Экс-защитник «Ювентуса» Леонардо Бонуччи повесил бутсы на гвоздь в этом году и стал помощником тренера сборной Италии U20. Пока у команды нет сборов, легенда итальянского футбола пришел на проект Fenomeni и пообщался с Лукой Тони о некоторые моментах богатой карьеры.
«Лига чемпионов? Против «Барселоны» мы были ближе [к кубку], но проиграли на контратаках. До этого момента мы были уверены в победе. «Мадрид»? Все про эти разговоры в раздевалке − неправда. Я подошел к Пауло, чтобы успокоить его, у нас отличные отношения».
«Слова Шченсны? Я был разочарован (Тек сказал, что во время речей Лео он надевал наушники) из-за сакральности раздевалки. Я говорил на благо команды, а когда это делал, он всегда запирался в туалете. Я не буду говорить, почему. У меня с ним были отличные отношения, но я не понимаю, почему он сейчас так говорит».
«Мое празднование родилось за ужином с друзьями. Я всегда был болельщиком «Ювентуса», и попасть в «Ювентус» было моей самой большой мечтой. Мои друзья предложили мне это».
«Любимый гол? Больше всего мне понравился мяч в матче с «Ромой» (3:2) в 2014 году. Я ничего не чувствовал во время празднования. Вся команда была на мне, но я ничего не чувствовал. Когда игра возобновилась, я был как будто мертв».
«Празднование за «Милан» в матче с «Юве»? Я бы сделал это снова. В то время я играл в «Милане» и отдавал всего себя за них, но это был и жест уважения к новым болельщикам. В конце концов, когда я во второй раз покидал «Ювентус», все, от директоров до болельщиков, благодарили меня. Так что все получилось».
«BBC? Мы встретились на идеальном этапе нашей карьеры и хорошо дополняли друг друга. Мы знали, что на Евро-2016 будем в тройке сильнейших. Там мы вместе достигли своего пика. Мы сыграли почти все матчи, а за спиной у нас был самый сильный вратарь в истории. Это было нечеловеческое чувство. Мы проводили много времени вместе вне поля».
«Я был очень близок к «Сити» в 2016 и 2017 годах. Маротта сказал мне, что в то время он не продаст меня ни за какие деньги, даже за 100 миллионов, и предложение от них было не за горами. На следующий год Пеп сказал мне, что ему нужно продать и Мангаля, и Отаменди, тогда он возьмет меня, но я не мог ждать».