1. Мародеры нападают
Шоу ужасов начинается:
"Скукотища, – сказал Сириус. – Вот бы полнолуние.
[…]
- Вот что тебя развеселит, Бродяга, – тихо сказал Джеймс. – Смотри, кто там...
Сириус повернул голову. Он вдруг застыл, как собака, почуявшая кролика.
- Отлично, – ласково сказал он. – Нюниус".
Мотивация Сириуса и Джеймса – скука. Нет никаких признаков того, что они боятся Снейпа, как раз наоборот, для них это забава. Сириуса и Снейпа буквально уподобляют собаке и кролику – хищнику и добыче.
"Гарри обернулся, чтобы увидеть, куда смотрит Сириус. Снейп уже снова встал и складывал листок из СОВ в свою сумку. Как только он возник из тени кустов и зашагал по траве, Сириус и Джеймс поднялись. Люпин и Хвост остались сидеть: Люпин продолжал глядеть вниз в свой учебник, хотя глаза его и не двигались, и едва заметная складка залегла у него между бровями. Хвост переводил взгляд с Сириуса и Джеймса к Снейпу и обратно с выражением жадного нетерпения на лице.
- Как дела, Нюниус? – громко спросил Джеймс.
Снейп отреагировал так быстро, как если бы ожидал нападения: он бросил сумку, сунул руку в мантию и уже почти вытащил палочку, когда Джеймс крикнул: – Экспеллиармус!
Палочка Снейпа подлетела на дюжину футов в воздух и с глухим стуком упала на лужайку позади него".
В этом поведении нет ничего непривычного: о чем иначе переживать Люпину? Чего так жадно ожидает Питер? Почему Снейп реагирует, как будто он этого ожидал? И почему так вышло, что они так и не перестали использовать ту самую кличку из сцены в поезде?
Снейп теперь обезоружен. Все, что последует за этим – нападение на беззащитного.
"Сириус зашелся лающим смехом.
- Импедимента! – произнес он, указав палочкой на Снейпа, который, сбитый с ног, тянулся к своей упавшей палочке.
Ученики вокруг развернулись к ним и наблюдали за происходящим. Некоторые поднялись и подбирались поближе, чтобы посмотреть. Одни смотрели с опаской, другим было весело.
Снейп лежал на земле, тяжело дыша. Джеймс и Сириус стали наступать на него с палочками наготове, и пока шел, Джеймс поглядывал через плечо на девочек у берега озера".
Джеймс открыто нападает на Снейпа в обеих сценах, где он появляется. Если повествование хотело убедить нас в том, что это было соперничество, то у него это не получилось.
Джеймс и Сириус идут атаковать человека без палочки, лежащего на земле и тяжело дышащего. Джеймс пытается привлечь внимание Лили этим поведением.
Хвост теперь встал, не спуская с них алчного взгляда и крутясь около Люпина в попытке рассмотреть все получше.
"Как прошел экзамен, Нюнчик? – спросил Джеймс.
- Я наблюдал за ним, он возил носом по пергаменту, – едко сказал Сириус. – Там везде будут огромные жирные пятна, никто не сможет разобрать ни слова".
Вот почему Сириус не заметил ту девочку. Он был слишком занят Снейпом, вот насколько он его не выносит. И он так никогда и не вырос из этого.
Из УА:
"Снейп? – спросил Блэк сурово, впервые за эти минуты оторвав взгляд от Коросты и подняв глаза на Люпина. – Причем тут Снейп?"
33-летний Сириус ненавидит Снейпа так сильно, что из-за этого отводит взгляд от Петтигрю, который предал Поттеров, убил 12 человек и подставил его. Почему? Какой в этом может быть смысл?
Стоит упомянуть в этом контексте и то, что Карта Мародеров также высмеивает внешность Снейпа. Похоже, они были одержимы ею намного больше, чем его интересом к Темным искусствам.
Продолжаем.
"Несколько человек из наблюдающих засмеялись: было очевидно, что Снейпа не любили. Хвост визгливо захихикал. Снейп пытался подняться, но заклятие все еще действовало на него – он отчаянно дергался, будто связанный невидимыми веревками.
- Ну... погоди же – выдохнул он, уставившись на Джеймса с выражением полнейшей ненависти. – Погоди же...
- И что? – холодно спросил Сириус. – Что ты нам сделаешь, Нюнчик, вытрешь свой нос об нас?"
Когда Снейп открыто угрожает Джеймсу, Сириус не воспринимает его, как способного причинить им хоть что-нибудь худшее, чем вытереть об них свой нос.
Вот как воспринимает Сириус противника, которого он уважает (20 лет спустя, но все же):
"Ну что же ты, Беллатриса, давай, ты можешь лучше!"
Она и правда может. Продолжаем:
"Снейп взорвался потоком из ругательств вперемешку с проклятиями, но так как его палочка лежала в десятке футов от него, ничего не произошло.
- Помой-ка рот, – холодно сказал Джеймс. – Скорджифай!
Розовые мыльные пузырьки тотчас хлынули изо рта Снейпа: пена покрывала его губы, будто кляп, душила его.
- Оставь его В ПОКОЕ!
Джеймс и Сириус обернулись. Свободная рука Джеймса снова дернулась к его волосам.
Это была одна из девочек на берегу озера. У нее были густые темно-рыжие волосы, ниспадающие на плечи, и необыкновенно зеленые, миндалевидные глаза – глаза Гарри. Его мать".
Джеймс как бы сообщает Снейпу: ты - ничто. Ты настолько незначителен, что будешь наказан (удушением) за саму попытку защищаться. Снейп вроде как такой весь из себя опасный почитатель страшных Темных искусств, но похоже, что и Скорджифай определенно может сильно навредить, когда его используют, чтобы наполнить пеной рот человека, не так ли? Как бы то ни было, Джеймс своей цели достиг – Лили, наконец, обращает на него внимание.
"Что такое, Эванс? – спросил Джеймс, чей тон голоса внезапно изменился на приятный, более глубокий, более зрелый.
- Оставь его в покое, – повторила Лили. Она смотрела на Джеймса с несомненной неприязнью. – Что он тебе сделал?
- Ну, – ответил Джеймс, будто бы обдумывая этот вопрос. – Дело больше в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я...
Многие из окружающих их наблюдателей засмеялись, включая Сириуса и Хвоста, но не Люпин, как видно, до сих пор занятый своим учебником, и не Лили.
- Думаешь, ты очень забавный, – холодно сказала она. – Но ты просто высокомерный, глумливый [bullying – прим. переводчика] мерзавец, Поттер. Оставь его в покое".
Если Снейп заслуживает этого, зачем Лили спрашивать Джеймса, почему он на него напал? Почему Джеймс в своем объяснении делает акцент на том, какой Снейп жалкий, вместо того, чтобы предоставить Лили причину, которую она бы одобрила? Почему Люпин стоит в стороне от происходящего и не защищает своих друзей? Почему Лили называет Джеймса буллером? Я подозреваю, что этой фразой о „факте его существования“ Джеймс, в сущности, дразнит Снейпа, потому что Снейп обязан ему жизнью. Представьте себе, каково это – когда тебя дразнят тем, что чуть не убили.
Здесь присутствуют оба старосты Гриффиндора, которые обязаны не только возмущаться тем, что происходит, но и остановить это, и доложить об этом. Люпин позорно проваливает эту задачу, Лили же проваливает ее лишь несколько менее позорно (или, может быть, даже больше, раз она и Снейп пока что якобы друзья).
"Я его оставлю, если ты согласишься со мной встречаться, Эванс, – быстро ответил Джеймс. – Давай... Сходи со мной на свидание, и я никогда больше не подниму палочку на нашего Нюнчика.
За его спиной заклятие Импедимента уже теряло свою силу. Снейп приближался ползком к своей лежащей на земле палочке, по пути отплевываясь от остатков мыльной пены.
- Я бы не стала встречаться с тобой, даже если бы у меня был выбор между тобой и гигантским кальмаром, – сказала Лили".
Снейп все еще на земле, кашляет пеной, без палочки, ползет к ней.
Джеймс делает всё это не потому, что Снейп это чем-то "заслужил". Один про-мародерский фанфик, который я читала, представил Джеймса в лучшем свете в этой сцене, изобразив, как Снейп первым издевается над Питером в той же манере. Ну, давайте представим, что так и случилось. Тогда вот доказательство обратного методом исключения: Джеймс не говорит Лили настоящую причину, чтобы сохранить достоинство Питера. Это еще и объясняет нетерпение Питера. Но почему Люпин не одобряет этой затеи? Как получается, что Джеймс обещает перестать преследовать Снейпа ради свидания, если он хочет поквитаться за что-то? И в целом, если Джеймс такой высокоморальный, зачем ему нападать на Снейпа, а не на Эйвери или Мальсибера, которые действительно делали плохие вещи? Что ему сделал тот же Бертрам Обри?
Вывод: Снейп не сделал ничего, чем заслужил бы такое обращение.
2. Попытка сопротивления.
Идем дальше:
"Не прокатило, Сохатый, - усмехнулся Сириус, поворачиваясь обратно к Снейпу. – ОУ!
Но слишком поздно: Снейп нацелил палочку прямо на Джеймса; последовала вспышка света, и на щеке Джеймса появился глубокий порез, забрызгав его мантию кровью.
Джеймс молниеносно увернулся; следом еще одна вспышка – и Снейп уже висел в воздухе вверх ногами, а его мантия свисала, закрывая голову и выставив на всеобщее обозрение тощие, бледные ноги и пару посеревших трусов.
Многие из немногочисленной толпы наблюдателей издали ликующие возгласы. Сириус, Джеймс и Хвост взорвались хохотом. Лили же, чье разгневанное лицо едва заметно дернулось, словно она вот-вот улыбнется, сказала: – Опусти его!
- Безусловно, – ответил Джеймс и резко дернул палочкой вверх. Снейп бесформенным комом свалился на землю".
Здесь у нас дебют Сектумсемпры. Если бы Снейп использовал ее прежде, Сириусу было бы о чем переживать больше, чем о Снейповых соплях. И он [Снейп – прим. Переводчика], безусловно, не был известен тем, что нападал на людей с этим проклятием, как утверждают некоторые. Эта гипотеза основывается на словах Люпина, что Сектумсемпра – фишка Снейпа; но, естественно, она ею и была, он ее изобрел, и Люпин – один из врагов, против которых она должна была применяться. Помилуйте, пометка „для врагов“ свидетельствует: подросток Снейп знал, что это заклинание нельзя использовать против абы кого. Тот факт, что Снейпу нужно было прибегнуть к ней еще раз (в битве 7-ми Поттеров, по иронии судьбы, с целью защитить Люпина), чтобы Люпин вспомнил, что он вообще ее использовал – показывает, что он не использовал ее беспорядочно. Джеймс здесь нарвался сам.
Джеймс также тот тип человека, который станет шантажировать девушку безопасностью ее друга, чтобы добиться свидания с ней. Кошмарно.
Идем дальше:
"Едва выпутавшись из мантии, он быстро вскочил с палочкой наготове, но Сириус произнес: – Петрификус Тоталус! – и Снейп тотчас же снова опрокинулся, неподвижный, подобно доске.
- ОСТАВЬ ЕГО В ПОКОЕ! – закричала Лили. Теперь уже и она вытащила палочку. Джеймс и Сириус с тревогой уставились на нее.
- Ой, Эванс, не заставляй меня заклинать тебя. – серьезно сказал Джеймс.
- Тогда сними с него проклятие!
Джеймс глубоко вздохнул, затем повернулся к Снейпу и пробормотал контрзаклятие.
- Ну вот. – сказал он, когда Снейп с трудом поднялся снова на ноги. – Тебе повезло, что здесь была Эванс, Нюниус..."
Спасибо, что вспомнила, что у тебя и палочка есть, Лили. Неудивительно, что Снейпу пришлось искать друзей, которые могли бы с бо́льшим рвением защищать его (Хотя где они? Насколько тесным все-таки было его общение со слизеринской бандой на тот момент?).
Джеймс серьезно угрожает Лили, которая ему нравится. Он недоволен тем, что ему придется отпустить Снейпа, и грозит ему тем, что могло бы с ним быть в ином случае. Этот прием применяется явно с намерением унизить Снейпа, и он срабатывает. Когда Гарри видит эту же сцену во второй раз, в „Истории Принца“, этот момент в ней описан так:
"Издалека услышал он, как Снейп выкрикнул в своем унижении и исступлении непростительное слово „грязнокровка“"
Снейп попытался вернуть себе хоть немного достоинства, даже можно сказать, мужественности. Прискорбно, но это обернулось ужасными последствиями для него.
"Мне не нужна помощь мерзких ничтожных грязнокровок вроде нее!
Лили сморгнула.
- Ладно, – сказала она спокойно. – Я не буду больше вмешиваться. И на твоем месте я бы постирала трусы, Нюниус.
- Извинись перед Эванс! – взревел Джеймс, угрожающе наставив палочку на Снейпа.
- Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться! – с криком набросилась на Джеймса Лили. – Ты ничем не лучше его!
- Что? – взвизгнул Джеймс. – Я бы НИ ЗА ЧТО не назвал тебя... знаешь-кем!
- […], бродишь по коридорам и насылаешь заклятия на всех, кто тебя раздражает, просто потому что можешь... Удивляюсь, как метла тебя от земли отрывает с твоей чугунной башкой. Меня от тебя ТОШНИТ.
Она круто развернулась и поспешила уйти.
- Эванс! – прокричал Джеймс ей вслед. – Эй, ЭВАНС! – Но она не оглянулась.
- Что это с ней? – спросил Джеймс, безуспешно пытаясь придать себе вид, будто бы это был небрежно брошенный вопрос, не имевший для него особого значения.
- Читая между строк, я бы сказал, что она считает тебя слегка тщеславным, дружок. – ответил Сириус.
- Вот как, – сказал Джеймс, выглядевший теперь взбешенным. – Вот как...
Последовала еще одна вспышка света, и Снейп снова повис в воздухе вверх ногами.
- Кто хочет увидеть, как я сниму с Нюнчика трусы?"
Занавес.
Ключевые слова здесь „мне не нужна помощь“, а не „грязнокровки“. Я не имею в виду, что оскорбления – это нормально. И однако, это происходило в 1970-х годах в Великобритании, а волшебное сообщество отстает от магловского по всем параметрам. К сожалению, оскорбления были в то время более общепринятыми, то есть их использовали не только отъявленные расисты. Мы знаем, что Снейп использовал это слово по отношению к другим (что, между прочим, хуже, чем делать это в момент аффекта и боли), и Джеймс не говорит, что он нападает на Снейпа из-за этого. Даже когда Драко использует это слово, никто не начинает протестное движение против оскорблений. Гарри, сын Лили, даже едва помнит о том, что Снейп использовал его – он правильно определяет, какой в этой сцене самый большой проступок, несмотря на то, что не любит Снейпа.
Почему же использование оскорбительного слова настолько тщательно разбирается, при том, что во вселенной ГП его значение совершенно очевидно не преуменьшается и, в сущности, оно является главной сюжетной линией? Почему издевательство и публичное опорочение, которые являются контекстом к его использованию, недооцениваются и обеляются? Люди настаивают на том, что где-то за кадром должно было случиться что-то, что оправдывает то, как поступили Джеймс и Сириус, но игнорируют объяснение поступка Снейпа прямо на той же странице. Даже Лили, та самая „грязнокровка“, которую явно это задело, говорит, что Джеймс такой же плохой, как и Снейп, и обвиняет Джеймса в насылании заклятий на других людей только потому, что он это может. Слова Лили „я не буду больше вмешиваться“ – доказательство того, что она знает, что будет и следующий раз – это был не единственный случай, ей приходилось защищать Снейпа и раньше. Джеймс – забияка.
И этот забияка сейчас взбешен. Он не был взбешен до этого, стоит заметить – только скучал. Это потому, что у него не было причины беситься из-за Снейпа. Джеймс взбешен сейчас, потому что Лили его отвергла. Практически с полной уверенностью можно сказать, что Джеймс затем выставил на всеобщее обозрение гениталии Снейпа(на британском английском „трусы“ это как раз underpants [что и переводят в других версиях, как „подштанники“ – прим. переводчика]): сцена обрывается на этом, с буквальной отсылкой на то, как в кино постепенно темнеет экран. Джеймс, похоже, намерен выполнить свою угрозу. Люпин и Сириус не говорят, что этого не случилось. Снейп на этом этапе был, по крайней мере, один раз подвергнут сексуальному насилию.
Чтобы взглянуть на это шире, вспомним, что подобное проделывает с кое-кем другим группа плохих людей, и это расценивается, как истязание. Из „Кубка огня“:
"Один из маршировавших перевернул с помощью своей палочки миссис Робертс вверх ногами; ее ночная рубашка повисла вниз, открывая вид на пышные панталоны,и она изо всех сил пыталась прикрыться под ликующие крики и улюлюканье толпы".
Не считая того, что Снейп перетерпел кое-что худшее, потому что его трусы сняли, он был несовершеннолетним, его обидчики не были незнакомцами, и он продолжал видеть их каждый день, и все это только, если мы великодушно допускаем, что то нападение в конце „худшего воспоминания“ произошло всего один раз. Миссис Робертс – жертва преступления на почве ненависти (хотя она об этом и не знает), и она проходит через ужас, который не может толком осознать, верно; и все же – в рамках морального расклада ГП - это чрезвычайно плохое поведение.
Гарри в ужасе, когда видит эту сцену, мысли об отце заставляют его стыдиться. Он никому не рассказывает о том, что видел это, кроме Сириуса и Люпина.
"За почти пять лет сама мысль об отце была источником утешения, вдохновения. Всякий раз, когда кто-либо говорил, что он похож на Джеймса, он весь преисполнялся гордости изнутри. А сейчас... сейчас он содрогался от ощущения холода и никчемности при одной мысли о нем".
Из той же главы:
"Прямо над головой Гарри высилось то буковое дерево, под которым его отец однажды мучал Снейпа. Он не был уверен, что Сириус мог бы ему сказать нечто такое, что компенсировало бы в его глазах увиденное в Омуте Памяти, но страстно желал услышать собственное объяснение Сириуса по поводу того, что случилось, узнать хоть какие-то смягчающие обстоятельства, которые могли быть, вообще хоть какое-нибудь оправдание для поведения своего отца..."
Ничего из этого он не получает.
3. Как оправдывают Джеймса
Если бы Снейп и Мародеры были соперниками, то люди, знавшие Снейпа, могли бы сказать о нем что-нибудь похуже, чем неясные обвинения в увлеченности Темными искусствами. Даже когда Снейп убивает Дамблдора, и этим становится „доказанным“, что он никогда и не был хорошим, никто не может сказать ничего конкретного, чтобы объяснить это. Наоборот: все потрясены.
Вот оценка Сириусом того типа компании, которую искал Хвост, демонстрирующая редкой точности самовосприятие:
"Ты хотел убедиться, что он самый большой бандит[bully – прим. переводчика] на районе, прежде чем вернуться к нему, не так ли?"
Джеймс имеет много преимуществ перед Снейпом: у него 3-е помощников, включая старосту. Он богатый, популярный и чистокровный. Макгонагалл, которая ответственна за его дисциплину, известна пренебрежением правилами, когда речь заходит о звездах квиддича. Его талант в квиддиче не позволяет от него уклоняться и побеждать его в схватке. Дамблдор уже показал, что он готов простить им попытку убийства, в буквальном смысле. У него [Джеймса – прим. переводчика]безупречная система наблюдения за школой и отличная мантия-невидимка.
Снейп не попадает ни под один из этих критериев. Тот факт, что Джеймса избрали старостой школы [т.е. то, что он не попался - прим. переводчика], скорее уж свидетельствует о том, что Джеймс просто умело планировал свои стычки со Снейпом заранее, чем о том, что он действительно изменился к лучшему, и неважно, что Люпин называет Снейпа "особым случаем". Единственное, что было „особого“ у Снейпа - это то, что он был особенно легкой мишенью, и, кроме того, дружил с Лили, которую на самом деле Джеймс не любил.
Сириус и Люпин признают, что их поведение было безобразным:
"Я не горжусь этим, – быстро вставил Сириус. […]"
"Разве я когда-нибудь говорил вам оставить Снейпа в покое? – сказал он [Люпин]. – Разве я хоть раз осмелился сказать вам, что вы творите беспредел?
- Нет, ну, – сказал Сириус. – ты иногда побуждал нас стыдиться самих себя... Это тоже что-то значит"
Почему Люпин считал, что его друзья творят беспредел, почему он заставлял иногда их стыдиться самих себя, если они были равноправными соперниками со Снейпом или же защищали школу от невменяемого психа, как некоторые любят его обрисовывать?
Гарри испытывает такое отвращение к поведению своего отца, что даже не понимает, что Лили в нем нашла:
"Она стала встречаться с ним на седьмом курсе, – сказал Люпин.
- После того, как Джеймс убавил немного свою спесь, – добавил Сириус.
- И перестал насылать заклятия на людей ради забавы, – дополнил Люпин.
- Даже на Снейпа? – спросил Гарри.
- Ну... – протянул Люпин. – Снейп был особым случаем. Понимаешь, он никогда не упускал возможности проклясть Джеймса, так что нельзя ожидать, что Джеймс оставил бы это без ответа, правда?
- И моя мама была не против?
- Сказать по правде, она не то чтобы много об этом знала. – сказал Сириус. – То есть, Джеймс ведь не брал с собой Снейпа на свидания с ней и не наводил на него порчу при ней, понимаешь?"
Люпин тянет, потому что говорит неправду. Это Джеймс тот, кто никогда не упускает возможность напасть, а от Снейпа ожидалось, что он оставит это без ответа. Джеймс знал, что ведет себя неправильно, иначе зачем бы ему было это скрывать? И раз уж Джеймс смог скрыть свои фокусы от Лили, то почему бы и не от администрации? Имея в виду его бахвальство по поводу „спасения Снейпа“, то, как он лгал, чтобы произвести впечатление на Лили, ложь для него – повторяющаяся модель поведения. А Люпин и так известен, как лгун, что доказывает весь сюжет УА.
Два лучших друга Джеймса не могут сказать ничего конкретного в его оправдание, кроме того, что он „перестал насылать заклятия на людей ради забавы“. Это осуждение с легким оттенком восхваления.
То, что они имеют сказать в защиту Джеймса, просто смешно:
"Я бы не хотел, чтобы ты судил о своем отце по тому, что ты там видел, Гарри. Ему было всего пятнадцать...
- Но и мне пятнадцать! – гневно возразил Гарри".
Гарри знает, что 15 лет - это уже достаточно взрослый возраст, чтобы понимать, что к чему. Кентавры – тоже:
"Они привели ее сюда, Ронан, – ответил кентавр, так крепко схвативший Гарри. – И они не так уж молоды... Вот этот уже близок к зрелости".
Идем дальше:
"Послушай, Гарри, – сказал Сириус успокаивающим тоном. – Джеймс и Снейп терпеть не могли друг друга с того самого момента, как встретились, это просто такой отдельный случай, ты ведь понимаешь? Я думаю, Джеймс был тем, кем хотел быть Снейп– он был популярен, он хорошо играл в квиддич, он был способным практически во всем. А Снейп был просто чудиком по уши в Темных искусствах - а Джеймс, каким бы он там ни показался тебе, Гарри, всегда ненавидел Темные искусства.
- Понимаю, – сказал Гарри. – Но ведь он напал на Снейпа без всякой причины, только потому – ну, просто потому, что ты сказал, что тебе скучно".
Сириус либо лжет, либо его подводит память: мы знаем, что Джеймс и Снейп возненавидели друг друга с первой их встречи не без всякой причины, а потому что Джеймс и Сириус инициировали вражду со Снейпом. И потом, с чего бы предполагаемая зависть Снейпа к Джеймсу способствовала тому, чтобы Джеймс ощущал себя настолько низшим в сравнении со Снейпом, что так с ним обращался? Согласно интервью Дж. К. Роулинг, это Джеймс завидовал Снейпу [ревновал к нему – прим. переводчика] из-за Лили. Исходя из этого, утверждение Сириуса вопиюще ошибочно, нет никаких оснований считать, что Темные искусства хоть как-то с этим связаны. Его слова можно рассматривать как попытку переместить тему разговора в более комфортное русло, и они чрезвычайно лицемерны: Джеймс не притворялся, что сам он поступает справедливо в реальном времени, да и Сириус тоже. Они позволили оборотню свободно гулять по Хогсмиду, применили незаконное заклинание (т.е. Темную магию) к Бертраму Обри – выходит, не так уж Джеймс и ненавидел Темные искусства; такое расхождение между Темной и законной магией расценивается в лучшем случае, как произвольная бессмыслица, а в худшем – как выгодная для себя самого формулировка, и я всегда буду настаивать на том, что использование Скорджифая на живом человеке непомерно жестоко, неважно, „Темное“ оно или нет. Если Джеймс имел что-то против типа магии, которую использовал Снейп, то зачем он прибегнул к заклинанию, придуманному Снейпом? А Гарри прекрасно осознает, что все это не имеет отношения к разговору.
Кампания по защите доброго имени Джеймса завершается следующим:
"Послушай, – сказал он. Твой отец был лучшим другом, какой у меня [Сириуса] был за всю мою жизнь, и он был хорошим человеком. Многие люди бывают идиотами в возрасте пятнадцати лет. Но он повзрослел потом.
- Ну, да, ладно, – нехотя согласился Гарри. – Просто я никогда не думал, что мне когда-нибудь будет жаль Снейпа".
Лично для меня это звучит так:
"Послушай, – сказал он. – Я чрезвычайно предвзят, я скучаю по твоему отцу, и этот разговор мне неприятен. Твой отец был идиотом, но со временем перестал так себя вести, и это, в общем-то, все, что я могу сказать в его оправдание.
- Ну, да, ладно, – нехотя согласился Гарри. – Просто я никогда не думал, что мне когда-нибудь будет жаль человека, которого я терпеть не могу и который обращается со мной, как с дерьмом, так что мой папа был ужасен!"
Вдобавок, Сириус так и не повзрослел, и в первую очередь он сам не имел ничего против такого поведения, так что его мнение не считается. В свои 15 Гарри взрослее его и все равно не убежден в правоте его слов.
Во время одной из последних встреч Снейпа и Сириуса (ОФ 24) Сириус все еще использует кличку „Нюниус“, а называя его „собачка Люциуса“, он, вероятно, имеет в виду нечто очень некрасивое (https://en.wikipedia.org/wiki/Fagging- практику в британских школах примерно с 17 до 20 вв прислуживания младших учеников старшим, которая включала унизительное отношение к первым, физическое и/или сексуальное насилие), и он первый поднимает свою палочку. Гарри – тот, кто пытается разрядить обстановку. Поведение Снейпа тоже провокационное, но он сообщает Сириусу спасительную информацию: его прикрытие обличьем собаки было раскрыто. Он беспокоится о нем в своей типичной язвительной манере. Надо еще отметить, что Сириус так и не успел извиниться за попытку убийства, да и за все остальное.
Это не тот, кто знает хоть что-нибудь о взрослении, так что на его мнение можно просто не обращать внимания. То же самое можно сказать и о Люпине, который на протяжении всей жизни повторяет одну и ту же модель поведения – позволяет своему желанию быть принятым одержать верх над его благородными побуждениями.
Цитируя Дж. К. Роулинг, это была безжалостная травля. Поэтому все попытки преуменьшить ее значение, обелить буллеров, оправдать их и обвинить в их поступках жертву – отвратительны.
Спасибо Казимире Бруновне за перевод этой весьма интересной статьи!
Мнение автора канала относительно её содержания - в ближайших публикациях.