни хватай в охапку..." И я жила во все силы и душу К чему то стремилась, кого-то слушала Металась, искала смыслы в платоновском мире идей, Но тут дед вздохнет:" Море любит спокойных людей..." И хлебнет вина из своего винограда, Спустя года понимаешь, для счастья не много надо, Вот сидеть бы с тобой на берегу мелкой реки. Во все горло играть, что мы казаки.. И не знать, как это, когда тебя не будет. Как и той, что в кухне печет пирожки, Цедит через марлю парное, несет сдобу на блюде, И смеется, что мы еще те рыбаки...
"Дедушка, где теперь эти удочки,
Твои старые, бамбуковые, тонкие,
С поплавком из гусиного пера и пробки?"
Дед скажет: "Удочка-это не серьезно,
Сколько не сиди , нету толку,
Бери лучше бредень, или хватку
И по полной от жизни хватай в охапку..."
И я жила во все силы и душу
К чему то стремилась, кого-то слушала
Металась, искала смыслы в платоновском мире идей,
Но тут дед вздохнет:" Море любит спокойных людей..."
И хлебнет вина из своего винограда,
Спустя года понимаешь, для счастья не много надо,
Вот сидеть бы с тобой на берегу мелкой реки.
Во все горло играть, что мы казаки..
И не знать, как это, когда тебя не будет.
Как и той, что в кухне печет пирожки,
Цедит через марлю парное, несет сдобу на блюде,
И смеется, что мы еще те рыбаки...