Евфимий II – новгородский епископ. Родился е в семье священника Михея и его жены Анны, которые долгое время не имели детей и пообещали посвятить своего ребёнка Богу. В 15 лет он принял монашеский постриг с именем Иоанн в Николо-Вяжищском монастыре.
Добродетельной монашеской жизнью Евфимий стал известен архиепископу Новгородскому Симеону, который назначил его своим архерейским экономом. После смерти Симеона Евфимий перешёл в Хутынский монастырь, а позднее был избран игуменом Богородицкого монастыря на Лисичьей горе близ Новгорода.
В конце 1429 года был избран в архиепископы Новгородские, состоялось наречение Евфимия, но четыре года из-за отсутствия на Руси митрополита Киевского не был рукоположён до 4 мая 1434.
Он скончался 11 марта 1458.
Время, когда во главе новогородской церкви стоял Евфимий, было периодом расцвета новгородской церковной художественной культуры.
Новогородскому зодчеству этого периода присущи некоторые новые черты, одна из которых - возведение большого количества церквей «на старой основе» по образцу прежде стоявших построек. В Новгороде именно архиепископы были основными заказчиками каменных построек, и в середине — второй половине XV в. все основные новации, о которых пойдет речь, связаны именно с деятельностью новгородских епископов, одним из которых и был Евфимия II, управлявший епархией с 1429 по 1458.
В 1442г. Евфимий вместе с новгородцами строит новый собор Спасо Преображенского монастыря в Старой Руссе на старой основе. Летописец подчеркивает преемственность старой и новой построек и указывает на бóльшую высоту новой церкви. Согласно реставрационным данным, храм XV в. полностью повторил плановую структуру церкви конца XII в., были только утолщены стены и несколько откорректирована форма апсид.
План церкви, унаследованный от храма-предшественника, который во многом определил и ее внешний облик. Объемно-пространственное решение храма 1442 г. с широкими лопатками, в целом соответствующими столбам и делящими боковые фасады на три неравные части соответствует домонгольской традиции. Трехапсидность храма с пониженными боковыми апсидами — также черта архитектуры конца XII в.
В интерьере появилось деревянное перекрытие, разделившее постройку на два этажа, была изменена форма восточных столбов, возможно, и форма западных. На фасадах видны характерные для XV в. схему расположения и форму окон. Пояски декоративной кладки в верхних частях стен — характерная черта новгородской архитектуры середины XV в. Таким образом, налицо серьезные отличия в образном решении и в деталях храмов XII и XV вв. Силуэт храма значительно изменился в процессе перестройки — если считать, что первоначальный храм был трехглавым. В то же время есть и черты сходства между двумя постройками. Очевидно, в Спасском соборе мы сталкиваемся с тем редким случаем, когда новый храм зримо напоминал о храме-предшественнике и одновременно представлял собой постройку уже вполне в духе XV столетия.
Храм Рождества св. Иоанна Предтечи на Опоках 1453 г. полностью повторил план домонгольской церкви, изначально построенной в 1127– 1130 гг., но сильно перестроенной в 1184 г. Исследования внутри храма не проводились, но форма столбов, внутренние лопатки напротив восточных столбов вполне соответствуют типологической схеме новгородских церквей XII в.
Боковые фасады, разделенные на четыре прясла широкими лопатками, три равновысокие апсиды, позакомарное покрытие — все это напоминает нам об источнике архитектурных форм памятника, лежащем в XII в. Главное, что отличало новую постройку, было решение интерьера, разделенного перекрытием подцерковья на два этажа, а также окна специфической формы расположение которых связано с типологической схемой, характерной именно для XV в. Храм, скорее всего, лишился при перестройке дополнительных глав, поскольку столь протяженные боковые фасады, естественно, предполагают наличие трех или даже пяти глав. Храм 1127 г. перестраивался дважды — в 1184 г. и в XIV в., и вероятнее всего, храм, разобранный в 1453 г., уже был одноглавым. Стилистически храм XV в. продолжал линию лаконичной архитектуры, заданную храмом-предшественником. Зодчие стремятся повторить знакомый облик храма, лишь немного модифицировав его фасады. Изменения во внешнем облике вызваны исключительно переменами во внутренней структуре постройки — появлением перекрытия, разделяющего храм на два этажа.
Церковь св. Михаила Архангела на Михайловой улице 1454 г.была поставлена на основании церкви 1300–1302 гг. Первоначальная постройка представляла собой четырехстолпный одноапсидный храм. Не соответствующие столбам лопатки делили боковые фасады церкви на три равновеликих прясла. Зодчие XV в., с одной стороны, твердо следовали старым основаниям — фундаментам и нижним частям стен церкви начала XIV в., по возможности сохраняя старые кладки (например, полностью была оставлена апсида и нижние части южной стены), с другой стороны, они явно не ориентировались на храм-предшественник и создавали свою, оригинальную и непохожую на храм 1302 г. композицию. Новая церковь отличалась пристройками с юга и запада, лопатки начинались со второго яруса, а окна имели характерную для XV века форму. Внутри были хоры и подцерковье с лестницей в западной стене. Храм сочетал старые черты с новациями XV века, сохраняя остатки прежней конструкции ради экономии.
Церковь св. Ильи Пророка на Славне — один из наиболее значимых в градостроительном отношении храмов. Стоявший на южной границе города, на дороге в Москву, он играл особую роль во внутренней жизни Новгорода. Именно у Ильинской церкви, новгородцы встречали и провожали архиепископов; этот храм был первым, встречавшим путников, приходивших по Московской дороге. Постройка 1456 г., верхние части которой были варварски разрушены в 1950-е гг., представляет собой большой четырехстолпный трехапсидный одноглавый храм с подцерковьем. Позакомарное завершение фасадов, достаточно большая высота основного объема с примыкающим к нему с юга приделом создавали ощущение ступенчатого восхождения к главе, подчеркивали градостроительную значимость церкви. Стены предопределили характер объемно-пространственного решения новой постройки. Фасады здания XV в., видимо, были лишены каких-либо декоративных поясков. Из новаторских приемов, которые отличают Ильинскую церковь, можно отметить только наличие перекрытия подцерковья, разделяющего интерьер храма на два этажа. В целом можно отметить, что постройка 1456 г. практически полностью воспроизвела формы храма-предшественника.
Изучая стоящую сейчас в южной части новгородского Торга Успенскую церковь 1457 г., лишь в малой степени можем себе представить облик храма в XV в. Успенский храм был сильно перестроен в XVI–XVII вв.. В этой связи можно отметить только то, что Успенский храм в структуре плана в общем повторял домонгольский собор — большой шестистолпный храм с хорами. К 1457 г. Успенская церковь уже перестраивалась в XIV — начале XV в., возможно даже два раза (первая перестройка может датироваться временем после пожара 1340 г., а вторая — после пожара 1399 г. Перестраивая храм, зодчие середины 1450-х гг. сохранили его структуру. Изменения коснулись формы окон, а в интерьере храм был разделен перекрытием на два этажа. Не исключено, что домонгольский храм имел три главы — при протяженных боковых фасадах более уместным кажется трехглавие основного объема. Когда в храме появилась одна глава — в результате ремонтных работ XIV — начала XV в. или уже в середине XV в., — сказать сложно. Несмотря на то, что пока невозможно сделать даже схематичную реконструкцию Успенской церкви середины XV в., очевидно, что зодчие 1450-х гг. ориентировались на существовавшую постройку XII–XIV вв. и стремились использовать все пригодные части храма-предшественника.
Храм св. Дмитрия на Славковой улице представляет собой типичную для XIV–XV вв. постройку — крупный одноглавый одноапсидный храм. Церковь, однако, имеет отличительную особенность, сразу выделяющую ее из ряда других сооружений, — богато украшенные фасады, буквально покрытые ковром из декоративной кирпичной кладки. При перестройке церкви зодчие стремились максимально использовать стены храма-предшественника, было изменено лишь завершение, в верхних частях центральных прясел фасадов появились пояски декоративной кладки, богатый декор приобрел и барабан, на фасадах появились окна характерной для XV в. формы. Внешний облик храма существенно изменился, однако объемно-пространственным решением, высотою он напоминал храм-предшественник. Иначе говоря, зодчие XV в. модифицировали старый объем прежде всего за счет его разделения на два этажа, насыщения стен декором и изменения завершения постройки — тенденция, характерная для архитектуры середины XV в.
Исторические и современные исследования новгородской архитектуры середины — второй половины XV века демонстрируют значительное влияние архиепископов, таких как Евфимий II, на развитие зодчества. «Реставрационное строительство», предполагающее возведение новых храмов на старых основах, отражает стремление сохранить традиции и идеализировать прошлое Новгорода, противодействуя московскому влиянию. Этот период характеризуется возведением церквей «на старой основе», подчеркивая консервативные и антимосковские тенденции. Труды XX века подчеркивают культурную и политическую борьбу, проявляющуюся в архитектуре. Современные исследования сосредоточены на локальных памятниках, продолжая углублять понимание этого периода, хотя оценка его значения для древнерусской архитектуры еще требует дальнейшего изучения.