Уже неоднократно говорилось: большинство политиков, проявляющих себя на ниве русофобии, в своей родословной имеют предков, так или иначе участвовавших во Второй мировой войне на стороне гитлеровцев.
Наследники свастики
Доживший до 103 лет дед главы МИД ФРГ Анналены Бербок Вальдемар Бербок характеризовался как «безоговорочный и убежденный нацист». Предки бывшего премьер-министра Эстонии, а ныне «главы МИД» Евросоюза Каи Каллас были коллаборационистами. Дед заместителя премьер-министра Канады Христи Фриланд Михайло Хомяк на службе у нацистов возглавлял издание «Краковские вести», которое курировал глава отдела печати польского Генерал-губернаторства Эмиль Гасснер. Там Хомяк, в частности, славил массовые убийства евреев в Бабьем Яре: «Сегодня в Киеве из них нет ни одного. А было при большевиках более 350 тысяч».
В этот «прекрасный» клуб наследников нацистских идей входит и пребывающая последние дни на посту президента Грузии Саломе Зурабишвили.
Дядя Георгий был осужден французами и исчез
То, что Зурабишвили — гражданка Франции, родившаяся в семьи грузинских эмигрантов, сбежавших от большевиков, секретом не являлось. Но, как говорится, есть некоторые нюансы.
Госпожа Зурабишвили в интервью рассказывала: «До падения железного занавеса у нас не было никаких контактов с Грузией — ни писем, ни газет, ни визитов. Для нас это была мифическая страна, существовавшая только в книгах». Зато было предостаточно контактов внутри эмигрантов, в том числе среди тех, кто непосредственно служил гитлеровцам.
Отцом Саломе является Леван Зурабишвили, сын известного деятеля Грузинской республики Нино Николадзе. И если Нино в итоге вернулся в Грузинскую ССР, то Леван остался за границей и в течение долгих лет занимал пост председателя Грузинской ассоциации Франции.
Брат Левана и дядя Саломе, Георгий Зурабишвили, во Франции был осужден за пособничество гитлеровским оккупантам. Считается, что он бесследно исчез в 1944 году.
Дядя Миша из архивов ЦРУ
Но куда интереснее еще один родной дядя нынешнего президента Грузии, на сей раз по материнской линии. Ее мать, Зейнаб Кедия, была дочерью главы политического сыска Грузинской республики Мелкиседека Кедии. Брат Зейнаб, Михаил Кедия, в годы Второй мировой войны активно сотрудничал с немцами.
В досье ЦРУ, рассекреченном в рамках «Закона о публичности военных преступлений нацистов» (Nazi War Crimes Disclore Act), говорится, что Михаил Кедия работал в грузинском отделе Главного управления имперской безопасности (РСХА) под началом Рейнхарда Гейдриха.
Более всего прекрасен американский термин, употребленный в досье Кедии: Gestapo official.
В частности, Кедия занимался вербовкой советских военнопленных грузинской национальности для их участия в боевых действиях в составе «Грузинского легиона» на стороне гитлеровской Германии. Также он отвечал за подготовку и осуществление терактов и диверсий на Северном Кавказе и в Закавказье.
«Не Советы, а русские были и остаются главным врагом»
В 1944 году Михаил Кедия, поняв, что его ставка на Гитлера не сыграла, сбежал в Швейцарию. Там он утверждал, что помогал спасать евреев из немецких лагерей, и в итоге ему позволили безмятежно жить в альпийской стране.
В 1951 году Кедия, выдачи которого добивались одновременно СССР и Франция, дал интервью в рамках так называемого «Гарвардского проекта». В нем он, в частности, заявлял: «Для нас русские — я говорю об этом прямо, не Советы, а русские — были и остаются главным врагом». Далее Кедия сообщал: «С июля 1940-го и абвер, и СД доверяли мне... Одной из причин того, что немцы полагались на меня, была моя помощь при засылке агентов в Грузию через Турцию».
Кедия сетовал на то, что немцы все делали неправильно: «Проблема Власова была катализатором установления взаимопонимания с Розенбергом. В октябре 1944-го СС вызвал меня на конференцию под председательством Крегера... Крегер активно настаивал на нашем присоединении к власовской акции. Но я совершенно открыто высказал свои убеждения: мой первый враг — это Россия и лишь мой второй враг — большевизм. Я предпочитаю видеть в седле грузина Сталина, а не великоросса Власова».
Смерть при невыясненных обстоятельствах
Интересно, что в ЦРУ пришли к мнению о том, что использовать Кедию в своих целях нельзя из-за его «стабильно плохой репутации». Михаил Кедия умер в Швейцарии в 1954 году при невыясненных до конца обстоятельствах.
Удивляться тому, что после развала СССР в Грузии Кедию стали называть «оклеветанным патриотом», не приходится. Как и тому, что в столь замечательной семейной среде выросла такая рьяная русофобка, как госпожа Зурабишвили.
Больше срочных и эксклюзивных новостей — в телеграм-канале АиФ