- Нет, я её не крала, - отвечаю на вопрос, - они отказались забирать её! Им нужен мальчик, а не девочка, - называю причину, по которой чужой ребёнок находится у меня.
Услышав мой ответ, женщина быстро достаёт телефон из кармана шубы и начинает копаться в нём.
- Ещё и бракованной назвали, - вспоминаю, как меня окрестила биологическая мать малышки, и случайно произношу это вслух.
- Правильно назвали! – ядовито бросает женщина, - ты и есть брак, с самого своего рождения! – окончательно сбрасывает маску, открывая истинное лицо в мою сторону.
Её слова бьют сильнее пощёчины.
- Я не виновата, что родилась девочка! – кричу в ответ, обида на слова матери порождает злость.
- ВИНОВАТА! Во всех наших бедах виновата ТЫ! По твоей вине нет Саши, по твоей вине Сеня в инвалидном кресле, по твоей вине его бросила невеста! – орёт в ответ, прижимая телефон к уху.
Каждое её слово, что острый нож, вонзается в моё и так кровоточащее сердце.
- Да, - произношу глухо, - я виновата в этом, - смотрю в глаза матери, - ВИНОВАТА, ЧТО ПАПЫ БОЛЬШЕ НЕТ, ЧТО СЕНЯ СТАЛ ТАКИМ! Но я не виновата, СЛЫШИШЬ? Не виновата, что родилась ДЕВОЧКА. И я не виновата, что биологические родители отказались от неё! - трясу головой, - к тому же это была твоя идея, сделать из меня суррогатную мать, а полученные от этого деньги потратить на операцию Сени, и я не отказалась, я пошла на это, согласилась, чтобы вернуть ноги Арсению…
- Потому что ты виновата, всё из-за тебя! - перебивает меня женщина, повторно набирая чей-то номер, - ты сломала нашу жизнь…
- ЗАМОЛЧИ! – рокочет голос брата, перебивая мать.
Женщина вздрагивает и испуганно смотрит на Арсения. Поворачиваю голову в сторону брата и с огромным трудом остаюсь стоять на месте. Крепко сжатые кулаки, вздутые вены на шее и руках, яростный взгляд потемневших глаз, направленный на женщину, ходящие на скулах желваки.
- Сеня, - нервно обращается мать к сыну.
- Выйди из моей комнаты! – рычит в ответ Сеня.
- Сеня?!
- ВЫЙДИ, Я СКАЗАЛ! – басит брат, не давая ей больше говорить, - или я сам вышвырну тебя, клянусь, я сделаю это, - тихо добавляет Арсений.
Наша мать отводит взгляд от сына, переключая его на меня, только теперь в нём нет боязни, в нём неприкрытая ненависть.
- Ненавижу! – словесно подтверждает то, что читается в её глазах, делает шаг в мою сторону и поднимает руку вверх, словно собирается ударить меня.
- Не смей! – рычит Сеня и преграждает женщине путь своим инвалидным креслом, - никогда больше не смей замахиваться на Полю, - предупреждает её Арсений, - а теперь выйди из моей комнаты, или я сделаю то, что обещал… вышвырну тебя сам.
Кинув на меня последний испепеляющий взгляд, наша мать, резко развернувшись на месте, быстро покидает комнату, громко хлопнув дверью. В комнате образуется тишина, смотрю на напряжённую фигуру брата в инвалидном кресле, и сердце сжимается от боли за него.
Гнетущую тишину нарушает тихий писк малышки. На этот звук в нашу сторону поворачивается Сеня и пристально смотрит на кроху на моих руках.
- Она голодная, кушала последний раз утром в больнице перед тем, как нас выписали, - говорю брату.
- А ты? – переводит взгляд на меня.
- Что я? – не понимаю его вопроса.
- Ты голодная, Поля? – хрипло спрашивает брат.
Прислушиваюсь к себе и пожимаю плечами, так как кроме опустошения больше не ощущаю ничего.
- Это не ответ, Поля, ты кормишь грудью? – киваю в ответ, - в этом случае ты обязана есть, - строго говорит Сеня, - я на кухню за обедом, а ты пока покорми малышку, и уже после того, как поешь сама, ты мне расскажешь абсолютно всё, - предупреждает меня Сеня и направляет инвалидное кресло к выходу из комнаты, - Поля, - уже взявшись за ручку двери, зовёт меня брат, - ты уже дала ей имя? – кивает на малышку.
- Да, мне пришлось спешно придумывать, - смотрю на кроху, - Руслана, - говорю имя девочки, и перед глазами всплывает образ её биологического отца, имя которого Руслан.
- Красивое имя, - говорит брат и покидает комнату.
- Красивое, - соглашаюсь с ним шёпотом, - поэтому и назвала так.