Второй день в Риме наша экскурсионная группа начала с площади Венеции. Автобус высадил группу неподалёку от этой площади и уехал в конечную точку пешего маршрута группы. Здесь на автобусной остановке и по пути к площади я увидел первый раз итальянских граждан на улице. Работники кафе и гостиниц не в счёт. А вот на улице никак не поймёшь — идёт местный или турист? Если они по-русски не матерятся.
А тут сразу видно, что местные работают. Хотя… Может они и не граждане Италии. В тонкости их порядков не вникал. На Челентано точно не похожи. Вот водитель нашего автобуса такого же калибра, как Челентано, даже лысеет похоже. А эти работники итальянских улиц другого замеса.
Негры, арабы, азиаты - по одиночке и группами - стояли на пути туристов и предлагали купить всякую мелочь: дождевики, зонты, платки, бусы, чётки, календари, бижутерию… Некоторые приставали к туристам, как наши привокзальные цыгане. Другие стояли молча, с достоинством и равнодушием взирая на бегущих за экскурсоводом белых инородцев. Торговцы на бомжей не тянут — одеты прилично, ухожены. На жалость не давят. И жалости не вызывают.
Вот за что уважаю американцев: к каждому конкуренту свой подход находят, если уничтожить силой нельзя, то удушат в дружеских объятиях. С одной стороны либеральные ценности внедряют в ожиревшую Европу, а с другой — огнём и мечом гонят на неё голодную орду из Азии и Африки. Пытаются голубую кровь разбавить Старому Свету.
Стоят молодые и сильные парни на европейских улицах, ерундой страдают — торгуют мелочью, они привыкли выживать на безжалостной родине и не в таких условиях. Долго они будут здесь прозябать второсортными людьми? Сомневаюсь. Пустят корни, родню подтянут, детей нарожают и начнут потихоньку права качать на новой родине. Господи, хорошо, что у нас холодно и не так богато, как в старушке Европе!
Ой, Толя, и что ты взялся Европу жалеть, ты же на отдыхе, расслабься. Вон экскурсовод говорит, что ты находишься на той самой площади, где сходятся дороги, ведущие в Рим.
Сначала я подумал, что передо мной какое-то правительственное здание — уж очень помпезно выглядело, господствуя над округой. Оказалось, что это нагромождение является монументом в честь первого короля объединённой Италии Виктора Эммануила II. Он сам и восседает на лошади в центре композиции. А под конной статуей находится могила Неизвестного солдата, называемая «Алтарём Отечества». Знакомая тема.
А господствует это сооружение потому, что стоит на одном из пяти холмов города. Экскурсовод сказал, что там есть ещё военные музеи, но мы их смотреть не пойдём. Я сразу охладел к монументу: самое интересное — мимо.
Зато мне понравились на этой площади огромные сосны, на которых хвоя росла зонтиком на самой вершине. Восхитился итальянскими садовниками, которые умудряются заниматься формирующей обрезкой деревьев на такой высоте. Однако, решил поинтересоваться у экскурсовода этой темой. Женщина опустила местных коммунальных садовников на землю, сказав, что это такой вид сосны, только в Италии растёт. Ну да, сухие ветки удаляют с деревьев.
Не знаю кто там из нашей группы чем любовался на этой площади, а я — соснами.
От площади Венеции потопали к Колизею мимо Римского форума. Это рядом — минут пятнадцать бодрым шагом. А группа между достопримечательностями только так и ходила. Время, время, время! Впереди экскурсовод с указкой, поднятой над головой, сзади — сопровождающая. Туристы группы помечены лентами одного цвета. У нас в хуторе хозяева так уток метили, которых выпускали на свободный выгул: чернилами, зелёнкой, краской. В группе была пенсионерка с тростью, как она бедная ковыляла за всеми, я на неё без слёз смотреть не мог. Особенно трудно бедняжке было, когда на пути попадались лестницы, а они тут имелись во множестве — город на пяти холмах. И помочь-то ей ничем нельзя было, пытались, только медленнее выходило. Впрочем, пенсионерка не жаловалась, стойко хромала в хвосте группы. Остановит экскурсовод группу, несколько фраз скажет, только пенсионерка с тростью доковыляет до группы, а группа дальше срывается. Тьфу!
Римские форумы запомнились развалинами, остатками колонн и... двумя молодцами, одетыми в красную форму древних легионеров. На одном было больше перьев, видимо, какой-то командир. Не разбираюсь в знаках различия тогдашних легионеров, не подготовился к экскурсии. Наглые, приставали к молодым женщинам, заставляя их фотографироваться с собой. У меня появилось стойкое ощущение, что нахожусь на кавказском курорте, тем более, что обличьем центурионы не отличались от наших южан. Так бы и «погладил» этих «вояк» гладиусом по башке с перьями!
На этой локации первый раз с нами работал экскурсовод-мужчина. Эля хвалилась группе, что у них в фирме работают экскурсоводами кандидаты исторических наук, есть даже профессор. Все — выходцы из СССР. Хотелось мне узнать историю этого высокого и статного мужчины лет сорока, да неловко было проявлять свой интерес к личной жизни человека.
Когда экскурсовод закончил работу с группой и уселся на лавочку в ожидании очередной, я подсел к нему с просьбой ответить на небольшие вопросы. Наша группа рассеялась по ларькам, жена тоже пошла поглазеть на сувенирную продукцию, а у меня появилось немного времени. Владимир согласился ответить. Спросил про условия устройства на работу экскурсоводом в Италии.
Надо в совершенстве владеть итальянским, хорошо ориентироваться в истории Италии, досконально знать историю места, на котором водишь группы туристов. Экзамены принимает специальная комиссия. Очень дотошно пытают иностранцев, но Владимиру было легче других получить эту работу — он специалист по истории Италии со знанием итальянского. Кандидатскую защитил по этой теме. И английский знает, водит и группы с туманного Альбиона. Родом Владимир из Днепропетровска, родители остались там.
Едва я решил, что собеседник созрел для вопросов про личные мотивы покинуть ридну неньку, как Эля стала собирать группу для перехода на следующую локацию. Этакая жалость! Лучше бы я поболтал с человеком.
Колизей посмотрели со стороны - ремонт шёл. Желающие сфотографировались на фоне остатков стен. Поднялись на смотровую площадку на другой от Колизея стороне улицы, там народ тоже сфотографировался, и пошли на стоянку автобуса. Я немного расстроился из-за того, что не удалось пообщаться по душам с бывшим соотечественником, не стал фотографироваться на фоне остатков амфитеатра. А, между прочим, строили это чудо света девять лет, а функционировало оно более пятисот лет. Расстроился он…
Следующим пунктом осмотра был Ватикан, точнее — его музеи.
Самое сильное впечатление оставила архитектура собора Святого Петра. Купол собора изнутри не показался высоким, надпись по периметру купола, по моим прикидкам, была метрового размера в высоту букв. Однако экскурсовод сказал, что они шестиметровые, это самый высокий купол в Риме. А диаметр купола у основания почти 42 метра. Я уже видел подобный купол в Пантеоне, но там он не такой высокий. Сам великий Микеланджело приложил руки к строительству купола собора Святого Петра, хотя сам окончания строительства не увидел. И никаких поддерживающих конструкций внутри купола. Стенки купола двойные, внутри даже имеются проходы. Молодцы, итальянские архитекторы! И строители.
Есть что посмотреть в музеях Ватикана, народа, правда, многовато туристического. По мне, надо отдельно посвятить неделю собору, а мы всё бегом, бегом… Теперь буду знать что мне надо будет неспешно осмотреть в следующий раз. Мечтай, Толя, мечтай про следующий раз.
На обед нас привезли в район гостиницы. После обеда у желающих был очередной факультатив, а мы с женой решили побродить в старом городе сами, ознакомиться с римским метро. Система оплаты проезда в общественном транспорте в столице Италии оказалась необычной. Электронный проездной был на все виды транспорта и на полтора часа пути. Время закончилось, покупай новый проездной. Я не понял как контролировать оставшееся время, но мы долго и не собирались в транспорте ездить. Доехали на автобусе до ближайшей станции метро, а потом, через несколько минут езды на подземке, вышли недалеко от вокзала Термини. И неспешно двинулись по улице на площадь Республики, глазея по сторонам. Площадь была свободна от туристов, обошли её по кругу, постояли у фонтана, и так же неспешно тронулись в обратный путь по другой стороне улицы. Попробовали местного мороженого. Понравилось.
На обратном пути нам немного не повезло: вышли из подземки в другую сторону. Вернулись назад, проплутали по подземным переходам, пару раз обращались за помощью к работникам, но только хуже стало. Еле вышли к своей автобусной остановке. Метро в Риме дрянненькое. Информативность — близкая к нулю. Непривычно грязно. Избаловали нас советские метрополитены. Ни разу нигде в нашем метро мне не приходилось прибегать к помощи местных: остановился, присмотрелся к схемам, указателям и пошёл товарищ верной дорогой.
Короче говоря, жена разнервничалась, а уже стемнело, отказалась сесть на автобус, типа, проедем свою остановку. Пришлось идти пешком, вроде недалеко было. Шли, шли, а гостиница всё не появлялась. Обстановка накалялась с каждым заворотом улицы. Когда жена была уже готова повернуть обратно, мол, ты, Сусанин, не туда меня завёл, я увидел на другой стороне улицы знакомое нам кафе. Фу-у-у!
Обидно, конечно, а с другой стороны: как доверять моей штурманской подготовке, если я чуть дуба не дал в пассажирском кресле Боинга!
Заели с женой стресс потери ориентировки двумя неприлично большими порциями пасты с мясом, кофе и джелато. Понравилось нам итальянское мороженое.
У гостиницы мы застали наш автобус, в который садилась часть нашей группы на факультативную экскурсию по ночному Риму. Жена поднялась в номер, а я вышел во внутренний двор покурить в саду. На одной из скамеек копошилась Дунька с консервами, в вечернем воздухе витал ядрёный дух родной свиной тушёнки. Я пожелал руссо-туристке приятного аппетита, на что она что-то невнятно промычала, и прошёл к дальней скамейке, чтобы не смущать бабуську своим присутствием. Впрочем, её вряд ли удастся смутить - железная леди.
Это последняя наша ночёвка в Риме. Утром — на выход с вещами, покатим в Тиволи осматривать старинную виллу с фонтанами, а потом в Неаполь. Езды двести километров с копейками, у нас до областного центра в полтора раза дальше. Мелкие страны в Европе.