История женщины из Таганрога
Моя сестра Татьяна - истинная оптимистка. Если не смеётся, то улыбается. А уж если начинает хохотать, то окружающим трудно удержаться от смеха.
Как-то её муж Николай попал в больницу - сильно болели ноги. Татьяна, сама после операции, моталась к нему каждый день. Коля выписался - и тут же загрипповал. Через два дня слегла Таня - доухаживалась. Наконец, Николай почувствовал себя лучше.
- Ты лежи, а я пойду смету снег с машины, а то она скоро в сугроб превратится, - сказал он жене.
- Хорошо, только сотовый не забудь, мало ли что может случиться.
Как в воду глядела. Звонит Коля и сообщает: лифт сломался, и на девятый этаж он своим ходом не доберётся. Хоть и выписали из больницы, но ноги были ещё слабыми. К тому же он, пока снег с машины счищал, подмёрз.
- Давай я тебе брошу ключ от гаража, хоть погреешься там.
- У тебя только сегодня не было температуры, - отвечает Николай. - Не надо открывать балкон, не надо ничего бросать. Лежи!
Но Таня тут же слезла с дивана. Взяла очёчник, уложила туда ключ, нашла пакет, добавила в него тяжелый молоток, чтобы не унёс ветер.
- Коля! - позвонила она мужу уже с балкона. - Я кидаю!
Пакет полетел вниз - прямо на развилку огромного дерева, растущего напротив балкона, попал между стволами где-то в районе шестого-седьмого этажа. Татьяна закрыла дверь балкона и стала... хохотать. Вечером позвонила мне, рассказала:
- Смеялась как сумасшедшая! До слёз, до икотки. Не могу остановиться, и всё. А что делать - не представляю.
Николай на своих больных ногах потихоньку поднялся по лестнице до квартиры. На балконе нашлась труба, оставшаяся после ремонта. Пошли с ней в квартиру на седьмой этаж. Их не пустили - балконная дверь забита на зиму, открывать не будут. Спустились на шестой. Впустили, но труба не достаёт до кулька на дереве. Привязали к ней швабру. Николай начал пробовать сбросить пакет, Татьяна пошла вниз - предупреждать прохожих, чтобы молоток не попал кому-нибудь на голову.
Пакет удалось сбросить. Но прямо на большую ветку того же дерева, примерно между четвёртым и третьим этажами. История повторилась. На четвёртый этаж не пустили: в квартире маленькие дети, и балкон зимой не открывают. На третьем сторговались за бутылку. Татьяна снова пошла вниз - отгонять прохожих. Огорчило, что под деревом был огромный сугроб. Если в него пакет с молотком и ключами упадёт, придётся долго искать, просеивая снег.
- Господи, - взмолилась Татьяна, - помоги мне. Пожалуйста! Чтоб всё удачно прошло. А то из-за этого холода и снега мой Коля опять в больницу попадёт.
Перекрестилась, смотрит вверх. И вдруг рядом оказался какой-то старичок. В валенках, шапке-ушанке, с бородой. Таня уже собралась его попросить отойти: неизвестно, куда этот злосчастный пакет свалится на этот раз. А дедушка поднял вверх обе руки и вдруг резко опустил их. Опустил не просто вниз, а вправо, ближе к тропинке. И пакет брякнулся прямо на неё. Татьяна крикнула:
- Спасибо, дедушка! - и кинулась за своим пакетом. Подняла его вверх, показывая Николаю:
- Глянь! Вот этот дедушка помог!
Но никакого дедушки рядом не было. Коля, выслушав рассказ жены, решил, что у неё поднялась температура.
Всю эту историю сестричка выложила мне по телефону.
- Как твой грипп? Температура есть? - поинтересовалась я.
- Какая температура? Вся эта наша операция заняла почти четыре часа. За это время грипп вообще куда-то исчез.
- А лифт-то работает?
- Да. Как раз когда мы открывали дверь в квартиру, он и загудел. Привёз нам мужика с третьего этажа - за бутылкой, - Татьяна перестала смеяться. - Дали, конечно, ведь договаривались. А насчёт старичка - я думаю, это нам Бог прислал помощь. Не иначе! Я сказала, что тоже так думаю.