Еще Фрейд отмечал, что для хорошего исхода терапии необходим высокий уровень доверия специалисту, который обеспечивается так называемым «непредосудительным позитивным переносом» (доверием психологу, основанным на позитивном опыте общения со значимыми фигурами). В психодинамических подходах признают огромную значимость терапевтического альянса, без которого самый талантливый клиницист не добьется успеха. А для того, чтобы расположить к себе человека, пришедшего решать свои проблемы, нужно сначала убедить его в том, что он находится в полностью безопасном пространстве. Как это сделать?
Большинство людей боится неизвестности. Поэтому нужно подготовить клиента к незнакомому процессу, объяснить, почему специалист действует определенным образом, слишком много внимания уделяет чему-то, призвать к обсуждению всего непонятного, что может возникнуть в процессе работы. Именно психолог должен позаботиться о физической и эмоциональной безопасности обоих участников процесса. Обсуждение этого вопроса уже создает более спокойную атмосферу. Если человек говорит, что хотел бы сесть дальше или ближе, оставить открытой дверь или наоборот закрыть поплотнее, занять такое положение, чтобы не испытывать на себе пристального взгляда, это, безусловно, следует обсудить и прийти к разумному решению (либо согласиться, либо убедительно объяснить, почему лучше действовать иначе). Для многих клиентов ощутить это уважительное внимание к своим потребностям может быть очень терапевтичным. Для тревожных людей кабинет психолога со временем может стать убежищем, позволяющим раскрепощаться.
Отдельно стоит сказать о суицидоопасных клиентах. Мы, конечно же, в самом начале работы сообщаем о гарантиях конфиденциальности, но при этом подчеркиваем, что исключения составляют случаи получения информации о совершенных или готовящихся тяжелых преступлениях и высоком риске суицида. Что касается последнего, мы должны пройти между Сциллой и Харибтой: нам нельзя напугать клиента и нужно о нем позаботиться. Достаточно опасной является идея о постоянной доступности терапевта: во-первых, это может быть технически невозможно; во-вторых, есть опасность заиграться в спасателя; в-третьих, психолог должен заботиться и о себе тоже; в-четвертых, экстренные клинические службы в экстремальной ситуации точно справятся лучше, чем отдельный человек. Так что идею собственной грандиозности лучше оставить.
В транзактном (трансактном, транзакционном или трансакционном - зависит от перевода) анализе с подачи ТА-аналитиков М. и Р. Гулдингов появилась идея «закрытия аварийных люков» и антисуицидального контракта. То есть после предварительной работы между клиентом и психологом заключается договор примерно такого содержания:
«Договор заключен между клиентом (ФИО) и терапевтом (ФИО).
Я, …, осознавая необратимые последствия попытки суицида (смерть, горе родственников, передача такого сценария потомкам), принимаю решение оставаться живым и не предпринимать попыток суицида или других действий против своей жизни и здоровья, какие бы события ни случились в будущем.
Я, …, приветствую ответственное решение своего клиента и обязуюсь со своей стороны оказывать ему помощь в соответствии с действующим контрактом, в том числе быть доступным для обсуждения вопросов смерти и умирания, мыслей на эти темы. Подписи сторон»
Гулдинги предполагали, что, закрыв этот «аварийный люк» (вместе с двумя другими – никого не убить и не сойти с ума), человек станет активнее искать другие способы совладания. Однако этот метод вызывает у многих специалистов сомнения в его действенности и подозрения в том, что он заключается в большей степени для снижения ответственности специалиста. Нэнси Мак-Вильямс отмечала, что некоторые клиенты сознавались, что подписывали это соглашение, поддавшись уговорам, сохраняя мысль о суициде. Это вредит работе тем, что учит обману как цене отношений. А некоторые клиенты говорили, что мысль о возможности уйти из жизни, если станет совсем невыносимо, помогала им оставаться жить, пока это возможно, то есть подписание контракта как будто загоняло их в безысходность. Таким образом, этот способ подходит не всем.
Есть другая, более мягкая возможность найти ресурсы для обеспечения безопасности – составление «Плана безопасности». Что стоит в него включить? Во-первых, следует обсудить жизнь клиента и определить его ценности, на основе этого можно помочь клиенту составить и записать список причин для того, чтобы оставаться жить. Во-вторых, записать телефон самого близкого человека, которому можно позвонить в любой сложной ситуации. В-третьих, вспомнить еще несколько телефонов людей, если первый окажется недоступным. В-четвертых, имя своего консультанта или врача. В-пятых, телефоны доверия. В-шестых, обозначить место, где человек обычно чувствует себя в безопасности. В-седьмых, телефон и адрес ближайшего стационара, а также телефоны экстренных служб. Такую записку можно носить под чехлом телефона (современный человек редко с ним расстается). Когда человек имеет план действий в сложной ситуации, уровень его тревожности обычно снижается.
Стоит сказать о том, что безопасность консультанта не менее важна. Поэтому не стоит принимать первичных клиентов (которые могут оказаться антисоциалами) в пустом здании. В идеале хорошо бы иметь тревожную кнопку, но это не всегда возможно. Свою интуицию следует слушать в любом случае и следить за доступностью выхода из кабинета (клиент не должен быть между консультантом и дверью) и возможностью позвать на помощь.
Эмоциональная безопасность не менее важна и требует отдельного разговора.
Автор: Елена Аниськова
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru