Неожиданно купилась дача.
Ну как купилась?
Просто все взяли и сложились финансами.
Молодые добавили чуток своим родителям, и старики (которые родители родителей) тоже внесли свою небольшую лепту.
Вот так, "по сусекам" поскребли и наскребли на дачку.
Не большую, не маленькую, не тесную, не просторную, но такую, в которой все как-то уместились.
И вот уместившаяся семья стала ездить и дачку под себя приспосабливать.
Каждый приспосабливал как мог.
Старый дедушка, который жить не мог без молотка, гвоздей и пиляще-режущих инстру́ментов, тут же принялся колотить, пилить и преображать внутренности домика.
Немолодые дети пожилых родителей разделились на два лагеря: женский и мужской.
Мужской, конечно же, примкнул к дедушке с его инструментами и дельными идеями.
Дедушка обрадовался и стал раздавать ценные указания, кому где отрезать и где что прибить.
Бабушка и прочие женщины, в свою очередь, тоже организовались в женскую коалицию и принялись за участок.
Участок был сильно "уставшим", гораздо сильнее, чем дом, в котором очень быстро силами мужской команды стал наводиться порядок.
Для начала женщины обошли владения, на манер "Мороза-воеводы", и сделали вывод, что сажать можно даже ...в не паханую землю.
И, взяв лопаты, совершили полнейшее святотатство в деле посадочных работ.
Они просто определили место, где потом должен был колоситься огород и, втыкая лопату приподнимая с ее помощью ком земли, закидывали туда картофелины.
Хорошо, что соседи, будучи огородными профи, не видели сего "издевательства" над сельским хозяйством.
После того как все взятые с собой для этих целей картофелины улеглись в свои "схроны" и прикрылись "дверками" из густо цветущей целины, женщины накрыли старенький стол под яблоней, яркой скатеркой и уселись пить чай.
Мужчины что-то там пилили, стучали, жужжали , дедушка бегал то за одним, то за другим, раздавал команды, подзатыльники и от этого был совершенно счастлив.
Его просвечивающая лысина сквозь редкие всполохи седых волосин, вся усеянная стружкой, мелькала мимо чаевничающих женщин и даже не проявляла интереса к пампушкам, заманчиво разложенным в миске.
Вообще-то пампушки и всякие вкусности были самой что ни на есть второй слабостью дедушки после молотка и гвоздей.
Однако в этот раз строительные радости сильно перевешивали в свою сторону.
Женщины, было сунувшиеся внутрь домика и выдворенные обратно мужской жизнедеятельностью, огорчённо уселись обратно за стол.
Сначала они обсуждали свой "огород".
Прорастет иль не прорастет?
Потом подисскутировали насчёт финальной отделки комнат и наконец... сделали вывод, что им нужен душ!
Точнее, душ нужен всем, потому что поездки на один-два дня скоро сменятся поездками на неделю-две, а там уже и детей можно будет вывозить.
Вывозить детей на природу без душа было рискованным делом.
Дети, они ведь как? Только что были нарядные и причесанные и — бах... уже упавшие, уронившие на себя что-нибудь и с выдранным бантом из косичек в пылу одномоментного выяснения отношений.
В общем, в очередную пробежку мимо них стружечной лысинки кто-то из женщин, набравшись смелости, крикнул вслед: "Нам нужен душ!"
Фраза долетела до адресата, на миг остановив деловое движение мастера, и тут же скрылась во взбудораженном домике , запутавшись в редких седых волосинах и неизменной стружке.
Женщины переглянулись и тут же сменили огородно-ремонтную тему поисками места для будущего душа.
Путем совещательных поисков решили, что ему самое место как раз недалеко от домика и той самой яблони, где стоял столик.
Дедушкин вопрос: "Где ставим душ?" застал женщин врасплох и чуть не стоил им сердечного приступа.
Буквально хором все указали на выбранное место.
Дедушка крякнул и опять скрылся в домике, бойкий перестук молотков неожиданно затих.
***
Всю неделю семья работала, а пенсионеры с завидной регулярностью собирались и уезжали из дома в такую раннюю рань, что остальные домочадцы даже не успевали спросить: "Вы куда?"
К выходным, по заведенному теперь обычаю, собрав сумки с едой, семья выдвинулась на дачу, радостно влившись в поток таких же радостных дачников.
Молодежь встречали старики, уже целую неделю тусившие на природе, и...
мама Миа! На том самом месте, куда неделю назад женский коллектив ткнул пальцем, красовался небольшой, но крепенький фундамент c очертаниями будущего душа.
Внучка, только что выпорхнувшая в каникулы, вдруг резко передумала тусить в городе и примкнула к старикам, чтоб не пропустить тот самый миг, когда насущное сооружение наконец можно будет торжественно ввести в эксплуатацию.
Дед очень обрадовался и тут же отыскал в своих инструментах маленький лёгкий молоточек.
За выходные мужская команда, забросив домик, к радости женщин, тут же его оккупировавших, целых два дня активно работали над душем.
К вечеру воскресенья душ обрёл крышу и уже радовал своей без пяти минут готовностью.
Поздно вечером дед вдруг собрался и, сообщив бабушке с внучкой, что приедет завтра, отбыл с работающей частью семьи.
Внучка и бабушка с маленькой правнучкой обрадовались возможности побыть наедине, поболтать, похихикать и вообще насладиться общением друг с другом без отвлекающих факторов.
Вечер опустился быстро и как-то хмуро.
Поднялся ветер, и запахло непогодой.
Бабушка со старшей внучкой уложили маленькую бабушкину правнучку и уселись на стареньком крылечке.
Они болтали о том, о сем, бабушка рассказывала о своем непростом детстве и как они встретились с дедушкой и полюбили друг друга.
Поздно ночью пошел дождь.
Сначала он просто накрапывал, а потом вдруг разразился грозой.
Небо вспыхивало пламенем молний, а маленький старенький домик весь трясся от раскатов грома.
Бабушка с внучкой решили идти спать, ну, во-первых, чтобы не бояться, а во-вторых, уже все равно было пора.
Взяли свои пустые уже чашки и зашли в дом, плотно прикрыв за собой дверь.
Чтоб было видно, включили свет в коридорчике.
Свет из коридора подсветил комнату.
В ней, как в краю озёр, блестели лужи.
Самая большая была как раз около кровати мирно спящей маленькой правнучки.
Капли с потолка съезжали, отрывались и, пролетая мимо ребячьего носа, плюхались в лужу, растекшуюся уже даже под кровать.
"Божечки!" — воскликнула шепотом бабушка.
"Вот этот номер!" — подытожила внучка.
Оставшаяся ночь была посвящена сначала передвижке детской кровати со спящим ребенком в самое сухое место в комнате, а потом поискам и расстановке ёмкостей под водопад с потолка.
Утром...
Утром приехавшего радостного дедушку, груженного всяким добрищем для душа, встретили тазики, кастрюльки, ведра и перспектива ремонта крыши.
Душ был временно отложен в связи с неотложной крышей.
В ближайшие выходные приехавшая молодежь бодро лазила по крыше, латая ее прикупленным материалом.
Уставшая немытая молодежь уехала, а дед с самого утра вернулся к заброшенному было душу.
Целый день они с внучкой стучали, пилили, взгромождали баки на крышу, и наконец...
Дед объявил, что можно натаскать воду и производить первое испытание деревенского удобства.
Они с внучкой натаскали воды, включили обогреватель.
Дедушка распахнул дверь душа и даже примостил красную ленточку, непонятно откуда взявшуюся, для торжественного открытия важного для всех помещения.
Торжественно открывать была приглашена бабушка
Так уж вышло, что безмерно любящий ее ещё смолоду дед , всегда предоставлял право первооткрывателя его творений своей любимой жене, ныне уже прабабушке.
Перед распахнутой дверью с трепыхающейся красной ленточкой дед поставил "зрительскую " лавочку, которая получилась единственным партером в этом театре торжественного действа.
Бабушка, собрав помывочный комплект и вооружившись ножницами, торжественно разрезала ленточку под бурные аплодисменты малочисленной публики: дедушки, старшей внучки и маленькой правнучки, взявшей на мероприятие своего одноглазого медведя, с которым не расставалась.
Зрители расположились на лавочке-партере и уже было запаслись терпением до того момента, как бабушка, совершив омовение в только что достроенном душе, выйдет и поделится впечатлениями.
Дедушка, любуясь своим творением, даже расчувствовался и промокнул слезинку счастья рукавом рабочей рубашки.
Бабушка зашла внутрь пахнущего свежим деревом сооружения, расположила свои помывочные принадлежности на гладко ошкуренной лавочке, сняла старенький халатик повесив его на деревянные вешалки, и...
Повернувшись спиной к "зрителям" неожиданно смело сняла панталоны, оголив, собсно, всю свою пожилую красоту, на обозрение "партеру".
Дед не ожидавший столь резкого развития событий , ойкнул, всплеснул руками и, одноминутно потеряв равновесие на старой колченогой лавочке, завалился назад.
Его немаленький вес потянул за сбой лавочку и всех остальных зрителей , и уже через минуту весь "партер" лежал вверх ногами напротив новенького только что торжественно открытого душа.
Бабушка под хохот зрителей, наконец сообразив, захлопнула дверь, а дед, продышавшись и еле поднявшись благодаря внучкам, крикнул в теперь уже закрытую дверь: "Хулиганка!"
Из-за двери послышался бабушкин смех, и за ним комментарий :
" Склероз однако !"
Дед махнул рукой и пошел на крылечко перекурить это эпическое событие.
" Склероз у нее ...эх..."
***
Спасибо всем дочитавшим !
Надеюсь вам понравилось 😁👍❤️