21. "Бывших оперов не бывает..."
Спустя пару часов чёрный «лексус» снова остановился перед домом Веселова. Виктор поспешил встретить возбуждённого Ефимова на крыльце.
- Я со станции! И кое-что «нарыл»… – Борис закурил, с удовольствием затянувшись сигаретным дымом.
- Давай, скорей рассказывай…
- Сначала вот что скажу: не обижайся, что «наезжал» на тебя! Это – чтобы понять серьёзность намерений… Извини! Была маленькая проверка «на вшивость». У нас тут уже были заезжие «варяги», которые много чего обещали, но, как уехали, так всё и забылось. Из-за них местные ребята пострадали, некоторые лишились работы. А городок наш небольшой, прозрачный, с трудоустройством крайне плохо – на себе испытал… Я не хочу, чтобы подобная ситуация повторилась. Потому и задавал тебе неудобные вопросы… Ладно, проехали! Так вот, я пообщался кое с кем из осведомителей...
- Так ты же в органах не работаешь…
- Не работаю… Но знаешь ли, бывших оперов не бывает… «Контакты» остались! Кстати, ты говорил, что тебе звонят с закрытого номера телефона и молчат…
- Ну да… И что?
- Попросил ребят из ментовки пробить твой вопрос и результат получился весьма интересный… – Ефимов многозначительно посмотрел на Полякова.
- И кто же мне звонит?
- Мне тоже не сказали – этот номер в «списке неприкасаемых»…
- Что за список?
- То есть, телефон засекречен спецслужбой! – выдержав паузу, ответил Ефимов. – Этот факт говорит о многом… Значит, ты – «под прицелом»! А дома, у себя в городе, ты не «наследил», не натворил чего противоправного?
- Никак нет… «Не имею, не состоял, не привлекался…»
- Секретности по работе у тебя нет?
- Конечно, нет. Я же – простой слесарь…
- Тогда, не знаю… Нужно подумать, кому ты помешал. Похоже, тут участвуют крупные фигуры… В общем, «мотай на ус»: и на железке поднялся «шорох», запаниковал преступный элемент! Твою знакомую, проводницу Зину Смирнову, срочно отправили в отпуск.
Весьма редкий случай: железнодорожный профсоюз выделил «горящую» путёвку в престижный санаторий в самый курортный сезон – не начальнику, а обычному проводнику! – поощрили… На самом деле, от неё просто на время избавились: слишком говорливая! Опасались, как бы чего лишнего не сболтнула на ревизорской проверке, которая случится на днях…
- Так вот почему её нет… – невольно произнёс Виктор, получив ответ на свой незаданный вопрос. – А про Виталика не знаешь?
- Знаю… В КПЗ он! Там дела хуже: наркоту у него нашли, срок светит…
- Не похож Виталька на наркомана!
- Ну, «наркошу» не всегда узнаешь по внешнему виду, они выглядят как обычные люди. Но тут я с тобой согласен: Виталий – не наркоман и не распространитель этой гадости!
- Как же такое с ним случилось?
- Скорее, по наводке – уж слишком чётко сработали органы! Остановили путейский автобус на дороге и с конкретными вопросами только к одному Виталику: попросили выложить всё из карманов… Он и выложил! В том числе, и пакетик с белым порошком… Думаю, «классика жанра»: компромат ему подбросили.
- И там его отпечатки?..
- А как же иначе? Он же сам всё из своего кармана вытаскивал…
- Понятно…
- Я тут долго прикидывал, анализировал… И понял одно: кто-то из главных фигур явно занервничал, стал убирать свидетелей, которые прямо или косвенно имели отношение к происшествию на железке. А по Виталику так оперативно сработали, как будто это их «домашняя заготовка»: и «палку» в отчётности заработали, и распространителя наркоты без проблем взяли…
- Теперь я понял, за что на меня путейцы налетели… Из-за Виталия!
- Ну да! Им кто-то подсказал, что он с тобой накануне общался… Перед тем, как у него изъяли наркотики.
- Так я же его ребятам об этом сам и говорил…
- Ну, вот видишь: всё складывается! Правда, ты-то тогда ещё не знал, что Виталий уже под следствием...
«Наконец-то, многое выяснилось! Спасибо Борису! Если бы меня даже избили на вокзале, то об истинной причине я бы так и не догадался… – Виктор был очень рад визиту Ефимова и благодарен ему за неожиданную помощь, за его вполне жизнеспособные версии, объясняющие странности ситуации. – Теперь понятно, почему у путейцев были такие озлобленные лица: они решили, что это с моей подачи у Виталика появился криминальный пакетик…»
- Ну, что ж… Бумага у тебя серьёзная, доведи её до ума… – Борис вернулся к написанному заявлению. – Было бы не лишним, отослать её копию ещё и прокурору. Но здесь отправлять не советую, тут всё «схвачено»: раз ты «под колпаком», то заявление может не дойти до адресата. Отправь из своего города! Не электронной почтой, а лучше ценной или заказной корреспонденцией, с уведомлением о вручении.
- Хорошо, так и сделаю.
- И ещё хочу сказать: насчёт эксгумации… Это вопрос сложный… Но без неё невозможно установить истинную причину смерти Веселова. Вижу, что отец Сергея не против, и, насколько я понял из твоей бумаги, как раз на ней настаивает?
- Да, всё верно.
- Это уже хорошо! Тогда остаются только бюрократические и временнЫе трудности.
- А какие «временнЫе»?
- В любом случае, могилы для повторной экспертизы вскрывают только по разрешению прокуратуры. Причём, не раньше года после захоронения. За этот период завершается процесс гниения и трупный запах исчезает…
- Я и не знал таких тонкостей… – в очередной раз удивился Поляков.
- Так ты же не касался таких вопросов. Вить, а ты тогда, за шашлыками, сетовал, что зря с родного города уехал… Помнишь?
- Да помню я…
- Ну, так вот, передаю наказ шефа: когда окончательно «созреешь» для переезда обратно в наш город, позвони – подыщем для тебя работу…
- Спасибо! Я подумаю… – виновато улыбнувшись, ответил Поляков: «Такой пустяк во время пьяного застолья, а Вася запомнил, принял к сведению и сделал далеко идущие выводы…»
- Вообще-то, я думаю, что тебя на заседание суда вызовут, как свидетеля по делу. Так что, в любом случае, увидимся. Буду рад ещё раз с тобой встретиться!
…Перед отъездом Поляков провёл генеральную уборку во всём доме. Воспользовавшись отсутствием хозяина – тот пошёл к соседу обсудить международное положение, а это быстро не бывает, – постоялец прошёлся с веником и совком по всем комнатам, а затем сделал и влажную уборку. На заключительной стадии этого мероприятия его и застал Кузьмич.
- Витюша… – растерянно произнёс старик, поражаясь необычной чистотой своих комнат. – А ты зачем это?.. Я и сам могу…
- Знаю, что можешь… – согласился Виктор, ловко управляясь с тряпкой. – Раз ты с меня денег не берёшь, считай, это отработка за проживание. Надеюсь, будешь вспоминать своего жильца добрым словом.
- Конечно же, добрым… Знаешь, Вить! Жениться тебе пора, – после некоторого молчания огорошил постояльца Веселов неожиданным заявлением.
- Это с какой стати? – чуть не уронил тряпку Поляков.
- Эх, Витюша… Ты – эвон какой хозяйственный, домовитый… На земле работать умеешь, проблем не боишься, хорошо готовишь. Любое дело в твоих руках горит, потому что душу вкладываешь…
- Не созрел я ещё, Илья Кузьмич, для женитьбы... – с кислой улыбкой отвечал Виктор: не рассказывать же деду грустную историю о неудавшейся попытке семейной жизни с Галей. Что теперь он просто избегает женщин… – У меня, как в песне : «Институт закончи, а потом женись…» А я в ВУЗ ещё только думаю поступать…
- Ишь, «как в песне…» – хитро улыбнулся Веселов. – А ты думаешь, я не помню, что эта песня закончилась для её героя плохо: он всё откладывал женитьбу и в результате так и остался без невесты… Это ты зря! Неужто так всю жизнь и проживёшь бобылём? Ведь, Богом завещано: живите и размножайтесь…
На этот аргумент возразить было нечего и Виктор промолчал. Почему-то вспомнилась ему Танюша на вечере выпускников: необыкновенно красивая, в великолепном белом платье, как невеста…
- Ну, вот и всё! Собрался… Спасибо за приют, Илья Кузьмич! Честно скажу: мне было очень хорошо у тебя в доме, вспомнилось детство…
Веселов-старший скромно стоял у порога комнаты, грустно наблюдая, как одевает на плечи свой небольшой рюкзачок его постоялец.
- Эх, Витюша… Я сам к тебе привык. Как к сыну… Не забывай, звони!
В чувственном порыве Илья Кузьмич обнял Виктора, тот ответил тем же.
- Вот что, пока не забыл… – Кузьмич отстранился от Полякова, подошёл к компьютерному столику. Он отключил провода от розеток, намотал их на ноутбук.
- На вот, возьми прибор Серёжи… – он протянул электронику отъезжающему. Увидев протест на лице Виктора, с жаром воскликнул. – Возьми, не обижай старика! Я всё равно им не пользуюсь! А тебе он для дела пригодится – для нашего общего дела…
За окном просигналила подъехавшая машина.
- Это Юра Темчук! Он меня на вокзал подбросит, – Поляков ещё раз обнял Веселова. – Кузьмич! Спасибо тебе! И главное – береги себя!..
Странные, можно сказать, противоречивые чувства боролись в душе Виктора. Он, как всегда, попытался и этот короткий отрезок жизни, проведённый в родном городке, привычно проанализировать. Но на сей раз разложить всё «по полочкам» никак не получалось. Да, он насыщенно провёл свой отпуск, встретился и хорошо провёл время отдыха с некоторыми друзьями детства…
Однако, попытка полностью воскресить, вернуть прошлое не удалась: лучшего друга Сергея больше нет, половина одноклассников давно покинула родной город и не думает, хотя бы на время, вернуться в «родные пенаты». Уехала, пропала из поля зрения замечательная девушка Танюша… И никто, никто не знает, где она, что с ней… Живёт в радости или бедствует, счастлива или нет?
Здесь, на своей малой родине, Поляков начал самостоятельное расследование обстоятельств смерти школьного друга. Раньше он наивно полагал, что, чем больше уделять времени и внимания любому новому, пусть даже очень сложному вопросу, тем скорее будет положительный результат.
Однако, чем глубже неутомимый энтузиаст влезал в процесс расследования, тем более становился разочарованным. Чем больше проявлялось деталей и новых фактов, тем становилось сложнее: количество странностей всё увеличивалось, вопросов без ответа становилось всё больше.
Что и говорить, Виктор, конечно же, понимал, что для такого серьёзного дела, его «подготовки», основанной только на детективных романах и телевизионных боевиках, совершенно недостаточно. Явно не хватало знаний. И опыта. Опыт, естественно, дело наживное. Но вот как быть без профессиональных знаний?.. Ведь при их отсутствии неизбежны ошибки. А ошибки в следственных делах могут иметь тяжкие последствия для людей, даже абсолютно невиновных и непричастных к преступлению. И к этому вопросу необходимо относиться серьёзно.
«В годы первых пятилеток в стране Советов присутствовал сталинский лозунг: «Кадры решают всё!» Именно это решение обеспечило молодому государству мощный экономический скачок вперёд, – размышлял Виктор. – Так, может, и мне перестать крутить гайки и заняться учёбой? Ведь хотел, даже пытался поступить когда-то давно, сразу после окончания школы, на юридический факультет…
Правда, безуспешно! И судьба сложилась так, что приходится трудиться по технической части. А может попробовать изменить судьбу? Бросить всё, заняться только учёбой… А на что жить: на одну стипендию, на пенсию родителей? Это молодому и здоровому мужику? Нет, такой вариант не годится! Лучше так: можно и работать, и поступить учиться на заочное отделение того же юридического…»
Да, есть и на заводе, где слесарит Виктор, люди, которые и работают, и учатся заочно. Более того, у него свеж в памяти ещё один, более показательный и яркий, домашний пример.
Его мама, проработав лет пятнадцать рядовым продавцом магазина, подала документы в финансовый институт на заочное отделение. Училась она долго, с перерывами по разным причинам, но высшее образование всё же получила. Не побоялась перемен, сменила профессию уже в «бальзаковском возрасте» и остаток трудовых лет до самой пенсии работала экономистом.
«Наверное, гены сказываются…» – размышлял Поляков, всерьёз продумывая варианты о поступлении в институт на заочное отделение.