Жизнь движется, не спрашивая нас. Куда? направо ли? налево? По-нашему ль? по-щучьему ль веленью? Молчит на полотне Нерукотворный Спас. {} И кажется Вселенной нету дела До наших человечьих мук. Как нам до издыханья мух. Что принесёт с собою новая неделя? {} Лишь привкус сострадания к живому С налётом легкой грусти. А, в сущности, какие глупости... Не прыгать нам же сразу в омут? {} И делать что? Надеется на милость? Какой же, право, оптимизм... Как будто что-то в целом изменилось. От жизни получаем деспотизм.
Жизнь движется, не спрашивая нас.
Куда? направо ли? налево?
По-нашему ль? по-щучьему ль веленью?
Молчит на полотне Нерукотворный Спас.
{}
И кажется Вселенной нету дела
До наших человечьих мук.
Как нам до издыханья мух.
Что принесёт с собою новая неделя?
{}
Лишь привкус сострадания к живому
С налётом легкой грусти.
А, в сущности, какие глупости...
Не прыгать нам же сразу в омут?
{}
И делать что? Надеется на милость?
Какой же, право, оптимизм...
Как будто что-то в целом изменилось.
От жизни получаем деспотизм.