Вся стратегия вторжения фашистской Германии в СССР строилась на быстроте максимально глубокого рассекающего проникновения танковыми клиньями при поддержке массированных ударов люфтваффе и уничтожении очагов сопротивления и образованных танкистами котлов подходящими артиллерийскими и пехотными соединениями. Только такой способ ведения боевых действий, отработанный на ряде стран Европы и доведённый до совершенства, названный Молниеносной Войной (нем. Blitzkrieg), давал психопату и маньяку Гитлеру реальный шанс разгромить СССР до завершения мобилизации его ВПК, намеченной и произведённой Сталиным точно к концу лета 1942 г. Начальник генерального штаба сухопутных сил Гальдер убеждал и поддерживал Гитлера в его уверенности в том, что Германия окончит эту кампанию всего лишь за два с половиной месяца — т.е. примерно к середине сентября 1941 г.:
для разгрома России потребуется не более восьми—десяти недель.
Вообще танковый генерал Гудериан, он же Schneller Heinz — «Быстрый Хайнц», он же Heinz Brausewind — «Хайнц-Ураган» был шокирован известиями о намерении Гитлера напасть на СССР, поскольку это шло вразрез и со здравым смыслом, и с предыдущими заявлениями фюрера на эту тему — но его предупреждения никто не хотел слушать:
Гитлер, который резко критиковал в моём присутствии политическое руководство Германии 1914 г., не понимавшее опасности ведения войны на два фронта, теперь сам хотел, не окончив войны с Англией, начать войну с Россией... от чего его настойчиво предостерегали все старые солдаты... Разделение сил между тремя примерно равными группами армий, которые должны продвигаться по расходящимся направлениям вглубь территории России, не имея ясной оперативной цели, с точки зрения военного специалиста, не могло казаться правильным. Мои опасения я сообщил через своего начальника штаба главному командованию сухопутных сил, что, однако, не возымело никакого действия... Зима и весна 1941 г. были для меня кошмаром... Прошлые успехи, особенно победа на западе, одержанная в столь неожиданно короткий срок, так затуманили мозги руководителям нашего верховного командования, что они вычеркнули из своего лексикона слово «невозможно». Все руководящие лица верховного командования вооружённых сил и главного командования сухопутных сил, с которыми мне приходилось разговаривать, проявляли непоколебимый оптимизм и не реагировали ни на какие возражения.
Директива о стратегическом развёртывании войск предполагала в начале июня 1941 г., что 2-я танковая группа (ТГ) Гудериана форсирует р. Западный Буг по обе стороны от Брест-Литовска и прорвётся в район Рославля, Ельни и Смоленска. Потом вместе с 3-й ТГ генерал-полковника Гота они должны были развернуться на север и помочь группе армий (ГА) «Север» овладеть всей Прибалтикой, взять Ленинград и создать сплошной сухопутный коридор до самой Финляндии. Но вскоре этот план был отброшен.
На совещании с Гитлером в Берлине 14.06.1941 Гудериан заявил, что возьмёт Минск за 5—6 дней — в реальности примерно так и произошло: Гот захватил столицу БССР 26.06.1941, а танки Гудериана подошли к ней уже 27.06.1941.
Для вторжения в СССР Гитлер сосредоточил 145 дивизий. Гудериан считал, что Гитлер совершил грубейшую и фатальную ошибку при оценке военного потенциала СССР:
Гитлер не верил ни донесениям о военной мощи огромного государства, представляемым военными инстанциями... ни сообщениям о мощи промышленности и прочности государственной системы России. Зато он умел передать свой необоснованный оптимизм непосредственному военному окружению.
Уже 04.08.1941 на совещании в Борисове Гитлер заявил Гудериану в присутствии руководства всей ГА "Центр":
Если бы я знал, что у русских действительно имеется такое количество танков, которое приводилось в вашей книге, я бы, пожалуй, не начинал эту войну.
Гудериан в своей книге 1937 г. указал минимальное приблизительное число имеющихся у СССР танков — 10.000 (хотя по имевшимся у него непроверенным данным их было даже 17.000) машин — но Гитлер тогда этому не поверил.
Огромной проблемой в связи с этим Гудериан считал климатический фактор — победить СССР в 1941 г. и во время Великой Отечественной войны в целом можно было только при единственной возможности — захватив Москву до наступления зимних холодов и даже до осенней распутицы. Гитлер и всё военное руководство Третьего Рейха были настолько уверены в стратегии блицкрига, что вообще не задумывались о и не планировали ведение кампании в зимних условиях:
В верховном командовании вооружённых сил и в главном командовании сухопутных сил так уверенно рассчитывали закончить кампанию к началу зимы, что в сухопутных войсках зимнее обмундирование было предусмотрено только для каждого пятого солдата.
Гудериан отмечает, что только 30.08.1941, когда по первоначальному плану до окончания разгрома СССР оставалось не более двух недель, в дневнике главного командования сухопутных сил было записано поручение:
Оперативному управлению разработать план-смету снабжения войск необходимым зимним обмундированием и после утверждения начальником генерального штаба сухопутных сил возложить на организационное управление проведение необходимых мероприятий.
Зимнее обмундирование получили вовремя только войска и ВВС СС. Лёгкость, с которой немцы разгромили советские войска в Прибалтике, Белоруссии и приграничных сражениях в УССР, не пугала даже возможностью продления войны в СССР на зимний период — его падение считалось уже настолько решённым делом, что были отданы распоряжения о прекращении производственного обеспечения войск Восточного фронта:
Важнейшие отрасли военной промышленности уже осенью 1941 г. были переключены на производство другой продукции.
Проблему нехватки зимнего обмундирования предполагалось решить выводом большей части уже излишних немецких войск с оккупированной территории СССР и размещением необходимых для её контроля и удержания оставшихся в сети хорошо отапливаемых опорных пунктов:
Думали даже с началом зимы вывести из России 60—80 дивизий, решив, что оставшихся дивизий будет достаточно для того, чтобы в течение зимы подавить Россию. Эти дивизии, остающиеся на востоке, после окончания осенью военных действий предполагалось разместить на зиму в хорошо оборудованных помещениях на какой-нибудь линии опорных пунктов. Казалось, что всё урегулировано и всё очень просто. Всякие сомнения встречались оптимистическими утверждениями.
А пока всё шло просто замечательно: 04.07.1941 немецкие танкисты прорвались к Днепру у Рогачёва. Пехота отставала от них минимум на 2 недели. Гудериан по-прежнему был уверен в том, что задача его 2-й ТГ заключается в овладении районом Смоленска, Ельни и Рославля. При этом никакого единого плана дальнейших действий в высшем военно-политическом руководстве Германии не было — это была чистой воды авантюра:
Фельдмаршал фон Браухич не осмеливался сообщить группе армий «Центр» свою совсем иную точку зрения, так как ему было известно мнение Гитлера. Фельдмаршал фон Бок по своему собственному признанию хотел передать 2-ю и 3-ю танковые группы под общее командование фельдмаршала фон Клюге... Фельдмаршал фон Клюге хотел, в соответствии с официальным мнением Гитлера, закрепиться на фронте вокруг Белостока и выжидать, пока капитулируют русские, отказавшись от дальнейшего продвижения на восток. Гот и я... стремились пробиться своими танковыми силами на восток, как это указывалось в первоначальной, ещё не потерявшей своей силы директиве.
Гудериан решил действовать на свой страх и риск и отдал приказ своим танковым подразделениям форсировать Днепр. 09.07.1941 он уговорил согласиться с ним фельдмаршала фон Клюге. В итоге части Гудериана переправились на восточный берег Днепра 10—11.07.1941. 2-я и 3-я ТГ получили новую задачу:
Прорвать фронт, образованный русскими западнее Смоленска, и разгромить находящиеся там силы противника.
13.07.1941 Гудериан впервые услышал о планах главного командования сухопутных войск развернуть его 2-ю ТГ на юг или юго-восток для совместного с ГА «Юг» уничтожения советских войск на Днепре на территории УССР. 15.07.1941 его части овладели южным берегом Смоленска и восточными и южными кварталами Орши на восточном берегу Днепра. 16.07.1941 Смоленск был взят. 18.07.1941 пала Ельня.
Ещё 23.07.1941 главное командование сухопутных войск Германии планировало разгромить советские войска к западу от Волги, в районах Тулы, Горького, Рыбинска, Москвы и Ленинграда.
26.07.1941 3-я ТГ Гота окружила советские войска к востоку от Смоленска, а Гудериан прибыл в Борисов в штаб ГА «Центр» для получения дальнейших указаний:
Я ожидал, что получу приказание наступать в направлении на Москву или хотя бы на Брянск, однако, к моему удивлению, мне сообщили, что Гитлер приказал 2-й армии и 2-й танковой группе наступать на Гомель... 2-й танковой группе дополнительно ставилась задача наступать в юго-западном направлении с целью окружения оставшихся в этом районе 8—10 русских дивизий. Нам передали, что... основная задача на русском фронте заключается в уничтожении живой силы противника, чего можно достигнуть только путём создания небольших котлов. Все участники совещания считали, что такие действия дадут противнику возможность выиграть время для того, чтобы подготовить новые соединения и, используя свои неисчерпаемые людские ресурсы, создать в тылу новые линии обороны, и что кампания, которую мы будем вести таким способом, не приведёт к быстрому и столь необходимому для нас завершению войны.
Но уже 29.07.1941 с Гудерианом встретился шеф-адъютант Гитлера полковник Шмундт и сообщил ему, что Гитлер по-прежнему планирует захватить Ленинград, Москву и УССР. Гудериан попросил Шмундта уговорить Гитлера наступать сразу на Москву и не отвлекаться на организацию мелких ударов. 31.07.1941 Гудериан получил из главного командования сухопутных войск сообщение:
Ранее намеченная задача — к 1 октября выйти на линию Онежское озеро, р. Волга уже считается теперь невыполнимой... К этому времени войска достигнут линии Ленинград, Москва и районов южнее Москвы. Главное командование сухопутных войск и начальник генерального штаба находятся в исключительно трудном положении, так как руководство всеми операциями осуществляется свыше. Окончательное решение о дальнейшем ходе операций ещё не принято.
Т.е. у Гитлера не было никакого единого плана разгрома СССР даже через полтора месяца после начала Великой Отечественной войны. 01.08.1941 танки Гудериана взяли Рославль и 02.08.1941 окружили советские войска у этого города.
Наконец 04.08.1941 Гудериан прибыл в Борисов в штаб ГА «Центр» на совещание с Гитлером впервые после вторжения в СССР.
Все генералы группы армий «Центр» единодушно высказались за то, чтобы продолжать наступление на Москву, имеющее решающее значение. Гот заявил, что его танковая группа может начать наступление не раньше чем с 20 августа. Я заявил, что буду готов к 15 августа. Затем... Гитлер... заявил, что его первой целью является индустриальный район Ленинграда. Вопрос о том, наступать ли затем на Москву или на Украину, окончательно ещё не был решен. Сам Гитлер был склонен начать с наступления на Украину... сырьевые и продовольственные ресурсы Украины крайне необходимы для дальнейшего ведения войны и... наступление на Украину даст ему возможность выбить из рук русских Крым... К началу зимы он надеялся овладеть Москвой и Харьковом.
06.08.1941 Гудериан ответил решительным отказом на требование ОКХ перебросить свои части на 200 км к Рогачеву на Днепр, потому что считал, что сложилась идеальная ситуация для наступления на Москву через Спас-Деменск и Вязьму — и разведка сообщала об отсутствии каких-либо советских войск вокруг Рославля на расстояние до 40 км. Однако 11.08.1941 ОКХ отклонило его план броска на Москву из Рославля через Вязьму.
Я посетил линию фронта по р. Десна восточнее Рославля... по обеим сторонам московского шоссе. С болью в сердце я наблюдал, как войска в полной уверенности в том, что в ближайшее время они будут наступать на русскую столицу, уже заготовили дорожные щиты и указатели с надписями «на Москву». Солдаты... только и говорили о возобновлении в ближайшем будущем наступления на восток.
20.08.1941 фельдмаршал фон Бок по телефону поручил сосредоточить все войска 2-й ТГ Гудериана возле Рославля на случай начала наступления на Москву.
Но приказ Гитлера от 21.08.1941 гласил:
Важнейшей целью до наступления зимы считать не захват Москвы, а захват Крыма, индустриального и угольного района Донбасса и лишение русских доступа к кавказской нефти; на севере важнейшей целью считать блокирование Ленинграда и соединение с финнами.
И 23.08.1941 на совещании в штабе ГА «Центр» Гудериана огорошили:
Гитлер решил наступать в первую очередь не на Ленинград и не на Москву, а на Украину и Крым.
Все участники совещания считали это безумием:
Начальник генерального штаба генерал-полковник Гальдер... глубоко потрясён тем, что его план развития наступления на Москву потерпел крах... Мы все были глубоко уверены в том, что планируемое Гитлером наступление на Киев неизбежно приведёт к зимней кампании со всеми её трудностями.
В частности, Гудериан указал присутствовавшим
на плохое состояние дорог и трудности в снабжении, с которыми встретятся танковые войска при наступлении на юг, и выразил сомнение в том, будет ли в состоянии материальная часть танковых частей выдержать эти новые испытания, а вслед за ними и зимнюю кампанию — наступление на Москву.
По предложению фельдмаршала фон Бока Гудериан и генерал-полковник Гальдер уже вечером 23.08.1941 прилетели в ставку Гитлера в Восточной Пруссии, чтобы убедить его отказаться от разворота 2-й ТГ на юг для разгрома советских войск в УССР. Гудериан изложил Гитлеру следующие причины необходимости немедленного наступления на Москву, а не на юге:
- Москва — важнейший транспортный центр и центр связи, главный политический и крупнейший промышленный центр СССР
- падение Москвы подорвёт моральный дух русских
- войска ГА «Центр» горят желанием взять советскую столицу
- после захвата Москвы территорию УССР будет захватить легко, т.к. русские утратят возможность перебрасывать войска и ресурсы с севера на юг через неё
- ГА «Центр» полностью готова к броску на Москву, тогда как переброска части её соединений на Киев требует много времени
- в случае разворота 2-й ТГ на юг её танкам придётся пройти от Рославля до Лохвицы и обратно и это вызовет и дополнительный износ и выход из строя техники, и усталость танковых экипажей
- при повороте 2-й ТГ на юг трудно будет организовать её бесперебойное снабжение всем необходимым из-за плохого состояния дорог
- откладывание наступления на Москву приведёт к наступлению осенней непогоды, что сорвёт взятие советской столицы как минимум в этом году
Но Гитлер противопоставил ему свои доводы:
- сырьевые и продовольственные ресурсы УССР необходимы Германии для продолжения войны
- захват Крыма обезопасит от налётов советской авиации нефтяные месторождения в Румынии
Затем Гитлер заявил:
— Мои генералы ничего не понимают в военной экономике.
После этого он категорически приказал немедленно наступать на Киев. Упрямый Гудериан оказался впервые в полном одиночестве (на этом совещании отсутствовали фельдмаршал фон Браухич и генерал-полковник Гальдер):
После каждой фразы Гитлера все присутствующие молча кивали головой в знак согласия с ним, а я оставался со своим мнением в единственном числе.
У Гальдера при известии о необратимости такого решения Гитлера произошёл нервный срыв. Понимая, что ничего не изменишь, Гудериан решил максимально быстро разгромить советские войска на территории УССР, чтобы успеть до того момента, когда из-за дождей движение танков окажется невозможным в условиях осенней распутицы.
При этом Гитлер нарушил данное Гудериану при встрече обещание не дробить его 2-ю ТГ для ускорения разгрома советских войск на юге и приказал оставить целый танковый корпус из её состава в районе Рославля и Смоленска. С точки зрения глубинной стратегии Гитлер делал всё, чтобы сорвать свой собственный план Молниеносной Войны и разгрома СССР.
Как и предвидел Гудериан, прошедший уже 03.09.1941 дождь привёл к тому, что на марше 2/3 дивизии СС «Рейх» застряли на непроходимых дорогах, а сам он 04.09.1941 потратил на 75 км дороги 4,5 часа. 08.09.1941 пал Чернигов. Потом снова пошёл сильный дождь и дороги опять стали непроходимыми:
Сначала из строя вышли мотоциклы. Затем застрял мой отличный вездеход. Застрявшие машины были вытащены моим командирским танком и трактором... Двигаясь по грязной дороге со скоростью 10 км/час... 10 сентября за 10 час. я проехал 165 км, а 11 сентября за 10,5 час. — 130 км.
Из-за дождливой погоды 14.09.1941 не действовала авиационная разведка, а наземная полевая разведка наглухо застряла в грязи. Ничего не поменялось и 17.09.1941:
Дорога была исключительно плохой.
19.09.1941 пал Киев.
Только 24.09.1941 Гудериан вылетел в Смоленск в штаб ГА «Центр» для разработки операции наступления Москву. По первоначальному плану военно-политического руководства Германии, к этому времени разгром СССР в результате Молниеносной Войны уже должен был завершиться. 26.09.1941 киевский котёл советских войск был ликвидирован.
После трёхдневной передышки танковые части Гудериана начали наступление на Москву 30.09.1941.
Бои за Киев, несомненно, означали собой крупный тактический успех. Однако вопрос о том, имел ли этот тактический успех также и крупное стратегическое значение, остаётся под сомнением. Теперь всё зависело от того, удастся ли немцам добиться решающих результатов ещё до наступления зимы, пожалуй, даже до наступления периода осенней распутицы.
Пользуясь коротким периодом сухой погоды, 01.10.1941 танки Гудериана взяли Севск и прорвались сразу на 130 км. Уже 03.10.1941 был занят Орёл и гитлеровские танкисты получили в своё распоряжение хорошую шоссейную дорогу.
06.10.1941 пал Юхнов, но наступление на Тулу было сорвано шокировавшим немцев контрударом новых советских танков Т-34 под Мценском.
Но уже в ночь на 07.10.1941 вместе с понижением температуры воздуха выпавший и сразу же растаявший первый снег снова сделал дороги непроходимыми для техники.
Наши танки двигались по ним с черепашьей скоростью, причём очень быстро изнашивалась материальная часть. Мы повторно обратились с просьбой о доставке зимнего обмундирования, но нам ответили, что оно будет получено своевременно и нечего об этом излишне напоминать. После этого я неоднократно напоминал о необходимости прислать зимнее обмундирование, но в этом году оно так и не было мне доставлено... Не хватало прежде всего сапог, нательного белья и носков.
Молниеносная Война (а вместе с ней и победа Германии над СССР...) летела в Тартарары (др.-греч. Τάρταρος) прямо на глазах Быстрого Хайнца Гудериана. 09.10.1941 была зафиксирована сильная снежная вьюга. После 10.10.1941 начался период длительной осенней распутицы:
Колёсные автомашины могли передвигаться только с помощью гусеничных машин. Это приводило к большой перегрузке гусеничных машин, не предусмотренной при их конструировании, вследствие чего машины быстро изнашивались. Ввиду отсутствия тросов и других средств, необходимых для сцепления машин, самолётам приходилось сбрасывать для застрявших по дороге машин связки верёвок. Обеспечение снабжением сотен застрявших машин и их личного состава должно было отныне в течение многих недель производиться самолётами. Подготовка к зиме находилась в плачевном состоянии. Затребованный нами ещё 8 недель тому назад глизантин доставлялся в незначительных количествах, так же как и зимнее обмундирование для личного состава.
11.10.1941 танкисты Гудериана потерпели второе поражение от ужасавших их советских танков Т-34 у Мценска:
Превосходство материальной части наших танковых сил, имевшее место до сих пор, было отныне потеряно и теперь перешло к противнику. Тем самым исчезли перспективы на быстрый и непрерывный успех.
11—12.10.1941 в полосе наступления ГА «Центр» шли снегопады и снежные вьюги. 12.10.1941 пала Калуга, 13.10.1941 немцы ворвались в Калинин (Тверь). Даже в захваченном немцами г. Дмитровске-Орловском улицы были непроходимыми из-за грязи, а в целом:
Не только мы, но и вся группа армий «Юг», за исключением 1-й танковой армии, застряла в грязи.
14.10.1941 пал Боровск в 80 км от Москвы, 24.10.1941 — Харьков и Белгород, 25.10.1941 — закончен разгром окружённых советских войск под Брянском. 2-я ТГ Гудериана получила приказ наступать на Тулу, но добраться туда по совершенно разбитому автотранспортом шоссе Орёл — Тула и из-за взорванных советскими сапёрами автомобильных мостов и заминированных обочин оказалось очень трудно.
Чтобы хоть как-нибудь обеспечить подвоз войскам, приходилось сооружать настилы длиной в несколько километров из брёвен.
В танках Гудериана кончалось горючее, которое поэтому сливали для передовых частей. 28.10.1941 Гитлер изъявил Гудериану желание, чтобы его танкисты захватили мосты через Оку к востоку от Серпухова, но логистика делала это невозможным. Хвалёные молниеносные танковые и моторизованные соединения вермахта и СС буксовали и топтались в грязи. Невозможно было перевозить тяжёлые орудия. Танкисты шагали пешими колоннами.
По окончательно разрушенной дороге Орёл — Тула наши автомашины могли передвигаться с максимальной скоростью 20 км/час, да и то не всегда. «Подвижных батальонов» уже не было. Гитлер жил в мире иллюзий.
29.10.1941 передовые части Гудериана были разбиты в 4 км от Тулы. Вскоре снабжение по шоссе Орёл — Тула стало совершенно невозможным и 2-я танковая армия (ТА) снабжалась исключительно по воздуху. Немцы впервые ощутили нехватку продовольствия:
Командир 43-го армейского корпуса генерал Хейнрици... доложил, что его войска плохо снабжаются, а с 20 октября они даже перестали получать хлеб.
Гудериан решил обойти сильно укреплённую Тулу с востока, но 01.11.1941 наткнулся на контрудар. Ударившие в ночь 03/04.11.1941 морозы улучшили состояние дорог и проходимость частей, но одновременно резко обострили проблему нехватки либо полного отсутствия зимнего обмундирования:
Случаи обморожения наносили войскам большой урон... 7 ноября морозы впервые нанесли нам тяжёлые потери.
12.11.1941 температура опустилась до —12 градусов ниже нуля, 13.11.1941 — сразу до —22 градусов, к чему добавились метель и гололедица, а штаб ГА «Центр» тем временем объявил приказ 2-й ТА Гудериана взять г. Горький в 600 км восточнее Орла. Сопровождавшие её пехотные дивизии снабжались из рук вон плохо и замерзали:
Не хватало белых маскировочных халатов, сапожной мази, белья и прежде всего суконных брюк. Значительная часть солдат была одета в брюки из хлопчатобумажной ткани, и это — при 22-градусном морозе! Острая необходимость ощущалась также в сапогах и чулках... Солдат, одетых в русские шинели и меховые шапки, можно было узнать только по эмблемам... Каждый полк уже потерял... не менее 400 человек обмороженными, автоматическое оружие из-за холода не действовало.
У танков не было шипов для езды по льду, в их оптических приборах из-за морозов потели стёкла и не было антифризной мази, горючее замерзало или густело от холода и танковые моторы перед запуском приходилось разогревать.
16 ноября ко мне явился генерал Хейнрици: потери от морозов, недостаток обмундирования, вшивость!
Войска Гудериана атаковали привыкшие к морозам сибиряки в зимнем обмундировании, 37-мм противотанковые пушки не могли ничего сделать с бронёй Т-34, в некоторых немецких частях началась паника. 18.11.1941 2-я ТА Гудериана предприняла ещё одну попытку наступления.
Пехотные части всё ещё не получили зимнего обмундирования и почти не могли передвигаться. За сутки они проходили 5, самое большее 10 км.
18.11.1941 немцы захватили Епифань и Дедилово, 19.11.1941 — Болохово, 21.11.1941 — Узловую. Но в это время за ними вновь появились советские подкрепления.
23.11.1941 Хайнц-Ураган Гудериан лично доложил фельдмаршалу фон Боку о том, что 2-я ТА не может продолжать наступление и жестоко страдает от целого ряда проблем. Фон Бок соединил его по телефону с главнокомандующим сухопутными войсками и тот приказал Гудериану хотя бы захватить Михайлов и Зарайск и перерезать железную дорогу Рязань — Коломна. 24.11.1941 войска Гудериана взяли Венев и Михайлов. На морозе и пронизывающем ледяном ветру немецкая артиллерия большей частью вышла из строя. 02.12.1941 Гудериан попробовал ещё раз взять Тулу, его войска прорвали в условиях вьюги и гололедицы советский фронт, перерезали железную дорогу Тула — Москва и вышли на шоссе Тула — Серпухов, но тут у них опять кончилось горючее. 04.12.1941 температура упала до —35 градусов ниже нуля. В ночь 05/06.12.1941 Гудериан приказал своим частям отступить на более выгодные рубежи и перейти к обороне.
Гудериан не смог помешать Гитлеру проиграть Великую Отечественную войну. До капитуляции Германии было ещё три с половиной мучительных года, но смертельный удар Третьему Рейху уже был нанесён — война из молниеносной превратилась в ресурсно-экономическую, а её Сталин выиграл в результате проведённой на костях коллективизации индустриализации и создания мощнейшего в мире ВПК ещё до 22.06.1941. Приказом 21.08.1941 о развороте 2-й ТГ Гудериана и 2-й армии на Киев Гитлер сам подписал себе смертный приговор с отсроченным приведением в исполнение.
Источник: Гудериан Г. Воспоминания солдата. — Смоленск.: Русич, 1999.
См. также: