Весьма странные, нелогичные, а местами даже враждебные действия властей Абхазии по отношению к россиянам из года в год остаются для многих загадкой. Тем более что республика с населением в 250 000 человек уже более 30 лет живёт почти полностью за счёт России. Да, это российские налогоплательщики содержат Абхазию. Доля российских денег в бюджете республики, по разным оценкам, составляет от 50 до 70%. А это миллиарды рублей.
Что же опять произошло, и какая муха вновь укусила власти непризнанной почти никем республики?
В начале сентября стало известно о досрочном выходе на свободу некоего гражданина Эдгара Абухба, который в 2019 году совершил тяжкое преступление против российской туристки. В июле 2019 года Эдгар Абухба обманным путём привёл девушку на территорию заброшенного здания в Сухуме. Затащив её на верхний этаж здания, он изнасиловал её, нанося удары камнями. После этого он похитил у неё два телефона, аксессуары, денежные средства и ювелирные изделия на сумму 70 100 рублей и скрылся с места преступления.
Сторона обвинения просила назначить Эдгару Абухба 16 лет лишения свободы, а представитель потерпевшей — 20 лет. Однако абхазский суд приговорил насильника и грабителя в 2021 году всего к семи годам лишения свободы и взыскал 118 700 рублей по иску потерпевшей.
Не прошло и трёх лет, как насильник встал на путь исправления и вышел на свободу «новым человеком».
Вторая новость из Абхазии ещё более показательная. МВД Абхазии некоторое время назад сообщало, что рассматривает возможность заключения соглашения о сотрудничестве с Росгвардией в целях обеспечения охраны правопорядка в республике в период туристического сезона.
Данное соглашение вызвало целую бурю возмущения у самых честных и законопослушных абхазских граждан. Ведь, как утверждают местные жители, в Абхазии нет никакой преступности. Правда, они забывают упомянуть, что на самом деле в Абхазии царят настоящие российские девяностые: грабят на пляжах туристов, вымогают деньги на дорогах, «отжимают» бизнес и недвижимость, а самых несговорчивых просто убивают.
Только за прошлый год едва ли не треть всех преступлений в республике относилась к категории тяжких. До суда доходило менее половины всех дел, а остальные просто разваливались.
Однако вернёмся к деталям последних событий. Глава МВД заявил следующее:
«Проект соглашения о сотрудничестве между Федеральной службой войск национальной гвардии РФ и МВД Республики Абхазия, обсуждаемый в последние дни в абхазском обществе, не подлежит подписанию. Конституция и законодательство Абхазии не допускают возможности того, чтобы общественную безопасность и порядок в стране обеспечивали правоохранительные органы иностранного государства. Республика Абхазия — суверенное независимое государство. Именно этот статус мы охраняем и защищаем 30 лет. В этом ключе мы намерены действовать и далее».
С безопасностью и правопорядком у соседей действительно всё в порядке, если верить заявлениям властей. Но законы в Абхазии выглядят весьма странными. Я это отметил ещё несколько раз во время посещения этой страны.
После окончания туристического сезона российский бизнес сюда не хочет идти. Законы в Абхазии построены по однобокой схеме: «вы нам деньги, а мы вам ничего». Так и вышло с насильником. Он же абхаз.
Однако власти Абхазии перед началом туристического сезона неожиданно забыли, что туристическая отрасль считается локомотивом экономики республики. Только Рицинский национальный парк и Новоафонскую пещеру в 2023 году посетило более полумиллиона российских туристов. А других здесь и нет. Всего в Абхазии в 2023 году отдохнуло свыше 1,3 млн туристов из России, что на 20% больше, чем в 2022 году.
Как сообщал вице-премьер-министр финансов республики Владимир Делба, бюджет Абхазии в 2023 году получил 1 млрд рублей за счёт налоговых поступлений от туроператоров, гостиниц, санаториев и других мест размещения. Это на 300 млн рублей больше, чем в 2022 году.
Если бы не туризм, то республика оказалась бы в полной нищете. Производства в стране нет, новых рабочих мест тоже. Выживает исключительно только туристический сектор и те, кто кормится у бюджета.
И реакция нашего МИДа не заставила себя ждать. Наконец-то наши официальные ведомства стали отвечать как положено на такое отношение. МИД России заявил, что с крайним недоумением узнал про освобождение преступника, который в 2019 году совершил тяжкое преступление в отношении российской туристки.
По нашей оценке, данный резонансный случай свидетельствует о весьма снисходительном отношении абхазского правосудия к совершаемым на территории республики преступлениям и вытекающим рискам для безопасности большого количества иностранных гостей, ежегодно пребывающих на абхазские курорты, о чём мы вынуждены предупредить наших соотечественников.
Посыл для туристов прямой и однозначный: выезжая в Абхазию, вы подвергаете свою жизнь и здоровье большой опасности.
Но у властей Абхазии ещё есть время тщательно взвесить свои заявления и оценить последствия. Вот, к примеру, Эквадор. Сначала сделал заявление о передаче российского вооружения США и чуть было не потерял огромный российский рынок для сбыта своих бананов, но одумался.
30 лет назад Абхазия считалась чуть ли не советским Лазурным берегом, но распад СССР и последовавшая за этим грузино-абхазская война превратили эту субтропическую жемчужину Черноморского побережья в настоящую страну-заброшку.
Так случилось, что Абхазии повезло: она расположена в одном из самых выгодных и благоприятных для жизнедеятельности регионов бывшего СССР. Едва ли не половина площади республики пригодна для земледелия, а на оставшейся территории — густые леса. Да и разнообразие климатических зон удивляет: от субтропиков и морского побережья до высокогорных альпийских лугов и ледников.
Как следствие — огромный потенциал для сельского хозяйства, круглогодичного туризма и гидроэнергетики. Но вместо этого сегодня Абхазия — совершенно нищая страна на финансовом содержании России. Получается, что Абхазию содержат российские налогоплательщики, а доля российских денег в бюджете республики, по разным данным, составляет от 60 до 75%.
По официальным данным на 2016 год, население Абхазии составляло менее 250 тысяч человек, а в 1989 году здесь проживало более 520 тысяч человек. В действительности сейчас в Абхазии проживает даже меньше людей, чем указано в официальных данных. Говорят, что после войны все, кто мог сбежать от разрухи и безденежья, давно сделали это — уехали в Россию или Грузию, получили российские или грузинские паспорта и живут на две страны.
Это мой не первый репортаж про республику, и в комментариях я часто читал, что абхазы ленивы, никуда не спешат, и таков их менталитет. Любой, кто оказывается в Абхазии, удивляется тотальной разрухе и огромному количеству заброшенных домов в посёлках и городах республики. Удивляется такому отношению к своей стране.
Ведь прошло почти 30 лет с момента обретения независимости и окончания войны, а страна как будто замерла в той эпохе. Однако всё не так просто и однозначно, как может показаться на первый взгляд. Чтобы понять происходящее внутри республики, нужно немного поговорить с местными жителями, послушать их мнение относительно происходящих событий и попробовать понять их позицию.
Я направился в столицу Сухум, чтобы посмотреть, как выглядит благоустроенный город Абхазии, и попытаться разобраться в ситуации.
Сухум мало чем отличается от остальных городов республики: разбитые, как после бомбёжки, дороги, валяющийся мусор, грязь, брошенные квартиры, аварийные по меркам России многоэтажные дома. Руины предприятий и нищета. Если меня спросят об ассоциациях с Абхазией, это будет серость, ржавчина, битые стёкла, рассыпающийся от ветхости советский бетон и голодный взгляд абхазов, обращённый к туристам.
Единственное приличное место в столице — центральная набережная с фонтанами. В остальном же даже самый центр города представляет собой унылое зрелище с заброшенным зданием Совмина Абхазии. Не говоря уже о некогда величественном железнодорожном вокзале и центральных улицах.
На многих домах до сих пор видны следы от обстрелов и попадания осколков снарядов. Брошенных квартир в многоэтажках значительно меньше, чем в других районах Абхазии, но попадаются и такие, особенно на окраинах города.
Местные абхазы объясняют разруху и запущенность философски: республику после войны покинула почти половина населения. Грузины бежали в Грузию, русские уехали в Россию, а за прошедшие годы многие абхазы получили российские паспорта и перебрались в Россию. Поэтому так много брошенных квартир — в них просто некому жить.
Некому и работать, как и восстанавливать производство. На восстановление инфраструктуры нужны огромные деньги, и с каждым годом здания ветшают, а суммы увеличиваются. Оставшимся жителям всё это не очень нужно: население постепенно сокращается, производств нет, новых рабочих мест тоже.
Выживает только туристический сектор и те, кто кормится у бюджета. Да и зачем напрягаться, если из России можно привезти абсолютно всё: от мяса и молока до стройматериалов и техники?
Самое забавное: на улицах Абхазии можно увидеть коров и баранов, как у нас собак, но ни одного молочного или мясного комбината не осталось. А из местных продуктов — только мандарины и инжир. Вина абхазского тоже нет: то, что предлагают туристам под видом домашнего вина, — это дешёвое концентрированное пойло из Молдавии.
Абхазы никуда не спешат и наслаждаются размеренным течением жизни — что у нас называется "плыть по течению". Значительная часть средств, поступающих из России, оседает в карманах постоянно сменяющихся властей республики, и это ни для кого не секрет.
Российский бизнес сюда уже давно не хочет идти: законы в Абхазии весьма странные. Как говорят абхазы, законы защищают местное население от тотального приобретения активов республики иностранцами за бесценок. Получается такая схема: "вы нам деньги, а мы вам ничего".
Мне кажется, что абхазы на самом деле неплохо устроились, и им вполне комфортно живётся в таком статусе, особенно обладателям нескольких паспортов. Они без проблем ездят в Грузию и Россию за медицинской помощью и на отдых.
Такая ситуация выгодна и России. Аргументы абхазов меня не убедили, а скорее наоборот.
Как вы считаете, есть ли будущее у Абхазии? Или эта ситуация выгодна Абхазии, России и Грузии, и ничего не изменится?