— Алло, доченька, ты не могла бы мне помочь? У меня тут полка отвалилась, одна не справлюсь.
Я взглянула на мужа, закатила глаза.
— Мам, у нас сейчас совсем нет времени. Ребенок не спит, да и сами едва успеваем. Может, наймешь мастера?
Не успела положить трубку, как зазвонил телефон снова. На этот раз – свекровь.
— Ну как, когда сможете привезти мне продукты? А то у меня с суставами совсем плохо стало.
Ситуация знакомая. Наши мамы – мама и свекровь – будто соревнуются, кто больше выпросит помощи. Кажется, их главная цель – вытрясти с нас по максимуму, а мы уж как-нибудь справимся.
Когда мы в чем-то нуждаемся, все меняется. И мама, и свекровь дружно находят тысячу причин, почему помочь нам не могут.
Наши мамы по характеру – просто копия друг друга. Может, поэтому они в свое время и не поладили? Каждая из них привыкла быть в центре внимания, будто солнце должно вращаться исключительно вокруг нее.
Моя мама никогда не работала. Она всю жизнь была замужем, в прямом смысле: заботы о деньгах и проблемах всегда лежали на мужьях. Сначала это был мой отец, потом второй муж.
— Мам, у тебя хоть трудовая книжка есть?
— А зачем она мне? – ответила она, не отрываясь от телевизора.
Свекровь, в отличие от моей мамы, трудилась. Правда, работой это сложно назвать – сидела вахтером при бассейне. Муж говорит:
— Она всю жизнь "тяжко" трудилась: с восьми до трех в гардеробе шапочки раздавала.
Сейчас обе мамы на пенсии. Пенсии у них небольшие, и мы с мужем вынуждены помогать.
— Это наш долг, – часто повторяет он.
Но мамы, похоже, считают иначе. Они ничего нам не должны.
Когда я забеременела, было сложно. Мы копили на ипотеку, а декрет не вписывался в планы.
— Рожайте! – уговаривали обе мамы. – Мы вам поможем. И жить сможете у нас, на съемной-то дорого.
Сначала мы переехали к моей маме. Во время беременности всё было терпимо. Она нас не трогала, мы старались её не беспокоить. Но с появлением ребенка всё изменилось.
Мама стала раздражительной.
— Опять он орет! Я старый больной человек, мне нужен покой, а вы устраиваете хаос, – возмущалась она.
С ребенком сидеть она отказывалась.
— У меня здоровье не то, – заявляла мама.
Чтобы поесть или принять душ, я ждала мужа с работы. С каждым днем общение становилось все хуже.
— Как у тебя дела с мамой? – спрашивал муж вечером.
— Да как… сквозь зубы общаемся, – вздыхала я.
Вместо обещанной помощи мы оказались в центре бесконечного недовольства и претензий. Казалось, что проще было бы остаться на съемной квартире. Там хотя бы никто не говорил, как тяжело жить с младенцем.
— Я больше не могу, — вздохнула я, усаживаясь на диван после ещё одного скандала со свекровью.
Муж только устало пожал плечами.
— Может, вернёмся к твоей маме?
— Ты серьёзно? Она нас обратно не пустит, и ты это знаешь.
Когда жить у моей мамы стало невозможно, мы перебрались к свекрови. Сначала она нас встретила радушно.
— Ох, как хорошо, что вы ко мне приехали, – улыбалась она. – Вместе ведь веселее!
Первые дни всё было замечательно. Свекровь даже пыталась помогать: то с ребёнком поиграет, то ужин приготовит.
Но через неделю всё изменилось.
— Да что за шум у вас опять? — закричала она как-то утром. — Я старый больной человек, мне покой нужен!
Свекровь ходила по дому с повязкой на голове и жалобным видом. Постоянно пила какие-то пахучие капли. Я начинала чувствовать, что мы повторяем историю с моей мамой.
— Как долго мы ещё здесь пробудем? — однажды спросила я мужа.
Он задумался.
— Пора искать своё жильё, — наконец ответил он.
Мы посчитали, сколько накопили, и решили, что пора брать ипотеку. Пусть взнос был меньше, чем хотелось, но ждать больше сил не было.
Ребёнку к тому моменту исполнился год, когда мы переехали в свою квартиру.
— Теперь никто не будет нам диктовать условия, — радостно сказал муж, когда мы ставили первую коробку в новом доме.
Переезд помог наладить отношения с обеими мамами. Мы стали реже видеться, и напряжение ушло. Правда, помощи с внуком они по-прежнему избегали. Если мы всё-таки просили их посидеть с ребёнком, то делали это с видом мучениц.
Зато у самих мам запросов к нам прибавилось.
— Доча, завези мне лекарства из аптеки, — звонила мама.
— А у меня опять шкаф разваливается, приезжай починить, — подключалась свекровь.
Мы пытались объяснить, что у нас самих не лучший период: одна зарплата, ипотека, ребёнок. Но мамы дружно обижались.
— Дети обязаны помогать родителям, — напоминала моя мама.
— Это ваш долг, — вторила ей свекровь.
— Слушай, — предложила я мужу однажды вечером, — а если я выйду на работу? Пусть бабушки сидят с внуком по очереди.
— Можно попробовать, — согласился он.
Но, как оказалось, бабушки такой вариант не устраивал.
— Ребёнок ещё маленький, а мы старенькие, — сказала моя мама.
— Это же ежедневная нагрузка, а у меня здоровье не то, — добавила свекровь.
На вопрос, как тогда они представляют себе нашу помощь, был предложен "гениальный" вариант:
— Переезжайте ко мне, а свою квартиру сдавайте, — с энтузиазмом заявила свекровь.
— Или ко мне, — вторила мама.
Мы с мужем переглянулись.
— Серьёзно? Мы же в ипотеку влезли только потому, что не смогли ужиться ни с одной из вас.
Мы отказались, и мамы вновь обиделись.
— Неблагодарные вы! — заявили обе.
Теперь я не понимаю, почему мы вообще должны помогать, если они сами не готовы хоть чем-то нам облегчить жизнь.