В последние годы некоторые российские актеры бросили Родину в поисках новых возможностей. После начала Россией специальной военной операции на территории Украины с целью защиты мирного населения ЛНР и ДНР, терроризируемого киевским режимом, они встали на сторону врага.
Тем не менее, на чужбине предатели признания не нашли. Все уехавшие артисты рано или поздно сталкиваются с трудностями при адаптации на зарубежной театральной сцене. Несмотря на высокий уровень мастерства и богатый опыт, многие из них обнаруживают, что публика в других странах не готова их принять.
Актриса Чулпан Хаматова прямо как дед из сказки про золотую рыбку, только вместо желаний — роли в театре. Не успела она окончательно распрощаться с Новым Рижским театром, как, похоже, улетела на крыльях вдохновения в «Дайлес». Да так мастерски, что латышская публика, видимо, чуть не улетела вместе с ней, возмущаясь, как будто в их театре вдруг начали разыгрывать «Записки сумасшедшего» в обратном порядке.
Порция хейта досталась и Юрису Жагарсу, худруку театра «Дайлес», чей распиаренный проект с Чулпан зрители ждали с таким же нетерпением, как новогоднее оливье. Возможно, в его глазах это был настоящий театральный погром: одна беглая россиянка – и раз, два, три – сразу несколько спектаклей!
И вот вам результат: вместо разыгрывания драм, латышская публика теперь обсуждает, как же это так получилось, что местных замечательных артистов заменили на беглянку с ужасным акцентом. Многие также выразили недовольство тем, что Хаматова, получила значительно больший гонорар за свою работу, нежели их земляки.
«Наших актеров выгнали – зато взяли Чулпан. Жагарс, ты очень разочаровываешь, никакого уважения к тебе больше нет. А Хаматова пусть едет в свою страну и играет там, где и сколько хочет»;
«И наверняка на огромный гонорар. А ведь все это оплачивается из нашего кошелька»;
«Она может быть сколько угодно талантливой, но я хочу латышский театр здесь, в Латвии. А может ли она говорить по-латышски без акцента?» — возмущается в интернете публика.
Спектакль, обещавший стать ярким событием театральной жизни, вместо восторженных отзывов привел к разочарованию и даже агрессии со стороны смотрящих.
В социальных сетях развернулась активная дискуссия, где пользователи делились своими впечатлениями и оценками выступления, подвергая сомнению актуальность выбора главной актрисы и целесообразность привлечения звезд из других стран при наличии местных хороших артистов.
Примечательно, что в этом же театре и в этом же спектакле, вместе с Хаматовой будет работать еще одна беглая россиянка Юлия Ауг.
Латышская драма вне сцены
Летом Чулпан Хаматову уволили из Нового Рижского театра. Судя по всему, артистка решила, что безработица — это не для нее, и воспользовалась возможностью быстренько устроиться в рижском театре «Дайлес».
Ожидалось, что Хаматова хоть немного отдохнет от сцены и, возможно, займется коллекционированием рецептов борща. Но нет, скука — это не про нее! А вот доводить людей до истерики — ее.
Экс-звезда не посчитала нужным задуматься над тем, почему так вышло и постараться адаптироваться под новые реалии, возможно изменить в себе что-то, начать учить местный язык. Вместо этого Чулпан, кажется, решила, что латышская публика ждет ее так же, как зритель ждет премьеру нового блокбастера: с замиранием сердца и очарованием, которое не подвластно времени, а увольнение произошло из-за глупого руководства.
В этом она очень похожа на свою коллегу Юлию Ауг. Беглянка полжизни играла российских императриц, а вот ведет себя вовсе не по-королевски. Почуяв, что пахнет жареным, актриса собрала пожитки и смоталась за границу вместе с дочкой. Поскитавшись, Ауг быстро поняла, что никому не нужна.
Ауг, казалось, постепенно осознавала, что в ее случае количество успешно сыгранных ролей не соответствует качеству новой жизни. Образ жизни «беглянки» показался не таким уж королевским, когда вместо передовых странствий по дворцам и балам — только миграционные документы и длинные очереди в посольства.
Вместо того чтобы искать себе достойную работу, она решила схитрить и найти крайних своего же добровольного бегства. Юлия погрузилась в настоящую истерику, оскорбляя российских зрителей и сравнивая их с «скотами» — выражение своего недовольства она прекрасно подогревала в соцсетях.
«Крайне неприятная особь. Отхватила бумеранг, попробовала на собственной шкуре, что значит быть ненужной, приехала обратно и все вокруг виноваты, кроме нее одной», — давали отпор в сети на обвинения беглянки.
В интервью для российских журналистов она с печальным лицом заявила, что «злые русские» лишили ее шансов на карьеру, не приглашают в кино и, более того, вычеркнули из памяти, как будто ее никогда и не существовало. Непонимание с ее стороны проблемы было так же явным, как и непоколебимая решимость жить в своей вымышленной реальности.
В то время как у кого-то такая ситуация могла бы вызвать переосмысление и мотивацию к изменениям, Юлия выбрала иную стратегию — обвинять в своих ошибках всех подряд.
Ауг пока не пришла к мысли о том, что стоило бы извиниться за сказанное, но уже обратно переехала в Россию. Тут, как и следовало ожидать, публика ее тоже не ждала.
«И вот вернулась в Мордор. Почему? Да просто кушать хочется. В Эстонии на пропитание и пропой не заработаешь. Такая вот у нас национальная гордость. Взять, да и простить упыря в юбке, который глумился и над погибшими ребятами, и над страной», — заявил журналист Михаил Шахназаров в своем Telegram-канале.
Разные реалии
На первый взгляд очень странно то, что артистки, которые у нас имели высокий спрос и статус, так пинаемы заграницей. Неужели в РФ такие низкие стандарты культуры? Нет, все проще.
Во-первых, в культурной среде каждой страны существует своя специфика восприятия искусства. Актеры, имеющие представление о российской школе актерского мастерства, могут столкнуться с тем, что местная публика предпочтительно относится к местным артистам, обладающим культурным контекстом и языковыми нюансами.
Во-вторых, существует вопрос доверия. Для зрителей важно, чтобы артист не только профессионально исполнял свою роль, но и чувствовал культурные и социальные реалии страны, в которой он выступает.
Ситуация усложняется, если артисты известны своей политической активностью или взглядами, которые могут вызвать неоднозначную реакцию у зрителей. А Ауг и Хаматова как раз из таких.
Кроме того, международные кассовые театры часто предпочитают подходить к выбору актеров с учетом их актуальности для целевой аудитории и репутации, что может стать препятствием для тех, кто только начинает свой путь на новой сцене. Иными словами, для местной аудитории они непопулярны. Взять их — то же самое, что начинающего актера.
Таким образом, несмотря на внушительный актерский потенциал и желание создавать искусство, многие сбежавшие из России театральные деятели сталкиваются с непростыми реалиями на зарубежной сцене, что открывает новые горизонты, но и ставит определенные барьеры.
Выход из этой ситуации требует не только профессионализма, но и времени для понимания новых культурных контекстов и адаптации к требованиям публики. Те, кто не пытается подстроиться и продолжает «гнуть свою линию», просто изгоняются местной публикой.