В 165 км от центра китайского мегаполиса Чунцин, в районе Дацзу, расположено 75 участков пещер с резными каменными скульптурами и сценами, посвященными буддизму, даосизму и конфуцианству.
Шедевры, спрятанные в этих пещерах, созданы с 9-го по 13 века, начало положено во время династии Тан. Первым заказчиком скульптур был местный градоначальник, и после него сложилась традиция поручать резчикам создание фигур и сцен на горах Бэйшань и Баодиншань.
Именно походя по каменной тропе вдоль Баодиншань, имеющей форму подковы, приезжий постепенно погружается в замыслы резчиков, много поколений работавших над своими созданиями. Начал работу над самыми сложными фигурами буддийский монах Чжао Чжифэн, что заняло у него почти всю жизнь.
Сцены расположены в пещерах и гротах на пяти горах округа Дацзу
31 группа картин, изображающая темы тантрического буддизма, простой жизни, пастухов и. пр., гармонично сочетают три основные религии Китая, рассказывает зрителю свои истории.
Вот огромный Будда Шакьямуни, сокровище китайского искусства, тысячу лет спит на изгибе горы. Резчики открыли лишь верхнюю часть фигуры, ниже груди — это вся остальная скала. Так они добились цели показать его огромность и непостижимую природу.
Пройдя всю тропу и уже собираясь спуститься по каменной лестнице вниз к выходу, оборачиваешься на вроде бы заросшие лесом склоны и видишь лицо принца Сиддхартхи, достигшего своей цели, полностью безмятежное к явленному миру.
Сцены, которые созданы здесь, необычны своей многофигурностью. Это не просто религиозный рассказ, а полноценный образец народного искусства. Лица абсолютно всех 50 тысяч скульптур имеют явное и четкое выражение — блаженства, поучения, красоты, страха, — и ни разу не повторяются.
Они учат почитать родителей, показывают цену, которую придется заплатить душе грешника, смешат, ужасают, и в конце концов доводят до глубокого впечатления, которое и подготовленный, и вовсе невежественный зритель унесет с собой.
Сцены «ада», как их воспринимает западный человек, поданы особенно живо. Здесь вы будете в роли жертвы и еды, а все животные, которых вы готовили в пищу, поменяются с вами ролью. Прекрасная женщина, кормящая кур, тоже находится в аду, ведь она держит птиц, которые пойдут в пищу. Лицо этой «восточной Венеры» несет дыхание весны.
Кстати, почитание родителей, уже конфуцианская идея, также связано смыслом с этими сценами: ведь отец и мать, кормя своих детей, готовы пойти в ад ради их выживания.
Более 50 тысяч фигур вырезаны целиком непосредственно в породе
Вот дракон обрамляет источник воды и наполняет купальню для божественного младенца. Его девять голов торчат из скалы, и каждая, по легенде, льет холодную и горячую воду для омовения маленького Шакьямуни.
Несмотря на то, что фигуры несут учения трех религий, древние мастера добились удивительной целостности всех сцен. А религиозные догматы, изображенные здесь, ни капли не скучны: все «каменные поучения» пронизаны совершенно эмоциональными и будничными фигурами и сценами.
Готовый взвиться, живой кот выпрыгнет из своей каменной формы и погонится за крысой, которая раскачивается на тонких ветвях. Вечный бег, тогда и сейчас — так и видишь, как они несутся по колесу сансары, где изображено все сущее во Вселенной. Демон крепко держит в пасти колесо, разделенное на миры богов, людей, животных, живущих в аду, призраков и т.д.
Скальные скульптуры Дацзу внесены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО в 1999 году
Более 8 веков в одной из пещер горы Баодиншань сидит тысячерукая бодхисатва, или богиня милосердия Гуанинь.
В 2015 году реставраторы обновили золотое покрытие этой сложной композиции, и теперь сияние лица и тысячи рук этой самой большой, целиком вырезанной из скалы статуи ослепляет попавшего сюда человека.
Изображаются бодхисатвы обычно не такими отрешёнными и строгими, как Будда. Вот и золотая Гуанинь пещер Дацзу слушает звуки молитвы и имеет тысячу рук, чтобы защитить каждого страдающего на земле. На каждой ладони богини есть глаз, чтобы увидеть и услышать беды людей.
Древний шелковый путь, по которому буддизм проник в Китай, возродился в современности и обрел форму проекта Один пояс — один путь.
Текст: Мария Гаврилова
Фото: автора