Заголовок приложения был прост: «Бездна». Никаких ярких иконок, никаких заманчивых обещаний. Только чистый чёрный квадрат на сером фоне. Я скачал его с сомнительного форума, заинтригованный легендами о «Бездне» — закрытой социальной сети, где исполняются желания. Особых ожиданий у меня не было, но интерес был сильнее меня, ведь в интернете столько неоднозначных отзывов.
Сначала всё выглядело безобидно. Пустой интерфейс, запрос на привязку номера телефона и… ожидание. Приложение продолжало прогружать главную страницу, а я решил пока посмотреть фильм.
Через несколько часов на экране телефона появилось сообщение: «Добро пожаловать, Аноним. Мы знаем, чего ты хочешь». Это было жутко. Ведь я ничего не запрашивал.
Интерес меня пересилил и я спросил:
- "И чего же я хочу?".
Первое желание возникло само собой — увидеть лицо моей бывшей девушки. И приложение его исполнило. Фотография не из соцсетей, не из интернета — свежий снимок, будто только что сделанный. Она выглядела… подавленной, измученной. Под фотографией была надпись: «Помоги мне». У меня подкосились ноги.
Я попытался отписаться, удалить приложение. Не получилось. «Бездна» заблокировала все попытки. Началось постепенное ухудшение реальности. Сначала незначительные случайности: внезапные дожди, потеря ключей. Затем более серьёзные: авария с машиной, нападение на улице. После каждого события в «Бездне» появлялось новое желание — не моё, а чьё-то ещё, и его исполнение становилось частью моего кошмара.
Желания становились всё более жестокими. Один пользователь хотел отомстить за измену, другой — разбогатеть, неважно каким способом. «Бездна» исполняла их желания, пусть и не напрямую, но создавая цепь событий, приводящих к нужному результату. Я стал невольным участником этого адского театра и не мог понять, как остановить лавину.
Однажды на экране моего телефона появилось моё собственное лицо. Не фотография, сделанная на камеру, а словно вырванное из кошмара. Измученное, испуганное, с отчаянием, сгущающимся вокруг глаз, будто я пытался удержать в них остатки света. Под изображением, написанное холодным, механическим шрифтом, застыло моё желание: «Хочу исчезнуть». Не от моего имени, а от лица чужого наблюдателя, будто чья-то иная воля проецировалась на экран. Именно в этот момент все пазлы сложились.
Я понял. «Бездна» не исполняла желания. Она их использовала. Не как просьбы, а как инструменты, как рычаги в безумной игре. Она заглядывала не просто в наши сердца, она проникала в самые тёмные, зловещие уголки души, выискивая там наши самые глубокие страхи, наши слабости, наши тайные желания, превращая их в смертоносные козыри. Она использовала их, чтобы разыграть нас, сломить нас, загнать нас в бесконечный цикл саморазрушения. Она не заботилась о желаниях, только об их использовании.
Вскоре я осознал, что эти фотографии — не просто изображения. Это были осколки реальности других пользователей, запертых в этой цифровой тюрьме, каждый из которых был отражением собственного ада. Их желания, подобно змеям, переплетались, создавая запутанный, ужасающий клубок событий, в котором я запутался, став одной из бесконечного множества марионеток. Я видел их лица, искажённые отчаянием, я ощущал их боль, их страх, их безумные надежды, их разочарования. Мы были связаны этой страшной сетью, нашими собственными желаниями, нашими собственными слабостями.
Мои страхи, сомнения и невысказанные желания — всё это словно растворилось в этом безликом и бесчувственном приложении. Каждое из них вызывало новые страдания и новые желания, которые возникали в «Бездне», погружая меня в темноту и оставляя всё более одиноким в этом бесконечном цикле боли.
Я попытался сделать единственное, что пришло мне в голову: загадал желание, чтобы всё это закончилось. Не «Хочу, чтобы я исчез», не «Хочу, чтобы я забыл» — это был полный отказ от всего. Я хотел сказать, что не хочу быть частью этого. И в этот момент экран моего телефона погас. Не просто выключился — он стал абсолютно чёрным, словно поглотив свет, как самая глубокая бездна. Затем я вырубился, уснул.
Когда я проснулся, в комнате никого не было, телефон исчез, а воспоминания о «Бездне» растворились. Но я был уверен, что внутри меня что-то изменилось. Что-то ужасное. Что-то… навсегда. Я знал, что кто-то наблюдает за мной. Всегда.
Читайте также: