Неожиданно тишину разорвал странный скрип, раздавшийся из глубины замка. Они переглянулись, и у обоих сердце учащенно забилось. Андрей кивнул Марине, словно подтверждая её немой вопрос: они не одни.
Марина спрятала коробку под пальто, и они оба осторожно вышли из комнаты, стараясь не шуметь. Скрип раздавался всё ближе, и когда они подошли к узкому коридору, то увидели силуэт старика, освещённый тусклым светом старой керосиновой лампы. Его лицо частично скрывал капюшон, но видно было, что взгляд старика был направлен прямо на них.
— Что вы здесь делаете? — проговорил он тихо, но строго, и голос его разнёсся эхом по каменным стенам. В его глазах было что-то странное — смесь усталости и понимания, словно он уже знал, кто они и зачем пришли.
Андрей и Марина замерли. Слова застряли в горле, но первым ответил Андрей.
— Мы... мы ищем кое-что, — произнёс он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно, хотя внутри всё дрожало от страха и неожиданности. — Здесь должны быть старые бумаги, важные для семьи Марины.
Старик медленно кивнул и сделал шаг к ним, поднимая лампу, чтобы лучше разглядеть их лица.
— Знаю, кто вы. Марина, — произнёс он, пристально глядя на неё. — Твой прадед много лет назад оставил мне поручение, и я долго ждал, когда кто-то из его потомков вернётся сюда. Но предупреждаю вас: в этой коробке — не только история вашей семьи, но и опасности, о которых лучше не знать.
Марина слегка вздрогнула, но не отвела глаз.
— Я должна знать правду, — твёрдо сказала она. — Я чувствую, что это важно. Не только для меня, но и для всей нашей семьи.
Старик некоторое время молчал, затем медленно повернулся и жестом пригласил их следовать за собой.
— Есть кое-что, что вам стоит увидеть, прежде чем решите, как поступить, — сказал он и начал шагать по коридору. Андрей и Марина переглянулись, а затем, не колеблясь, пошли следом.
Старик привёл их в небольшую комнату, стены которой были уставлены полками с древними книгами и старыми картами. Он подошёл к одной из полок и вынул оттуда свёрнутую карту, которая выглядела так, словно ей не меньше ста лет.