Быть может, замысел именно в этом?
В декабре у нас принято говорить, что год был непростым, а на следующий – строить далеко идущие светлые планы. Под звон бокалов и блеск мишуры как-то охотнее верится в лучшее, а в компании близких размышлять о будущем всегда чуточку теплее. Поэтому, пока еще не ушла атмосфера надвигающейся новогодней сказки, мы решили испросить прогноза на 2025 год от экономиста и кандидата математических наук Владимира Бренделева. Когда-то он сам был советником регионального правительства по экономике. В наши же непростые времена имеет возможность наблюдать происходящее со стороны.
Помимо общего прогноза, мы также попросили ученого ответить на пять вопросов:
1. Что будет со строителями?
2. Инфляция. Остановит разбег или продолжит разгон?
3. Ставка ЦБ – продолжит расти или начнет снижение?
4. Устоят ли аграрии с таким дорогим лизингом?
5. Каково будет положение Воронежской области в рамках развивающегося кризиса?
Но экономист решил ответить по-своему. На все и сразу.
План – держаться любой ценой
«Прогнозы – дело неблагодарное. А потому давайте попробуем разобраться вместе.
Эльвира Набиуллина долго крепилась. На каждом форуме, на котором она присутствовала, ей обязательно задавали вопрос: зачем Центральный банк поднимает ключевую ставку? На ответ «мы боремся с инфляцией» – хохот в зале. «И какой же у вас ориентир?» 4%! Хохот становится гомерическим. Но в итоге страшная тайна была раскрыта: цель ЦБ заключается в том, чтобы из неэффективных секторов экономики деньги перетекали в эффективные. Так экономике будет лучше.
Зададимся вопросом – а какие сектора экономики могут эффективно работать при ставке кредита в районе 30%? Такие сектора есть. Это продажа наркотиков, торговля человеческими органами и прочее в таком духе. А если серьезно, есть еще непроизводительные сектора, которые спонсируются из бюджета и необходимы нам для обороны. Они могут продолжать расти и при таких условиях, но продукции общего потребления они не производят.
Проблема здесь вот в чем. Еще в 2012 году журнал «Эксперт» провел масштабное исследование и пришел к выводу, что по добавленной стоимости в обрабатывающей промышленности мы проигрываем американцам в 24 раза. В России этот показатель составлял 71 млрд долларов, в США – 1710 млрд долларов. То есть, у нас давно были проблемы с производством товаров, необходимых в быту и повседневности. Если же сейчас деньги из якобы неэффективных секторов продолжат перетекать в «эффективные», мы можем столкнуться с падением производства. А ведь те люди, которые заняты в непроизводительном секторе, тоже имеют свои простые человеческие потребности и зарплату. А значит их деньги поступают в сужающийся потребительский рынок, бегают по нему в поисках товаров и продолжают разгонять цены. Таким образом, инфляция только растет. Ситуация, при которой производство падает, а цены растут – называется стагфляцией.
На что же в таком случае может рассчитывать Эльвира Набиуллина? В будущем вместе с сжимающимся потребительским сектором из-за инфляции будут сгорать и реальные доходы населения. И на новом витке экономика, наконец, придет в равновесие: товаров станет столько же, сколько и денег. Так инфляция будет побеждена сама собой.
Ну а судьбу всяких там аграриев, строителей и прочих любой человек может предсказать самостоятельно. Когда, где и в какой последовательности рванет – это, на мой взгляд, скорее вопрос времени.
А фокусов впереди припасено достаточно. К примеру, сейчас на депозитах у населения (преимущественно состоятельного) скопилось 50 трлн рублей. И при ставке в районе 30% трудно понять, кто эти деньги выплатит, когда придет пора разбирать депозиты со счетов?»
Александр Ежевский