В Туле закончился суд над учительницей, укравшей в школе учебники. Вердикт судьи — виновна. Наказание — штраф в 130 тысяч рублей и подписка о невыезде до вступления приговора в законную силу. Подробнее — в материале tula.aif.ru.
Почему так мало
Суд учёл смягчающие обстоятельства: признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья самой подсудимой и её матери, добровольное возмещение ущерба. А также отсутствие отягчающих обстоятельств.
«Полагаю, что её исправление не требует изоляции от общества», — сказал представитель обвинения, попросив оштрафовать учителя на 200 тысяч рублей.
Представитель образовательного центра, то бишь пострадавшей стороны, отметил, что реальный срок, заключение в тюрьму, смысла не имеет, так как она возместила ущерб.
Подсудимая в очередной раз признала вину и с позицией стороны обвинения согласилась. Но это не устроило её адвоката.
Адвокат поинтересовался, устраивает ли её сумма.
«Меньше было бы лучше...», — ответила она.
Адвокат вытащил на божий свет некоторое несоответствие во времени краж, в которых обвиняют «англичанку». Ей вменяются кражи с мая по август. В то время, как реально она выносила книги с июля по август.
Защитник напомнил показания библиотекаря в суде: книги, которые были украдены, поступили в школу в июне.
«То есть, они никак не могли быть украдены до того, как поступили в центр образования», — логично заключил адвокат.
Обратил внимание и на то, что подсудимая хорошо характеризуется по месту жительства. Член избирательной комиссии, имеет благодарность главы Тулы. Одна воспитывает дочь. Много непогашенных кредитов. С учетом её личности и раскаяния адвокат попросил в наказание своей подопечной минимальный размер штрафа.
Учительница подхватила, попросив снизить штраф. И, откровенно смущаясь, и сдерживая слёзы, сказала: «После долгого общения с полицией и следственным комитетом...вы какой-то свет в окне. Деньги заработаются. А то давление, которое на нас оказывали... То, что происходило у нас внутри... Подрыв репутации...
Я выборы проводила в сложных условиях. Меня пугали, что я не проведу их. Температура зашкаливала. Но я их провела хорошо и первой сдала отчётность. Я хороший человек. Просто так у меня получилось. На этом у меня всё. Простите».
Когда она услышала вердикт, слёзы вновь подкатили и словно лопнула натянутая струна внутри. Отпустило.
Приговор не вступил в законную силу и может быть обжалован в установленном законом порядке.
Стала б судьёй
Уже после суда рассказала журналисту tula.aif.ru, что вчера обсудила с дочерью, что будет, если её арестуют и она окажется в тюрьме. Что будет потом...
«Самое страшное смерть и болезнь. Значит такое мне испытание. А вообще, эти месяцы — кошмар, — говорит она. — Мои же ученики, встретив меня на улице, кричали: "Верни книги!" Многие отвернулись. Все рассосались. Я не знаю, как я выжила. Поддерживала семья и ещё один человек. Моя близкая подруга. Сегодня к ней пойду. А деньги мы выплатим. Мама возьмёт кредит на 130 тысяч. Помимо этого, мне надо выплатить мой кредит в миллион, 700 тысяч, взятые мамой в кредит, чтобы погасить центру образования нанесённый мой ущерб.
Я сейчас работаю на хорошем предприятии. Получаю 60 тысяч грязными. Половину отдаю за кредит. Дочь учится в университете, планирует весной начать подрабатывать».
И поделилась — за последнее время пересмотрела большое количество художественных фильмов про работу судов. «Чаще мне попадаются американские. Где воюют адвокаты. Интересно очень, — отмечает. — И суд Ленинского района — это Олимп по сравнению с работой полиции и следователей.
В целом миссия судьи, их независимость мне нравятся. Я этим живу уже четыре месяца. Вот сегодня прощаюсь с фемидой. Но если бы мне пришлось прожить другую жизнь, я выбрала бы юриспруденцию, и пошла бы в судьи».