О бабушке последней российской императрицы Александры Федоровны – королеве Виктории и ее супруге - принце Альберте, известно много. Другие же бабушка и дедушка принцессы Алисы Гессенской – по отцовской линии, всегда оставались в тени английской правительницы. Между тем, людьми они были достаточно интересными.
Принц и принцесса, которые никогда ничем не правили
Карл Гессенский и его супруга Елизавета Прусская, поскольку они никогда не правили никаким государством, жили тихой и спокойной семейной жизнью. Родословную принц и принцесса, конечно, имели безупречную. Бабушка Александры Федоровны приходилась внучкой королю Фридриху II Прусскому. Дедушка - Карл Гессенский в свою очередь был вторым по старшинству сыном немецкого герцога Гессенского Людвига II.
Герцогского трона Карл, поскольку был младшим сыном, не унаследовал. Герцогом после кончины отца стал его старший брат, которого по традиции звали Людвигом. Однако Людвиг III скончался бездетным, а потому новым герцогом был объявлен старший сын Карла – Людвиг IV, отец Александры Федоровны.
Семейная жизнь
Поженились Карл и Елизавета, как и многие молодые люди из высшей европейской знати в то время, не по любви, а по желанию родителей. Возможно, из-за этого в молодости, по воспоминаниям современников, они относились друг к другу несколько прохладно.
Карла Гессенского, помимо всего прочего, поскольку он выбрал военную карьеру, еще и почти никогда не бывало дома. Однако в пожилом возрасте отношения Елизаветы и Карла наладились и стали гораздо более теплыми.
Из Дармштадта в Лондон
Российская императрица Александра Федоровна, принцесса Алиса Гессенская, в дневниках и письмах практически никогда не упоминала о своих бабушке и дедушке по отцовской линии. Удивительного в этом ничего не было. Дедушка Александры Федоровны - Карл Гессенский, скончался, когда Алисе исполнилось всего 5 лет. Бабушка прожила на 6 лет дольше, но слишком часто видеть ее младшая внучка не могла.
Через год после кончины дедушки Карла скончалась и мать будущей российской императрицы – Алиса Великобританская. После этого маленькую Александру Федоровну и ее сестер взяла к себе на воспитание бабушка по материнской линии – королева Виктория.
Девочки навсегда покинули Дармштадт и переехали в Англию. Скорее всего, принцессы Гессенские навещали в последующем своего отца герцога Людвига, и соответственно, бабушку Елизавету. Но приезжали они в Дармштадт из Англии с большой долей вероятности не слишком часто.
Ко времени кончины бабушки Алисе исполнилось 11 лет, однако знать ее хорошо она все же могла вряд ли. В любом случае воспоминаний Александры Федоровны о Елизавете Прусской и Крале Гессенском не сохранилось.
Воспоминания Виктории Гессенской
Однако подобные воспоминания оставила для потомков старшая сестра Алисы – Виктория Гессенская. Ко времени отъезда из Дармштадта в Англию после кончины матушки, Виктории уже исполнилось 15 лет. И конечно же, она хорошо помнила своих гессенских бабушку и дедушку.
В своих мемуарах Виктория пишет, что в детстве в Дармштадте, пока еще была жива матушка Алиса Великобританская, они с сестрами навещали старших Гессенских достаточно часто.
Красивый принц
Как рассказывает Виктория в своих мемуарах, ее дедушка Карл под конец жизни стал слаб здоровьем, и бабушка Елизавета преданно за ним ухаживала. Даже в пожилом возрасте, по словам принцессы, Карл Гессенский оставался красивым мужчиной - высоким, с голубыми глазами и аристократичными чертами лица. Дедушка Александры Федоровны всегда был гладко выбрит и тщательно ухаживал за своими большими бакенбардами.
Характер Карл Гессенский имел очень мягкий, а образ жизни вел уединенный. Привычки дедушки его внучкам всегда казались старомодными. Старомодной, по словам Виктории, была и одежда Карла Гессенского. Принц обожал носить сюртуки и жилетки, дополняя свой образ высоким галстуком. Когда же на улице становилось холодно, болезненный Карл обязательно закрывал нижнюю часть лица черным шелковым «респиратором».
Странные увлечения дедушки
Принцесса Виктория вспоминала, что ее дедушка, помимо всего прочего, имел увлечения, казавшиеся окружающим достаточно странными. В доме Карла Гессенского, к примеру, стоял особый шкаф, заполненный ящиками со всевозможными необычными коллекциями. К коллекционированию у Карла Гессенского была настоящая страсть.
В одном из ящиков в заветном шкафу дедушки Александры Федоровны лежали сургучные печати, срезанные с конвертов. Когда этих печатей накапливалось много, их переплавляли, получая новый сургуч. В другом ящике Карл Гессенский хранил почтовые марки. Эти марки он время от времени отдавал миссионерам, отправлявшимся в Китай. Миссионеры затем раздавали их китайцам, обожавшим клеить их на стены.
Еще один ящик в дедушкином шкафу, как пишет Виктория, был заполнен старыми пробками от винных бутылок. В другом ящике лежали фантики от конфет, которые Карл также обожал коллекционировать. Еще одну большую коробку дедушка заполнял дроблеными сухарями, которыми в последующем кормил рыбок в садовом пруду.
Любовь к прогулкам
Времени в своем саду Карл Гессенский вообще проводил очень много. Интересно, что этот сад сохранился в Дармштадте и до наших дней. Сегодня он носит название парка Розенхеэ, поскольку здесь имеется множество роскошных розариев. Гулял по саду, по словам Виктории, дедушка Карл всегда с коробочкой леденцов. Обертки от этих конфет, которые у него не переводились, при этом он складывал в одно и то же дупло в старом дереве у аллеи.
Помимо прудовых рыбок, у Карла Гессенского, были и другие питомцы. В его комнате было установлено несколько больших клеток, в которых содержались всевозможные экзотические птицы. По вечерам, как пишет Виктория, ее дедушка и бабушка коротали время за круглым семейным столом. Дедушка занимался тем, что вырезал картинки для своих альбомов. Бабушка же читала или вязала спицами.
Строгая бабушка
Помимо дедушки, описывает в своих мемуарах принцесса Виктория Гессенская, конечно, и бабушку – Елизавету Прусскую. По словам принцессы, бабушка относилась к ней и ее сестрам гораздо строже, чем дедушка.
Виктория вспоминает, как Елизавета ругала их за шумные игры, поскольку эти игры мешали дедушке Карлу отдыхать. Собственно в сам процесс воспитания внучек, Елизавета однако никогда не вмешивалась. Это дело она целиком и полностью оставляла на усмотрение матери внучек - Алисы Великобританской.
Елизавета Прусская была женщиной еще более застенчивой и необщительной, чем Карл Гессенский. Алиса Великобританская же была дочерью самой королевы Виктории и на социальной лестнице стояла выше свекра и свекрови. Поэтому единственное, что Елизавета позволяла себе в воспитании внуков, это время от времени терпеливо выслушивать их наивные идеи в плане переустройства мира.
К примеру, Виктория вспоминает, что однажды, когда ей исполнилось 16 лет, бабушка целый час с добродушной улыбкой слушала ее лекцию о преимуществах социализма и самоуправления в Ирландии. Также, по словам принцессы, Елизавета Прусская умела очень интересно рассказывать внукам о прошлых временах.
Опасные поездки бабушки
Как и дедушка принцесс Гессенских, их бабушка была дамой очень старомодной. По словам Виктории, Елизавета обожала ездить по улицам Дармштадта со своим старым кучером, который к тому времени уже практически ослеп. Родственники считали такие путешествия принцессы очень опасными. Но старомодная Елизавета даже не соглашалась на то, чтобы рядом с кучером в экипаже садился лакей.
Этот лакей, как и в старые добрые времена, всегда сидел на запятках – то есть позади экипажа. Родственникам, выражавшим беспокойство за нее, Елизавета со смехом говорила: Er wird schon gehen (Со мной все будет в порядке).
Золотой крест в наследство
Жили Карл Гессенский и Елизавета Прусская, как пишет Виктория, по меркам европейских правящих домов, очень бедно. Приданное бабушки гессенских принцесс, когда она выходила замуж за Крала, составило всего 3000 талеров. На свадьбу Елизавете не подарили даже никаких значимых драгоценностей. Помимо денег, немецкой принцессе назначили в приданое лишь обычный набор посуды из киновари.
Виктория также вспоминает, что ее дармштадтская бабушка была очень религиозна. Принцесса пишет, что Елизавета оставила ей в наследство золотой крест в виде футляра, который при ее жизни всегда лежал на ее столе. Внутри этого футляра лежал крестик меньшего размера, который Елизавета получила на крещение. Также там находилась щепочка от гроба св. Елизаветы.
По словам Виктории, эту щепочку она однажды потеряла и долго расстраивалась по этому поводу. Зная об этом, еще одна принцесса гессенская – Элла, российская великая княгиня Елизавета Федоровна, однажды выделила Виктории кусочек лоскутка от платья св. Елизаветы. Этот лоскуток Элле подарил один из европейских герцогов, у которого хранилось платье святой. Полученный от сестры кусочек ткани Виктория положила внутрь креста-футляра вместо щепочки и затем бережно хранила.