Архитектура — важный элемент живописи, ведь через образы домов художники могут не только передать эстетику эпохи и места, но и сделать здания на картине полноправными героями своих высказываний. За каждой постройкой может скрываться пусть маленькая, но интересная история из русской жизни. Расскажем некоторые из них.
Дом как символ эпохи
Когда мы вспоминаем о домах на картинах русских художников, одним из первых на ум приходит, конечно же, «Московский дворик». Перемежающиеся дома, церкви, служебные постройки привлекают внимание и создают особый ритм. Это картина-впечатление о «поэзии ежедневной жизни», в которой каждая деталь играет на создание эмоции, не отягощая ее смысловой нагрузкой. Образ залитого солнцем двора дома на углу Трубниковского и Дурновского переулков, во флигеле которого художник снимал квартиру, стал близок и любим не одному поколению зрителей.
Если мы представим, что находимся внутри полотна, пройдем по тропинке к самому дому и завернем налево за угол, то окажемся в уже другой картине Поленова — «Бабушкин сад». Да, это тот же дом, торец которого виден в «Московском дворике». Типичный московский особняк — часть усадьбы Николая Баумгартена, былую красоту которой с особым вниманием передает художник. Не зря пейзажи Поленова называют «тургеневскими»: белоколонный барский дом и старинный сад, сплетение прошлого и настоящего в фигурах женщин — таков образ старинной русской усадьбы, им изображенный.
Дом с видом на море
Уроженец Феодосии, Иван Айвазовский написал здесь десятки видов на залив и башню святого Константина — в разное время суток и с разных ракурсов. Один из видов на море — с балкона его дома — отличается особым спокойствием.
Айвазовский много путешествовал, часто уезжал в Петербург, но своим домом считал родной город. «Мой адрес — всегда в Феодосии», — писал он Павлу Третьякову. В 1845 году 28-летний, но уже заслуженный — живописец Главного морского штаба России с правом ношения морского мундира и без пары лет профессор Императорской Академии художеств — Айвазовский получил разрешение остаться в Крыму и начал строительство своего дома на городской набережной.
Айвазовский не просто жил в городе, а делал все для его процветания. Он открыл школу искусств, инициировал постройку городского концертного зала, заботился об устройстве библиотеки. А в 1886 году, когда жители Феодосии испытывали сильную нехватку питьевой воды, он решил проложить водопровод из источника, находящегося в его имении. В парке у набережной по проекту художника построили фонтан, воду из которого местные жители получали бесплатно.
В 1880 году художник открыл в своем доме выставочный зал, а само здание завещал родному городу. Сейчас в нем находится Феодосийская картинная галерея имени Ивана Айвазовского — один из крупнейших в мире музеев маринистической живописи.
Дом, в котором рождались шедевры
Абрамцево, усадьбу Саввы и Елизаветы Мамонтовых, называют местом силы русских художников. Именно здесь с хозяевами встречались, а иногда и подолгу жили Виктор Васнецов, Василий Поленов, Илья Репин. В конце 1880-х Абрамцево притягивает к себе художников нового, молодого поколения, одним из которых был Валентин Серов. Он попал в усадьбу еще в детстве: уже в девять лет ему давал уроки Репин, а мать Серова отправила его в Абрамцево, где он очень скоро стал своим, гостил месяцами и активно участвовал в домашних спектаклях.
Одноэтажный усадебный дом, который мы видим на картине Серова «Зима в Абрамцеве», — главное и самое старое здание усадьбы. Мамонтовы, купившие Абрамцево в 1870 году у наследников известного русского писателя Сергея Аксакова, застали дом в запущенном состоянии. Они не только отремонтировали здание, но и расширили, в том числе достроив мезонин — треугольную надстройку над средней частью дома, выглядывающую на картине из-за сугробов.
Но самый известный факт о Серове в Абрамцеве, конечно, что именно здесь, в столовой главного дома, художник написал портрет одиннадцатилетней Веры Мамонтовой, «Девочку с персиками». Несмотря на разницу в возрасте (Серову в это время 22), он поддерживал теплые, дружеские отношения с дочерьми Мамонтовых — Верой (Яшкой) и Александрой (Шуркой). Для картины Вера позировала каждый день почти два месяца. Теперь персики, выращенные в абрамцевской оранжерее, и взгляд темно-карих глаз Верушки передают образ юности и атмосферу гостеприимного дома.
Дом как метафора жизненного пути
Кто сказал, что дома на картинах должны быть реальными? Пример обратного — «Голубой домик» Бориса Кустодиева. На фоне яркого голубого дома художник изображает мир домашнего уюта и тихой провинциальной жизни. Но если присмотреться к фигурам людей, погруженных в повседневные заботы, можно заметить зашифрованную историю о круговороте жизни и смерти.
Мы видим мать с младенцем на руках и мальчика, убегающего от собаки. Подросток забрался на крышу гонять голубей — это ли не начало жизни, счастливое беззаботное детство? В окнах первого этажа справа — девушка, отвечающая ухажеру. Интересно, что некоторые персонажи картины написаны с известных лиц: как раз для девушки позировала Мария Шостакович, старшая сестра композитора.
Сверху расположились хозяин и хозяйка дома за чаем с самоваром и богатым столом — любимый сюжет художника. Русская идиллия, на заднем плане которой виднеется церковь как символ новой жизни. Здесь же в окне пожилая женщина, а под ней — уже символ смерти: в нижнем левом углу картины изображена гробовая мастерская. Игроки в шахматы — купец, полицейский и франт — расположились у ее входа, равные перед лицом судьбы.
Дом из страшной русской сказки
С детства многим знакомы иллюстрации к русским сказкам, сделанные непревзойденным в этом деле Иваном Билибиным. В конце 19 века, когда писал художник, случился очередной пик интереса к древнерусскому наследию. В архитектуре того времени становится популярен неорусский стиль. Нередко новые модные постройки лишь напоминали о древности, за что его пренебрежительно окрестили «псевдорусским».
Билибин же в своих изображениях стремился к достоверности, даже в сказочных сюжетах. Для этого художник опирался на огромное количество этнографического материала, собранного им во время путешествий. По поручению Русского музея в 1899 году Билибин объехал несколько губерний, где зарисовывал деревянные строения, одежду, изучал орнаменты и писал теоретические статьи.
Возможно, именно в этом и заключается секрет правдоподобности его персонажей, включая избушку на курьих ножках — знаменитое жилище Бабы-яги. Именно здесь герой получает от Яги важные советы и проходит испытания, которые помогают ему продолжить свой путь. В старину на Руси деревянные срубы ставили на пеньки с обрубленными корнями, чтобы предотвратить сырость и гниение домов, — так возник образ избушки.
Кроме того, избушка — своеобразный проход в иной мир, загробный. Как раз этот смысл отражен в серии рисунков «Изба смерти» современника Билибина, художника Николая Рериха. На рисунке Рерих предположил, как могло выглядеть славянское языческое погребальное сооружение. Позднее археологи обнаружили, что художник, сам увлекавшийся раскопками, был очень близок к правде.
Продолжить размышления об архитектуре можно на двух выставках, открывшихся при поддержке ВТБ. К своему второму дню рождения Центр «Зотов» представляет выставку «Русское невероятное». Ее кураторы предлагают искать ответ на вопрос «Откуда возник конструктивизм?», анализируя особенности пространства, мышления и архетипов, характерных для русского культурного ландшафта. А в Музее архитектуры имени Алексея Щусева проходит выставка «Архитектура говорит». Она напоминает: музей — это место, где можно изучить язык архитектуры, а знание этого языка дает возможность видеть больше в зданиях, которые нас окружают.