Нас притягивает прекрасное. Оно радует глаз и греет душу. Нам нравится смотреть на красивых людей, природные пейзажи, произведения искусства. Мы сами - весомая часть кода красоты, реализуемого во вселенной. Будучи венцом творения Создателя, каждый из нас безошибочно ощущает красоту, в чем бы она ни выражалась.
На сегодняшний день научно обоснованным кодом красоты считаются числа Фибоначчи, представляющие собой элементы числовой последовательности, в которой первые два числа равны нулю и единице, а каждое последующее - сумме двух предыдущих. В математике для обозначения данных пропорций используется хорошо известный термин золотое сечение - деление отрезка на неравные части, где меньшая часть так относиться к большей, как большая к целому. Обнаруженная визуальная гармония прослеживается повсюду: в спирали галактик, "завинченных" раковинах улитки, спиральном строении нашей ДНК. Этой же формуле подчиняется расположение листьев на стебле растений, гармонические законы музыки, соотношение пропорций человеческого тела и многое другое. Числа Фибоначчи отражают важнейшую математическую закономерность, лежащую в основе живой природы. Люди искусства - художники и фотографы, дизайнеры, инженеры и архитекторы, создавая свои работы, давно и успешно используют их как шаблон для создания формы и организации пространства.
Таким образом, перед нами математическая закономерность, указывающая на существование вселенной по гармоничным законам Господа и последовательность Фибоначчи - лишь один из множества законов, открытых человеком.
Безусловно, для постижения устройства мироздания требуется не только умственные, но и духовные усилия. И здесь уместно вспомнить о том, что вплоть до европейского средневековья граница между наукой и религией была весьма условной. В частности, красивая математическая последовательность, о которой идет речь, была впервые замечена именно монахом - Леонардо Пизанским по прозвищу Фибоначчи, родившегося в средневековой Европе около 1170 года. Будучи крупным математиком, он написал несколько математических трактатов, представляющих собой выдающееся явление средневековой западноевропейской науки.
Столь значимое достижение человеческой мысли и духа пробудило во мне неподдельный интерес к его автору. Как и следовало ожидать, личность и практически отсутствующая биография Леонардо оставляют простор для интерпретаций. Его прижизненных портретов не сохранилось. Вряд ли это случайность.
И так, в 20-летнем возрасте он следует за отцом-торговцем в Алжир, где изучает у арабов искусство вычислений. Позже посещает страны азии и европы: Египет и Сирию, Византию и Сицилию. К 30 годам Леонардо возвращается в родную Пизу, где принимается за написание своего первого труда - "Книга Абака". Не менее плодотворный жизненный этап ждет его при дворе императора, к этому периоду относится «Книга квадратов», увидевшая свет в 1225 году. Посвященная диофантовым уравнениям второй степени, она ставит автора в один ряд с учёными такого уровня как Диофант и Ферма.
На мой взгляд, восточная культура наложила свой уникальный отпечаток на мировоззрение "странствующего" монаха. Так, в открытых источниках находятся весьма интересные сведения, отражающие, в том числе, его вполне восточное чувство юмора: "Сам Леонардо Пизанский никогда не называл себя «Фибоначчи». Первое известное нам упоминание «Леонардо Фибоначчи» (Lionardo Fibonacci) содержится в записях нотариуса Священной Римской Империи Перизоло (Perizolo da Pisa, Notaro Imperiale) за 1506 год. Слово Fibonacci — сокращение от двух слов «filius Bonacci», появившиеея на обложке "Книги абака" могло означать либо «сын Боначчо», либо, если интерпретировать слово Боначчи как фамилию, «сын Боначчи». Согласно третьей версии, само слово Боначчи нужно тоже понимать как прозвище, означавшее «удачливый». Сам он обычно подписывался Боначчи; иногда он использовал также имя Леонардо Биголло - слово bigollo на тосканском наречии значило «странник», а также «бездельник».
Отметим, что в такой подписи отсутствует традиционное европейское честолюбие, зато угадывается не только юмор, но и старательно стяжаемое монахами христианское смирение. Здесь же, по возникающей аналогии, уместна пара слов об отечественной иконописной традиции, предписвающей мастеру сохранять анонимность. Обязательные пост и молитва, предшествующие написанию образа, лишь подчёркивают тот факт, что рукой мастера руководит Бог. А потому, вполне закономерным в биографии Леонардо видится тот факт, что не смотря на публичность, каких-либо частных сведений, за исключением мотивов, побудивших написать книгу, он о себе не оставил.
Дополнить возникший смысловой ряд хочется напоминанием о духовной составляющей Рождественского поста, вспомнить впечатляющюю спартанскую сдержанность, а также желание обрести свободу от мира вещей, свойственное не только монахам, но и отсекающим все лишнее, отрешенным японскии самураям.
Похоже, всем нам стоит спрашивать с себя больше. Бог в помощь!
Подписывайтесь, не теряйте канал!
@Всякая всячина по-Сенсейски. При использовании текста или какой-либо его части, активная ссылка на канал обязательна.