«Твой муж сейчас сидит в ресторане с какой-то девушкой и ребёнком».
Ещё раз перечитываю сообщение от знакомой.
Прочитанное не укладывается в голове. Воспринимаю эти слова как глупую шутку.
Может, она ошиблась? Мы не слишком близки, она могла и перепутать!
Нервно тереблю телефон, печатаю ответ.
И тут же мне прилетает фотография.
Вижу знакомый ресторан. Наш любимый.
Мой муж. Безусловно, он — не перепутаю никогда и ни с кем. Напротив него сидит темноволосая женщина, лица не видно. Смотрит на маленького мальчика лет трёх. Он тянется ладошкой к Демьяну, лучезарно улыбаясь.
Ну и что?.. Может, это кто-то с его работы? Он превосходный руководитель! Приближённых подчинённых всегда поздравляет с днями рождения цветами и бронирует им столик в ресторане за его счёт.
А если это бухгалтер? Они все женщины!
Или он встретился с бывшим сослуживцем, а это — его семья!
Эта мысль успокаивает, и я, выдохнув, откидываюсь на спинку кресла.
Спокойно, Слава, спокойно…
Только пытаюсь восстановить дыхание, как приходит новая фотография. Малыш сидит у Демьяна на коленях, и он наклоняется, целуя его в лоб. А женщина сияет, как яркий огонёк.
И у меня весь мир на глазах рушится…
Быстро закрываю приложение и захожу в контакты. Номер мужа у меня на быстром наборе.
Нажимаю кнопку, нервно закусываю губу, прикладываю телефон к уху. Он не мог так поступить. Мы действительно любим друг друга. Я уверена в этом.
Да, последние недели, даже месяцы, он холоден, вечно где-то пропадает, но у него не может появиться любовница.
Горько усмехаюсь. Может, он ушёл к ней из-за ребёнка? И всё равно, что он, возможно, неродной. Я ведь не могу ему родить… И мы даже не рассматривали вопрос усыновления.
В груди появляется тяжесть, от которой хочется сдохнуть.
Гудки наконец-то обрываются, а я уже успеваю сойти с ума.
— Может, пообедаем сегодня вместе? — выпаливаю, чтобы убедиться, что всё это неправда.
— Не сегодня, — отвечает он ровным голосом, нехарактерным для него. На заднем фоне слышен легкий детский смех, который на мгновение становится чуть громче. — Прости, я занят, на переговорах. До вечера.
Отключается. Как и моё сердце. Перестаёт работать, качать кровь. Остановилось. Кажется, в моём организме перестало функционировать абсолютно всё. И я сижу на кресле, как живой труп.
Он не мог со мной так поступить…
Не мог!
На ватных ногах встаю с кресла. Хватаю сумку, скидываю в неё телефон, словно призрак выхожу из кабинета и плетусь по коридору. За мной бежит мой секретарь, напоминая о работе:
— К вам Афанасьева записана через полчаса. Вы успеете на приём? — взволнованно спрашивает, семеня за мной.
— Отмени всё, — отвечаю безжизненным голосом.
— А, хорошо, — непонимающе и растерянно шепчет, остановившись.
Не замечаю, как оказываюсь на улице, на парковке и сажусь в свой автомобиль.
Крепко сжимаю руль, в беспамятстве доезжаю до дома. Кажется, я задела мусорный бак бампером, но сейчас он интересует меня меньше всего. Машина — дело второстепенное, обычная железная банка.
В квартире, где всё пропитано запахом Демьяна, становится лучше. Наш дом, словно подзарядка, питает меня, заставляя оценивать вещи трезво. Не поддаваться эмоциям. Успокоиться.
Поэтому беру себя в руки. Готовлю ужин, с нетерпением ожидаю мужа, он возвращается в девять вечера.
— Ты сегодня поздно, — улыбаюсь, встречая его в шёлковом халате. Стараюсь не думать о том, что случилось днём. Уверена, всё это недопонимание, и нам нужно обо всём поговорить. Разве не это — основа всех отношений?
Как психологу, мне нужно думать рационально.
— Было много дел, — не смотря на меня, скидывает обувь и направляется в зал, по пути целуя меня в щёку.
Всего лишь в щёку.
Смотрю ему вслед и внимательно наблюдаю за тем, как он снимает на ходу рубашку. Как будто в розыске следов от помады или чего-то ещё. Оставляет телефон на столе, направляясь в душ.
— Нам надо поговорить, — говорю ему в спину. Если не сделаю этого — не успокоюсь.
— После душа, — не идёт на контакт и скрывается в ванной.
Когда я позволила нашим отношениям так остыть? Не знаю. Всё было идеально до определённого периода. А потом Ярцев начал задерживаться на работе, нежность и ласка пропали.
И понимаю я это только сейчас.
Так, не накручивай себя!
Падаю на диван в ожидании мужа.
Сверлю взглядом его телефон. Может, заглянуть в него? Помню, он ничего и никогда не скрывал. У него даже не стоит пароль!
И я могу с лёгкостью узнать, изменяет ли он мне, избежав ненужных диалогов, из которых я выйду ревнивой дурой.
Нет, я дождусь, когда он выйдет, и мы поговорим.
Словно в насмешку, Демьяну приходит сообщение. Экран загорается от уведомления. Перед тем, как он погаснет, замечаю женское имя.
Нет, нельзя, Слава. Не смей читать чужие СМС-ки!
Любопытство и интерес оказываются сильнее меня. И я, поддавшись слабости, хватаю со стола телефон. Быстро пробегаюсь глазами по тексту и столбенею.
«Сын спрашивает, когда папа приедет в следующий раз. Тоскует… Что мне ему сказать?».
Сын?..
Какой сын?.. Демьяна?.. У него есть ребёнок?
Но ведь это невозможно!
Экран опять мигает.
«Я тоже очень скучаю».
Этими сообщениями меня словно хватают за шею и душат. А я не оказываю не единой попытки сопротивляться, медленно разрушаясь.
Быть того не может. Это всё — не реальность, а страшный сон.
Дверь сбоку щёлкает, я ощущаю тепло от горячего воздуха, исходящего из ванной, из которой выходит Демьян. Вытирает светло-русые, почти блондинистые волосы полотенцем. Нет в его взгляде искорки, как раньше.
Рука будто весит целую тонну, когда я поднимаю телефон, повернув экраном к нему. Показываю ему сообщение от «Людмилы».
— Ты мне изменяешь? — спрашиваю прямо, пытаясь скрыть упрямо рвущуюся дрожь в голосе.
Взгляд голубых глаз будто кидает в меня тысячу ледяных копий. Он явно не ожидал, что я загляну в его телефон. Осуждает? Почему молчит так долго? Придумывает отмазку?
Но вместо неё в ответ я слышу уверенное:
— Да.
«Да».
Одно слово набатом бьёт в голове, как приговор.
Я подрываюсь с дивана, сжимаю в пальцах телефон.
Да я в шоке от его спокойствия!
Он в открытую говорит, что изменяет мне, не пошевелив и бровью! Мне, своей жене, спустя столько лет брака!
— Кого она имела в виду под «сыном»? — интересуюсь тем, что волнует больше всего. Кроме его равнодушия.
Я понимаю, почему он начал изменять, а меня быстро отправили на утилизацию.
Мы оба хотели детей. И он — больше всего. Я знаю, как сильно ему нужен ребёнок. И мы пытаемся два года. Всё безуспешно.
— У меня есть ребёнок, — огорошивает своим заявлением. — Родившийся задолго до встречи с тобой.
Что чувствует в эти моменты не сумевшая забеременеть женщина?
Пустоту.
Я медленно, но верно разрушаюсь изнутри, не зная, что сказать. Как отреагировать?
Меня сильнее вдавливают в землю носком ботинка.
— И поэтому ты выбрал их? — слабо спрашиваю, не сумев справиться со своими эмоциями. Я отлично могу держать себя в руках, управлять чувствами. Работа психолога не из лёгких, мне нужно уметь скрывать свою истинную реакцию на происходящее.
Часто нужно держать слёзы в себе. Иначе какой ты врач, что переживает на уровне с пациентом и рыдает? А тут не могу… Так и хочется разорваться и дать волю чувствам.
— Прости, Слав, — его слова звучат искренне, на секунду облегчая мне адскую боль на душе. — У нас ничего не выйдет. Может, у тебя получится с другим мужчиной.
Как обухом по голове…
Однажды он уже говорил эту фразу. Тогда мы сели и поговорили. Сохранили наш брак. А здесь… Не выйдет. На этот раз не выйдет.
— После того, что ты сделал? Безусловно, — беру себя в руки и цежу сквозь зубы. — А знаешь что, Ярцев?
Хочется наговорить кучу грязи. Выплеснуть весь негатив. За то, что он так легко оставил меня. Не борется за нашу семью. Видимо, она нужна только мне.
Но где-то в глубине души я рада, что хотя бы он обретёт желанного ребёнка.
— Хорошей тебе и счастливой жизни, — желаю ему от всего сердца.
С трудом онемевшими пальцами снимаю обручальное кольцо. И словно вместе с этим теряю душу.
Прикрыв глаза, опускаю кольцо на барную стойку.
Держаться! Нужно держаться!
Отвернувшись и сцепив зубы, направляюсь в нашу спальню.
— Это развод? — спрашивает спокойно мне в спину.
И от этого больнее всего.
Счастливые годы брака, кончающиеся безразличием.
Он не пытается сказать, что это ошибка. Что всё исправит. И не хочет меня терять. Ничего из этого.
Он впервые настолько безмятежен.
В другой ситуации я подумала бы, что Демьян разбит. Отчаялся, потерял все силы бороться. Но эта не та ситуация.
— Да, — сдавленно отвечаю ему, скрываясь в нашей спальне.
Поднимаю лицо к потолку, жмурюсь и пытаюсь сдержать душащие слёзы.
Нет, не здесь. Только не здесь!
С трудом переодеваюсь из домашней одежды, хватаю обычную сумку и надеюсь, что ничего не натворю на эмоциях. Жутко хочется что-нибудь сломать, выплеснуть пар. Но мебель вокруг и вещи не виноваты, что у меня поганое настроение и неверный муж.
Когда выхожу из комнаты, Демьяна в гостиной уже нет.
А на барной стойке рядом с моим кольцом поблёскивает и его.
Больно. Адски больно.
Слёзы снова наворачиваются на глаза. И я желаю убраться отсюда как можно дальше и быстрее.
Лишь бы не чувствовать его запах в носу. Не его видеть футболку, переброшенную через подлокотник дивана.
Как в прострации, добираюсь до машины. Полчаса — и я заваливаюсь к подруге, как в кино.
Я и правда ощущаю себя в каком-то сериале. Но не в том, что кончается счастливо для главных героев.
От горя и бессилия хочется воспользоваться единственной отдушиной, как и у всех моих пациентов, — алкоголем, но я его ненавижу.
К тому же сейчас я пью таблетки, витамины. А есть ли теперь смысл? Когда мужа нет, а беременности тем более?
— Тише, малышка, всё не так плохо, — успокаивающе произносит подруга, наливая мне чай. — Найдёшь себе другого мужика. Тем более ты богатая, умная, красивая, преуспевающая! А Ярцев…
Она сама не знает, что сказать. Он был идеальным мужчиной. Его не за что корить, осуждать. Кроме одного…
— Ну его, в общем-то, — растерянно шепчет мне.
Я тоже хочу его послать. Далеко и надолго.
Но есть проблема. Зависимость. И заканчивающийся на нём весь мир.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре: