В 1952 году советские спортсмены впервые поехали на Олимпийские игры - в Хельсинки. Отлично выступили борцы: четыре золота в греко-римской (Борис Гуревич, Яков Пункин, Шазам Сафин, Йоханнес Коткас), два — в вольной (Давид Цимакуридзе и Арсен Мекокишвили). Первым советским борцом-олимпиоником стал 27-летний Цимакуридзе, 7-кратный чемпион СССР, уроженец города Поти. В Хельсинки он победил в весовой категории до 79 кг.
К большому сожалению, информации о славных борцах прошлого, особенно первых советских олимпийцах, совсем немного. Приходится поднимать архивы - книги, советские газеты и журналы. В случае с Цимакуридзе нам всем повезло: в 1986-м в ежегоднике «Спортивная борьба» (это был последний выпуск ежегодника) о нем вышел большой материал под романтичным заголовком «Виноградная лоза», написанный великим советским тренером по вольной борьбе Сергеем Преображенским.
«Виноградная лоза»
«Первый раз я увидел Давида Цимакуридзе 27 октября 1945 года в Ленинграде. Наш эшелон с первыми демобилизованными по разным статьям воинами только что остановился в одном из тупиков Московского вокзала. Попрощавшись как-то торопливо с теми, с кем приходилось порой делить корку хлеба и последние патроны, разошлись мы в разные стороны, надавав друг другу обещаний: «Вот все устроится — встретимся».
Скорей домой! Кого-то дома ждали мать, отец, а кого-то пустые стены. Блокада, война, бомбежки многих лишили и матерей, и отцов, и сестер, и любимых.
Еду в трамвае, читаю афиши, расклеенные на стенах домов, а порой прямо на фанерных щитах, прикрывавших рваные раны, нанесенные фашистскими бомбами и фугасками. В театре им. С. М. Кирова дают «Жизель», в Доме культуры хлебопекарной промышленности — лекция.
Но меня больше заинтересовала афиша, приглашавшая в спортивный зал плавательного бассейна на чемпионат СССР по вольно-американской борьбе. Что такое? Классическую борьбу знаю, вольную тоже знаю (так называли самбо), а что это за вольно-американская борьба? Надо посмотреть!
Вечером, не глядя на мать, стал собираться, чтобы посмотреть на чудо спортивное — вольно-американскую борьбу.
В гимнастическом зале ленинградского плавательного бассейна, что на улице Правды, был расстелен борцовский ковер. Эта новая, вольно-американская, борьба собрала всего лишь 55 участников. Приехали все, кто захотел попробовать свои силы. Никаких конкурсный отборов: подавай заявку и борись!
Здесь-то и увидел я Давида Цимакуридзе. Кто бы мог подумать, что эта мимолетная встреча будет началом многолетней дружбы и длительного спортивного соперничества.
Давида нельзя было не выделить из числа в основном недостаточно хорошо подготовленных, не блещущих умением борцов разных специальностей.
В вольно-американской борьбе пробовали счастье и представители классического стиля, и самбисты. Немало было чемпионов из народных видов борьбы. Но успех сопутствовал здесь лишь «классикам», причем владевшим приемами какой-либо народной борьбы, в которой разрешались действия ногами. Самбисты проигрывали из-за неумения бороться в партере и из-за недостатков в физической подготовке. Национальные чемпионы, за исключением немногих, были вообще подготовлены слабо.
Давид блистал силой, необыкновенной физической мощью и уверенностью в себе. Из восьми участников его весовой категории лишь двое могли оказывать ему кое-какое сопротивление: чемпион по грузинской борьбе чидаоба Эсебуа и чемпион СССР по самбо Пономаренко.
Эсебуа показывал чудеса умения действовать ногами. После его зацепов и обвивов взлетали вверх ногами неуклюжие и неловкие соперники. Самбист Пономаренко был человек упорный и словно резиновый. Создавалось впечатление, что это претенденты на первенство. Но Эсебуа и Пономаренко выглядели мощно только до встречи с молодым и красивым грузином — Давидом Цимакуридзе. Оба боролись с ним словно связанные по рукам и ногам. Ни малейших затруднений не испытал Давид в борьбе за первое в жизни чемпионское звание. Позднее он семь раз поднимался на пьедестал почета в нашей стране и ему вручалась чемпионская медаль, но потом стало труднее.
Давид не был непобедимым. Бывали и у него неудачи, но они для него были как допинг. Откуда только брались сила и энергия! В своем движении к заветной цели он буквально сметал все преграды!
Помню чемпионат по вольной борьбе 1950 года в Туле. Вольная борьба к тому времени получила всеобщее признание, у нас появилось немало замечательных борцов, которые могли бы украсить любую команду и теперь. В среднем весе сложилась удивительная ситуация. Основные претенденты на первенство переборолись между собой и понадарили друг другу очков больше чем допустимо. Один Лева Хантимерян пришел к последней схватке лишь с тремя штрафными очками, а у Давида их было пять. Только чистая победа открывала Цимакуридзе путь к золотой медали. Леве достаточно было «оттолкаться» — и он чемпион! Может быть, с кем другим он и добился бы желаемого, но только не с Давидом.
Все ждем этой последней схватки. Лева ходит как в воду опущенный. Давид как ни в чем не бывало — весел, остроумен, но разминается сосредоточенно.
Едва раздался свисток, Цимакуридзе бросился в атаку. Это не была борьба равных, как бывало раньше. Это было преследование. Минуты уходят, а Лева мечется по ковру и никак не дает поставить себя в опасное положение, не стесняется увильнуть и за край ковра. Наконец схватились они в центре. Бежать некуда. Как два тигра выгнули могучие спины. Один хочет подмять соперника под себя, другой во что бы то ни стало освободиться. Наконец могучие захваты разрываются. Оба падают в противоположных углах ковра, с недоумением сидят упершись руками в ковер сзади. Между ними расстояние в несколько метров. И тут Давид поистине тигриным прыжком преодолел расстояние, отделявшее его от соперника, и, не дав Хантимеряну ни опомниться, ни встать, вдавил его лопатками в ковер...
Все мы разными путями приходили в вольную борьбу. Одних приводили в секцию товарищи из класса, другие попадали случайно, увидев объявление об открывшемся наборе, третьи... Да мало ли путей приводит мальчишек к занятиям тем или другим видом спорта! Чаще всего ни взрослые, ни будущий спортсмен не знают, на каком виде спорта остановить внимание, чему отдать время и силы.
У Михаила Цимакуридзе все было заранее запланировано: если родится сын, то обязательно будет борцом! Сам Михаил был прекрасным борцом, профессионалом и выступал под псевдонимом Мичико Мачабели. Знали и любили Мичико не только в Грузии, но и на коврах России. Прославил он свое имя виртуозной техникой, кошачьей ловкостью. Не было у него лишь тех устрашающих габаритов, которыми отличались в то время профессиональные борцы: среднего роста и веса, сложен как Аполлон, ловок и красив, энергичен и смел. Когда 60 лет тому назад маленький Давид появился на свет, все в деревне знали: родился борец. Такой же сильный, как их деревенский любимец Мичико Мачабели. Отец и имя мальчику дал Давид — имя героя грузинского эпоса. Лишь женщины, купая и пеленая крепенького малыша, влюбленно называли его Амурчиком: такой он был хорошенький, глазастенький. И осталось за ним с детства прозвище, данное женской половиной семьи Цимакуридзе, — Амур. Мы даже в сборной команде часто называли его Амуром.
Отцу не пришлось принуждать сына к занятиям борьбой. В Грузии борьбу в то время любили и считали спортом настоящих мужчин. Мальчик сам увлекся. И еще юношей, бывало, не раз побеждал взрослых и именитых борцов. Энергии у Давида было хоть отбавляй, да и силы у него хватало.
Помню первенство ВЦСПС 1947 года в Ленинграде, где Давид выступал сразу в двух видах спорта, чтобы закрыть брешь в команде. Борется он на ковре с противником, темп невысокий. На схватку тогда давалось 20 минут. Куда торопиться! Вдруг в динамиках голос диктора: «На помост вызывается Давид Цимакуридзе. Вес на штанге...»
Оказывается, он выступал в борьбе и в тяжелой атлетике одновременно! Услышал это объявление Давид, и словно укололи его. Набросился на противника, вмиг положил и бегом в соседний зал, где его ждала увесистая штанга.
(Из интервью Цимакуридзе грузинскому журналисту Арсену Еремяну, 2000-е: «На первенстве ВЦСПС в Ленинграде в 1947 году я выступал за команду Грузии и по борьбе, и по штанге. Борюсь не спеша – продолжительность схватки тогда была 20 минут, и слышу объявление диктора: «На помост к штанге вызывается Цимакуридзе. Команда Грузии». Что делать? Я бросился на противника и положил его на лопатки. Еле дождался объявления результата, а потом помчался на тяжелоатлетический помост покорять штангу. В Выборге, на сборах, по соседству с нашим домом было десятиэтажное здание администрации с пожарной лестницей. Я дважды – утром и вечером – поднимался по этой лестнице с помощью одних рук»).
Немало спортивных подвигов совершил Давид Михайлович Цимакуридзе. Но самый главный его подвиг был впереди...
Вольная борьба зародилась у нас практически после опубликования в 1945 году приказа Всесоюзного комитета по делам физической культуры и спорта. Несколько раньше был проведен учебно-тренировочный сбор, где мы знакомились с правилами и возможностями нового вида борьбы. Соревнования 1945 года были первыми в истории спорта нашей страны и отправными. Вольная борьба начала быстро развиваться. Расширялась география культивирования ее, и, что самое главное, повышалось мастерство наших борцов.
В то время делались робкие попытки организовать встречи с борцами зарубежных стран, чаще всего не самыми искушенными. Поэтому большинство подобных встреч оканчивалось благополучно для нашей команды. В сборную страны подбирали настоящих атлетов, которые благодаря одаренности выходили с честью из всевозможных испытаний. А вот тренеров для сборной, которые хорошо разбирались бы в вольной борьбе и могли нацелить команду на достижение высоких результатов, подобрать не удавалось. Ими в большинстве случаев были представители классической борьбы, по каким-либо причинам оказавшиеся там ненужными.
Обстоятельства складывались так, что рано или поздно нам предстояло «скрестить оружие» с самыми сильными зарубежными борцами.
Тренеры, руководившие сборной командой по вольной борьбе, как правило, сами этой борьбой не занимались, а если и принимали участие в соревнованиях, то успехами похвастаться не могли.
Всесоюзный комитет по делам физической культуры и спорта шел на расходы и посылал некоторых работников комитета на европейские и мировые чемпионаты за опытом. Те возвращались в самом мрачном настроении. Им казалось, что нашим борцам там делать нечего. А ведь было уже известно, что Советский Союз в 1952 году будет принимать участие в Олимпийских играх в Хельсинки. Мы же все продолжали подбирать себе соперников по силам и, побеждая их с легкостью необыкновенной, долго смаковали радость побед.
В те годы за рубежом безраздельно господствовали турецкие борцы. С каждого чемпионата мира они увозили более половины золотых наград. Начали свои спортивные подвиги иранские пехлеваны, борцы очень сильные и стойкие. Пробовали свои силы на международной арене юркие, стремительные и неустрашимые японские борцы. Традиционно сильны были американские вольники. Недаром и борьба-то эта называлась вольно-американской. Но ни с турками, ни с иранцами, ни с американцами мы не встречались.
Подготовка к Олимпийским играм в Хельсинки велась в Выборге. Конечно, не было там таких шикарных баз, восстановительных центров и реабилитационных средств, таких чудо-ковров и чудо-снарядов, какими располагают наши спортсмены сейчас. Но было горячее желание выступить на первой в жизни нашей страны Олимпиаде как можно лучше.
Сейчас посмотришь на безусого еще парнишку, а он уже многократный чемпион с огромным опытом встреч внутри страны и на международной арене. А тогда немолодой по теперешним меркам спортсмен, весь покрытый шрамами, швами, а то и после контузии, шел, обливаясь потом, на первую в жизни международную встречу.
Как готовиться? Что собой представляют наши соперники? Наши тренеры, хотя это были и опытные мужи, законов подготовки к таким соревнованиям не знали. А раз не знали, то волновались и переживали еще больше участников и поступали так, как обычно поступают, когда не знают, что делать и как готовиться: проводили прикидки и контрольные схватки почти каждую тренировку.
Это нелегко себе представить, а еще труднее пережить. Идешь на тренировку, а тебя там ждет не тренировка, а прикидка, или контрольная схватка, как у нас теперь говорят по-научному. Это продолжалось довольно долго.
Первой жертвой прикидочно-контрольных методик тренировки стал наш едва ли не самый верный и надежный номер команды Эстатет Каркусашвили — чемпион СССР, не проигравший ни одной международной встречи. Из-за перетренированности и постоянных прикидок этот, казалось, железный человек тяжело заболел и выбыл из строя. Его дублер Леонид Букин, серебряный призер чемпионата СССР, продержался немного дольше. Повышенное давление наложило вето на его тренировки и выступления. Тогда были приняты пожарные меры. Василий Рыбалко, закончивший выступления и бывший на этом сборе тренером, вновь надел борцовки, которые уже давно повесил на гвоздь, и стал поспешно готовиться к олимпийским баталиям.
Практически лишь два борца из восьми были к началу соревнований в Хельсинки в сравнительно хорошей спортивной форме: Арсен Мекокишвили и Давид Цимакуридзе. Почему? Да потому, что Арсену не было равных среди спарринг-партнеров. Ему что прикидка, что простая тренировка: выстраивали целую очередь соперников, а он их всех доводил на ковре до изнеможения. Могуч был Арсен.
Давид благодаря жизнерадостности, легкости характера тренировался словно играючи. Он был уверен, что его, многократного чемпиона страны, вдруг не заменишь. Давид жаждал начала соревнований, а не мучился бессонницей в ожидании решения тренеров, поедет ли на Олимпиаду или останется дома? Он был уверен, что поедет, и поехал!
Наконец все треволнения остались позади. Советские «вольники» впервые выехали на Олимпийские игры. Начались олимпийские поединки в чудесном зале «Мессухали». Первой жертвой прикидочной олимпийской подготовки стал надежнейший наш борец полутяжеловес Август Энглас. Безгранично смелый, сильный физически, он топтался на ковре, собирая силы для броска. Этот феноменальный борец спустя полтора года, ставший чемпионом мира по вольной и классической борьбе, в Хельсинки дотянул лишь до четвертого места...
Но речь идет о нашем юбиляре. Давид легко сбавил вес. Жребию было угодно, чтобы многоопытный швед Бенгт Линблад оказался первым препятствием на пути восхождения Давида на Олимп. Кто такой Бенгт Линблад, что он за борец, каковы его возможности, класс, все это ни нам, ни Давиду было неизвестно. Шведы в то время были очень сильны, многие из них носили самые высокие спортивные звания, о многих шла молва как о непобедимых.
У Линблада такой громкой славы не было. Однако, схватившись на первых минутах с Давидом в плотный захват и почувствовав его силу, швед сразу же отказался от решительных действий. Он знал, как поступать в подобных случаях. Передвигаясь вдоль границы ковра, Линблад малейшие попытки Цимакуридзе решительно атаковать пресекал тем, что мгновенно уходил за ковер, и Давиду никак не удавалось добиться результата. Так же шла борьба и в партере: Давид шел на прием, а швед, как утопающий на берег, бросался за ковер.
Мы тогда не представляли себе, какое решение может быть принято в такой ситуации да еще по отношению к представителю Советского Союза. Когда кончилась схватка, все мы были уверены, что победа на стороне Цимакуридзе как награда за его активность, целеустремленность, желание навязать и обострить борьбу. Но не тут-то было. Давиду объявили поражение, Линблад торжествовал: разве мог он ожидать такого подарка!
Легко себе представить состояние нашего борца, начавшего самые важные в своей жизни соревнования так неудачно. Многие борцы, разочарованные таким началом, восприняли бы это положение как трагическое. Но не таким был Давид, наша гордость, наш кумир. «Значит, будем класть на лопатки!» — сказал он, снимая борцовские доспехи. Лицо, как обычно, приветливое, ни следа переживаний, а в душе, наверное, кошки скребли. Не любил Давид на людях выставлять свои раны и обиды, не любил и не хотел слышать слова сочувствия.
Следующим соперником Давида был американец Дан Ходж, хорошо сложенный, смелый, решительный, агрессивный борец. Не чета Линбладу.
Давид сразу же пошел на обострение. Он предположил, что американец ждет его атак. Ведь турнирное положение их было неодинаково: Давид проиграл первую схватку, а Ходж положил противника на лопатки.
Давид сразу же подходит вплотную, забирает руку в захват, а правой ногой обвивает ногу американца. У нас этот прием назывался «бросок обвивом». Это чисто грузинский прием из чидаобы. Давид и рассчитывал на неожиданность.
Бросок! Над самой землей гибкий и верткий американец скорее инстинктивно, чем сознательно, выворачивается из опаснейшего положения и сбивает Давида захватом за ноги. Есть очко.
Цимакуридзе встает, словно ничего не произошло. Американец виснет на нем, как лайка на медведе, старается удержать внизу. Давид встает. Опять мгновенно захватывает руку соперника и обвивает правой ногой его левую ногу. Бросок! Опять срыв. Опять потеря очка. Но кто считает очки? Давид? Нет, ему нужна чистая победа, а сколько он потеряет на пути к ней, это его не интересует.
Вновь стойка. Вновь обвив. Вновь бросок. На этот раз американец втыкается лопатками в ковер как огнетушитель (так выражаются борцы). Вот она — такая нужная чистая победа. А прошло 5 минут 58 секунд.
В отчаянии американец лежит некоторое время на лопатках, закрыв лицо руками. Рухнули надежды Ходжа на золотую олимпийскую медаль, а он был так уверен, что завоюет ее!
Давид Цимакуридзе, получив урок в схватке со шведом, оплошностей уже не допускал. Египтянина Гуссейна Мохамеда он положил на лопатки за 4 минуты 55 секунд и попал в финал. В финале надобность в чистых победах не была такой острой. Здесь важно было выиграть, а с каким преимуществом, не имело значения. Без видимой трудности Цимакуридзе победил могучего венгра — чемпиона мира Дьердя Гурича и в заключение убедительно переиграл главную надежду иранцев Тахти Голям Риза, который на чемпионате мира в 1951 году был вторым и не без оснований надеялся на первенство в Хельсинки.
Золотая медаль Давида Цимакуридзе была первой медалью такого достоинства из завоеванных советскими борцами на Олимпиадах. Теперь их в копилке нашей сборной много. Каждая из них дорога по-своему, но первая самая незабываемая. А прием, которым он победил Дана Ходжа, в Америке называют «виноградная лоза Грузии».
Заслуженный тренер СССР Сергей Преображенский, ежегодник «Спортивная борьба», 1986 год.
***
Цимакуридзе закончил борцовскую карьеру в 1954-м. В последней схватки выиграл - против японского борца в Тбилисском цирке. Вскоре вошел в тренерский штаб сборной СССР, готовил советских вольников к Олимпиаде-1956 (а еще передавал оттуда текстовые и фото- репортажи для газеты «Лело»), получил звание «Заслуженный тренер СССР». Почетный гражданин Тбилиси и Хасавюрта (причем сначала стал почетным гражданином Хасавюрта, а уже потом - Тбилиси). Скончался 9 мая 2006 года в Тбилиси, похоронен в писателей и общественных деятелей Грузии - Мтацминда.