Родительница боялась, что мальчик пойдёт по наклонной
Газета «МОЁ!» совместно с воронежской областной благотворительной общественной организацией «Общие дети» реализует социальный проект «Мама, папа, я здесь!». В рамках проекта при поддержке правительства и министерства соцзащиты Воронежской области будут опубликованы истории детей, которые очень хотят в семью.
Саша жил в Архангельской области. В 4 года его и сестру забрали в детский дом, потому что родители злоупотребляли алкоголем: «Мои родители были, как все, просто выпивали». У его мамы забрали уже четверых детей: двоих она родила после того, как забрали старших. Саша прожил в приёмной семье 8 лет. «У меня были мама и бабушка, с которыми лет в 13 начались разногласия. Я не особо себя хорошо вёл. Попал, как мама говорила, в плохую компанию. Она боялась, что не справится со мной, что я пойду по наклонной. Я не думаю, что она неправильно поступила, отдав меня сюда. В детском доме я очень изменился», — вспоминает Саша. Из больницы, куда он попал на обследование, приёмная мама его не забрала. Объяснилась с ним потом по телефону. «Я считал её мамой, я с ней всё детство провёл», — по-доброму говорит парень.
«То, что ребёнок вырастает и заявляет о своих правах, когда входит в подростковый возраст, — абсолютная норма, но у нас считают, что это «ребёнок сломался». Что с этим делать, как вести себя, никто не знает, особенно когда это касается приёмных детей. Заблуждение про то, что «гены пальцем не раздавишь», не совсем верно. Если у ребёнка перед глазами есть пример, как правильно жить, как нужно поступать в той или иной ситуации, он будет брать за основу своего поведения именно его, а не опыт своих биологических родителей, с которым он мало или совсем незнаком. Подросток испытывает родителей на прочность, иногда сам не осознавая этого, попросту не справляясь со своими эмоциями. Задача взрослого — объяснять, направлять, учиться терпению. И работать в сложных случаях чаще всего нужно не с ребёнком, а именно с его родителем», — говорит психолог детского дома.