Точного понятия свобода можно сказать не существует. Либеральная рыночная экономика исходит из того, что свобода напрямую связана с материальным достатком. Но это ложная идея. Она подменяет более высшие важные ценности меркантильными. Она старается обожествить потребительский статус. И часто от недопонимания у каждого своя версия свободы выходит.
Если же говорить о том, что такое не свобода, то здесь мы почти все можем более конкретно высказаться.
Несвобода бывает разного типа. Долгие века люди делились на тех, кто имеет право быть свободным и при этом держать у себя рабов и на тех, кто этим правом не обладает. И считалось что рабы это те, кто обязан жить в неволе. Их хозяин о них заботится как может, и этим оправдывается их такое положение.
В мире существует и другая несвобода — это когда человека уверяют, что он живёт в абсолютно свободном демократическом обществе, при этом формируя у него такую личность, которая не способна адекватно анализировать поступающую информацию и критически к ней подходить. Это позволяет легко манипулировать обществом, состоящим из подобных индивидуумов. А в современном мире мы с различной информацией каждый день сталкиваемся по сотни раз. Т.е. речь идёт о существовании «информационного» рабства, которое хоть и использует приемы достаточно мягкие, но от этого оно не перестаёт быть изощренным инструментом для управления порой целыми странами, в обход сознания людей.
Подобное сформированное неумение видеть и чувствовать истину делает нас на долгое время зависимыми от сторонних источников «правды», а значит мы становимся не свободными в своих мыслях и видении окружающего мира. К тому же мы не можем знать абсолютно всё и поэтому нам приходится постоянно просто доверять различным «специалистам». И в одиночку эту проблему существенно не решить.
Те же, кто из-за подобной социальной среды испытывает те или иные проблемы в своей психике, признаются сумасшедшими. Подобная система устраивает многих людей, поэтому никто этим людям не заинтересован по-настоящему помочь справиться с недугом и открыть им глаза на истину, кроме может единиц энтузиастов. Чаще людей с таким проблемами просто сразу отправляют к психиатру.
Согласно существующих либертарианских взглядов психиатр имеет право самостоятельно определять психическое состояние любого человека. Он принимает решения о необходимости принудительного лечения, об освобождении от уголовного наказания невменяемого лица. Срок лечения при этом может стать пожизненным, а срок в тюрьме был бы временным. И здесь самое страшное это то, что нет общепринятых критериев для определения психического состояния каждого из нас. По сути врач в таких случаях может действовать исключительно в пределах своего произвола. Оспорить его решения практически не возможно.
Во время лечения заболеваний психики пациентов заставляют принимать препараты принудительно. При этом так не получиться по-настоящему вылечить, лишь можно сделать поведение приемлемое для окружающих. Массовое использование подобных препаратов приносит огромные прибыли продавцам и своим создателям. Все известные эксперты по ним стали очень богатыми людьми. В западных странах пичкать людей такими «лекарствами» является традицией уже не одно десятилетие.
Такая система позволяет деньгам обычных налогоплатильщиков перетекать в руки уже и так богатых психиатров и организаций, с которыми они работают. Пациенты на момент лечения находятся полностью в их власти.
Известны случаи когда люди, используя возможности психиатрии и законодательства в этой области, избавлялись от своих неудобных близких и от своих детей.
Согласно взглядов либертарианцев государство должно как можно меньше вмешиваться в жизнь людей. Правильность его действий они оценивают за умение защищать и отстаивать интересы большинства. Касательно тела каждого человека, по их мнению, никто не имеет право к нему прикасаться без его согласия или только в экстренных случаях, когда например нужно спасти ему жизнь. Но при этом в случаях назначения по сути насильственного психиатрического лечения все про эти принципы забывают.
В данных случаях используется давно созданное правило основанное на том, что все мы склоны совершать плохие поступки, и пока мы от подобного стремления не избавимся уполномоченные структуры имеют право вести за нами контроль, предписывать нам как поступать в различных случаях, а также подвергать нас наказанию.
Многие известные теоретики либертарианства в своих научных трудах и книгах используя много заумных слов, иногда очень похожих на какое-то словоблудие, оправдывают практику насильственного психиатрического лечения, исходя их потенциальной опасности таких случаев. Причем касательно не психиатрии, они высказывают вполне здравые мысли о том, что государство должно как можно меньше вмешиваться в жизнь людей, и каждый из нас имеет право сам распоряжаться своими действием, мыслями и своим телом.
При этом на Западе существует множество защитных организаций по различным случаям, но нет ни одной по защите прав душевнобольных и от психических расстройств.
В подобном есть явная схожесть экономики и психиатрии. Экономика, как и психиатрия, по сути не являясь наукой, принуждает людей действовать тем или иным образом. И требует безоговорочно верить в свои постулаты.
Чтобы понять все особенности современной экономики и психиатрии потребуются годы академических исследований. Есть люди, которые признаны авторитетами в этих областях. И только им дано право судить и делать те или иные выводы, которые должны принимать все. Обычный же человек, запутавшись в их заумных изъяснениях, вынужден просто принимать это за чистую монету и руководствоваться этим в своих действиях.
Мы люди все время в своей истории пытаемся каждый раз создать ещё одну новую форму государства. При этом государство от этого не перестает различными методами расширять свои полномочия и возможности воздействия на нас. Получается власть предержащие стремятся людей сделать счастливыми так, как они это сами лично видят. И им все равно, если кто-то не хочет такого «счастья».
Автор книги считает, что признание в последнее время что гомосексуализм не является болезнью, говорит о наличии все-таки небольшого прогресса. Он предполагает, что следующим правильным шагом будет признанием права человека на смену пола. По его мнению это будет большой шаг в деле защиты прав людей (эта книга была написана до такого как это произошло в некоторых странах).
Однако если люди приходят к таким решениям, то это может лишь говорить о том, что они таким образом бегут от каких-то своих страхов, делая это просто по-наивности. Может всё-таки более эффективной защитой прав людей будет создание такого воспитания и образования, которое сделает из них сильных личностей с устойчивой психикой и тех, кем не возможно будет манипулировать. Такие люди не будут бояться быть мужчиной или женщиной, быть тем, кем они являются от рождения. Они не будут бояться исполнять традиционные социальные роли. Иначе, так «заигравшись в борьбу за свою свободу», мы люди можем вымереть. Причем умрем мы так от глупости и различных страхов.
Чтобы этого избежать, нам надо измениться самим. Для начала нужно изменить нашу мораль и нравственность в лучшую сторону.
Главное при этом не повторить опять ту шибка, которая заключается в том, что в борьбе за свободу мы будем требовать просто вседозволенности для себя. Потому как нужно ещё уметь видеть между ними разницу.
