Понятие политического Шмитта неразрывно связано с полит философией Гоббса и его теорией суверена (Гоббса Шмитт называл единственным последовательным полит философом).
До государства и суверена человечество жило в т.н. естественном состоянии (далее - ЕС). Естественное состояние можно охарактеризовать тремя пунктами:
1. Все люди равны (в т.ч. в возможности убивать "даже самый слабый и глупый может убить самого сильного и умного").
2. Страх смерти и особенно насильственной смерти - самого сильного страха и мотиватора к действию (кроме смерти этими мотиваторами являются надежда на осязаемое - материальное обогащение - и надежда на неосязаемое - славу, честь, что-то Великое...)
3. Люди изначально имеют право на все (отсутствие частной собственности)
В ЕС люди находятся в состоянии постоянного конфликта, не имея возможности придти к согласию о том, что есть благо (в ЕС морали не существует). В то же время, война всех против всех (результат ЕС) не есть кровавая бойня. Ибо она не начинается только из-за того, что нет государства. Это скорее постоянный страх перед потенциальной бойней.
ЕС также имеет ряд свойств, вытекающих из характеристики ЕС:
1. У людей нет собственности (потому что все имеют право на владением всем, включая чужую жизнь)
2. Нет моральности (все действия людей морально нейтральные)
3. Нет греховности (потом что Б-г и заповеди появятся позже). В ЕС нет права, поскольку, следование закону должно быть чем-то мотивировано (например смертью).
4. Нет культуры и цивилизации (нет национального). Люди в ЕС не способны создать что-то более длительное, чем сиюминутные удовольствия.
Именно стремление преодоления состояния войны всех против всех и страха смерти, как вытекающего из этого состояния, толкают человека на то, чтобы заключить общественный договор и создать "смертного Б-га" - Левиафана. За это, люди жертвуют всеми своими естественными правами, кроме права на жизнь (и то, лишь частично).
Левиафан (государство) - есть некий организованный коллектив, который должен оставаться единым. Единство же достигается через создание единой воли и ей наделяют суверена. Это может быть либо один человек, либо целый коллектив (условно, парламент или президиум). При этом, суверен не вступает в общественный договор и, тем самым навсегда остается в ЕС (напомню, естественное состояние). Это происходит потому что над сувереном никто не стоит и его никто не контролирует.
То есть, для суверена не существует моральности и частной собственности. Однако, именно этим он обеспечивает, условно, граждан.
Национальность и право остаются абстракциями, которые существуют лишь в рамках конкретного государства. Даже религия.
Суверен не обделено ничем. Оно может нарушить свой же закон или данное обещание. Государство может даже нарушить слово, данное Б-гу, поскольку
Б-г создавал заповеди для людей, а не для коллективов.
А это значит, что человек, создав государство не теряет страх перед насильственной смертью, поскольку хоть люди и потеряли свое естественное право убивать других людей, но они передали это право государству. Теперь люди вынуждены боятся свое же государство.
Государство, получив волю получило то, чем обладает каждое существо, обладающее волей - желанием выжить.
Война всех против всех прекращается внутри государства лишь потому, что если такая война возобновится (возобновится естественное состояние) это будет означать смерть государства. Однако, Шмитт добавляет, что общность может раздробиться на несколько политических групп (гражданская война)
Ради своего существования, государство может даже приказать отдельным его членам совершить самоубийство - смертных грех.
Из Гоббсовской концепции суверена Шмитт формулирует понятие политического, которое можно охарактеризовать рядом тезисов:
1. Политическое возможно только в коллективе. Без коллективного не может существовать политического.
2. Более того, коллективов должно быть множество, поскольку политическое появляется лишь в процессе противостояния враждующих групп. Напомню, именно страх насильственной смерти толкнул людей заключить общественный договор. Война - главная предпосылка к появлению политического. При этом, каждая эпоха создавала новые формы и новые измерения ПОЛИТИЧЕСКОГО разделения на группы, уничтожало существовавшие ранее политические образования, вызывало войны внешние и войны гражданские и то умножало, то уменьшало число организованных политических единств.
3. Политическое не относится ни к одной сфере общественной жизни: ни к культуре, ни к экономике, ни к религии... При этом, стоит учитывать, что группы, входящие в те или иные сферы общ жизни могут достигнуть такого влияние и такого уровня самоорганизации, что придут к тому, чтобы заново заключить общественный договор и создать новое политическое.
4. Нет такой идеологии, программы, которая может рационально обосновать убийство одного человека другим. Мотивы человека, принужившие его к убийству всегда иррациональны (страх насильственной смерти). Однако, Левиофан может контролировать этот страх и использовать для своей цели.
5. Наконец, Шмитт следуя за Вебером, Карл Шмитт разделяет понятия "управление" и "политическое", но фиксирует неустранимость политического и недостаточность только управления в существовании государства как политической формы народа. Суть — в необходимом наличии «экзистенциального разрыва» в историческом (политическом) существовании.