16 декабря 1866 года в Зимнем Дворце состоялось совещание “особого заседания” при императоре Александре II. Присутствовали император Александр, его брат великий князь Константин, морской министр адмирал Краббе, министр финансов Рейтерн и только что вернувшийся из США экс-посол Стекль. Обсуждали крайне важную и насущную тему - что делать с русскими колониями в Америке, которые уже давно не приносили казне никакой прибыли, а наоборот, требовали постоянных дотаций. Разговор был тяжёлым и шёл несколько часов. В итоге император согласился - Аляску надо продать США.
История Русской Америки это уникальный эпизод в истории России, который до сих пор привлекает внимание историков и просто интересующихся.
Единственный раз в истории у России была полноценная заморская колония, причём не маленькая. России принадлежал крупнейший штат современных США - Аляска, и крепость Росс в Калифорнии, неподалёку от Сан-Франциско. Колония была не эфемерной, она существовала более 60 лет, а если считать с момента первых поселений в Америке - то и все 90.
Русские колонисты оставили огромное количество следов на современной территории США - от куполов православной Церкви Вознесения Господня в городе Датч-Харбор на острове Уналашка и музея Форта Росс в Калифорнии до кириллицы, на которой до сих пор пишут алеуты.
Русская Америка давно стала своеобразным мемом истории России. Про неё сочиняют книги и песни, ставят оперы и снимают мультфильмы. История о том, что когда-то высочайшая гора США Денали носила имя Снеговая и была высочайшей горой России входит, наверное, во все подборки интересных фактов из соцсетей. Аляска воспринимается в народе как своего рода пик могущества Российской империи. А её продажу многие видят чуть ли не как акт национального предательства. И, разумеется, вокруг этого события ходят множество легенд и теорий заговора.
Сегодня мы поговорим о том, почему было принято решение отказаться от Русской Америки. Для этого придётся коснуться не только непосредственно событий вокруг продажи Аляски, но и того, что представляла из себя эта колония и почему в Петербурге возобладало мнение о том, что единственную русскую колонию США нужно продать.
Как русские вообще оказались в Америке?
Начать рассказ стоит с того, как русские вообще оказались на Аляске. Причины были весьма банальные - поиск новых земель для добычи пушнины
Пушнина была весьма ценным ресурсом, фактически, нефтью своего времени. Не в том смысле, разумеется, что ей топили печки, а в том, что тёплая одежда из сибирских мехов была нужна всем и меха были одной из основных статей русского экспорта, начиная с XVI века (и, к слову, оставались важнейшим источником валюты и в веке ХХ).
Спрос на пушнину был колоссальный, стоила она, соответственно, дорого. И поэтому в тайгу отправлялись всё новые и новые партии охотников, которые били соболей, белок, куниц, бобров и других ценных пушных зверей. Таких людей называли “промышленниками”, от слова “промысел”, которым тогда называлась любая предпринимательская деятельность вообще.
О таких вещах, как экология и поддержание устойчивой популяции, разумеется, никто не думал, и истребив всех звеей на одной территории, охотники просто шли дальше, и дальше, и дальше. Собственно, примерно таким образом была освоена Сибирь (там в процессе ещё к пушнине добавилась добыча “рыбьего зуба”, то есть моржовых клыков, которые ценились даже дороже, но это было именно что дополнение к основному промыслу).
И вот к середине XVII века русские промышленники достигли реки Колымы и Чукотки, которая отделяется от Америки нешироким проливом, который позже получит имя Беринга.
Первыми русскими людьми, прошедшими Беринговым проливом и обогнувшими Чукотку, стали в 1648 году промышленники из Холмогор Семён Дежнёв и Федот Попов, которые отправились на Чукотку как раз искать соболей. Их кочи обогнули крайнюю северо-восточную точку Евразии, которую позже назовут мыс Дежнёва.
Правда, об этом открытии узнали далеко не сразу - отчёт Дежнёва попал в архив воеводы Якутска, и там и остался аж до 1737 года, пока на него не наткнулся один из первых российских историков и исследователь Сибири Герхард Миллер - да, тот самый, который вошёл в историю спором с Ломоносовым о варягах.
Идея двинуться дальше, за море, возникла не сразу. Хотя вроде бы это было логично. Берингово море пересекает цепочка островов - Командорские, которые постепенно переходят в Алеутские.
И да, про эти острова русские промышленники знали. Более того, у нас есть информация, что уже в начале XVIII века промышленники на Чукотке знали о том, что за морем есть некая “большая земля”, или “матёрая земля”, на которой живут бородатые люди в длинных одеждах.
Ходили даже слухи, что на этой земле живут русские люди. Тот же Миллер во время своего путешествия на Чукотку писал, что получил в Анадыри “подлинное известие” о том, что обитатели “Матёрой земли за морем” делают посуду, которая во всём сходна с русской, и что он надеется, что эти люди и есть русские, потомки каких-то ранних мореплавателей, которые не смогли вернуться домой и остались в новых землях.
Ещё один исследователь Сибири тех лет, Якоб Линденау, вообще высказал идею о том, что за морем живут потомки экипажей четырёх кочей экспедиции Семёна Дежнёва, которые были в 1648 году унесены бурей за море. Была и ещё одна версия что это потомки новгородцев, бежавших в Америку от московских царей в XVI веке, но это уж совсем фантастично выглядит.
Эта легенда о русском поселении в Америке бередила умы не одно столетие. С конца XVIII века, когда плавания на Аляску стали более-менее регулярными, начались поиски этого загадочного русского поселения. Они продолжались и в XIX, и даже в ХХ, когда исследования уже вели американские археологи. И пока что ничего не нашли, а все найденные у индейцев русские вещи оказывались более поздними и относящимися уже ко временам колонизации. Хотя гипотеза о каком-то раннем русском поселении на Аляске полностью не отброшена историками до сих пор, пока что подтверждения этому нет.
Что мы знаем точно - так это то, что ещё в конце правления Петра I, в 1720-е годы, предпринимались попытки пересечь Берингов пролив и достичь “матёрой земли”. Но экспедиции промышленников Прокопия Нагибина и Афанасия Мельникова закончились неудачей, корабль Нагибина вообще был разбит штормом в устье реки Анадырь, а его самого убили чукчи.
Первыми русскими, доказано увидевшими берега Аляски, стали моряки борта “Святой Гавриил” геодезиста Михаила Гвоздёва и подштурмана Ивана Федорова, которые в рамках экспедиции по исследованию берегов Чукотки заплыли слишком далеко на восток и 21 августа 1732 года увидели американский берег.
А в 1741 году случилась уже первая осознанная экспедиция по исследованию берегов Аляски. Пакетботы “Святой Пётр” и “Святой Павел” под командованием Витуса Беринга и Алексея Чирикова вышли из Петропавловска-Камчатского к берегам Америки.
Экспедиция прошла далеко не гладко, корабли быстро потеряли друг друга из виду, на обратном пути разбился “Святой Пётр”, Беринг умер во время вынужденной зимовки на Командорских островах, и вообще погибла добрая половина участников экспедиции, но главного они добились - нашли и исследовали “матёрую землю за морем”, на карту было нанесено побережье Аляски и острова вдоль её южного берега. А, самое главное - экспедиции принесли весть, что на этих берегах полно всякого зверья, и оно совершенно людей не боится.
После этого как прорвало. За 15 лет после плавания Беринга и Чирикова, то есть к 1755 году, состоялось 22 промысловых экспедиции из Сибири за море.
Изначально плавали к Командорским и Алеутским островам, попутно нанося на карту всё новые и новые территории. К 1770-м годам зверя на Алеутских островах повыбили, и русские промышленники перешли на материковую часть Аляски и прилегающие острова.
На Аляске основной целью русских промышленников стали каланы, чей мех особенно ценился. Каланов и били сами, и скупали у индейцев - за водку, ружья, бусы, в общем так же, как действовали все европейские промышленники той эпохи. Частота экспедиций оставалась той же - в среднем по две в год.
Хотя так, конечно, считать не совсем правильно - охотничьи экспедиции дело долгое, и даже в Сибири на промысел обычно уходили на год, а то и на несколько. На Аляске же промысловые экспедиции длились гораздо дольше - чтобы набить трюм корабля мехами, промышленники уходили на несколько сезонов - экспедиция занимала от 2 до 5 лет на островах, от 6 до 10 лет на материке.
Изначально никаких поселений русские промышленники не строили. Летом жили в полевых лагерях, ночуя под байдарами, на зиму же либо поселялись в племенах алеутов, которые быстро нашли общий язык с русскими, либо же сами строили из плавника и земли себе временные жилища по типу алеутских (русские промышленники называли такие жилища “юртами”).
Со временем вместо таких лагерей стали строить постоянные жилища. Первое постоянное русское поселение - Уналашка на Алеутских островах (современный Датч-Харбор) было основано промышленником Иваном Соловьёвым в 1772 году.
Параллельно шёл закономерный процесс. Промысловые компании укреплялись и укрупнялись, мелкие отсеивались, выживали только самые крепкие и богатые.
К концу XVIII века из нескольких десятков промысловых компаний на Аляске осталось пять, из которых реально конкурировать друг с другом могли две - “Северо-Восточная компания” рыльского купца Григория Шелихова и частное предприятие якутского промышленника Лебедева-Ласточкина. Это были уже крупные фирмы, обладавшие своим частным флотом (по крайней мере, по нескольку кораблей с пушками) и отрядами вооружённых работников.
И именно компания Шелихова начала целенаправленную колонизацию американского берега. Шелихов поставил грандиозную задачу. Как он сам писал:
“с острова Уналашки объять всю северную часть Америки, касаясь и противулежащую к ней Чукотскую землицу, и с народами, там обитаемыми, завести связь и торговлю”
В 1784 году три галеота “Северо-Восточной компании” с несколькими сотнями людей на борту достигли острова Кадьяк у побережья Аляски. На острове начали строить полноценное поселение с крепостью. Поселение назвали Павловская Гавань в честь тогдашнего наследника престола, будущего императора Павла I.
Сейчас это город Кадьяк. Весной 1785 года Шелихов приказал разбивать огороды, чтобы поселение могло само себя снабжать продовольствием. В тот же год на соседних островах основали ещё два поселения, а когда в 1788 году Аляску посетил испанский капитан Эстеван Мартинес, то он докладывал колониальным властям в Мехико, что русские успели построить уже 7 поселений. Русская колонизация двигалась всё дальше и дальше на юг вдоль американского берега. К 1790-м годам началась колонизация Архипелага Александра - островов на самом юге нынешнего штата Аляска, у нынешних берегов Британской Колумбии.
В 1799 году на острове Баранова в этом архипелаге возникла крепость Архангела Михаила. В 1802 году крепость сожгут местные индейцы-тлинкиты, а новое поселение назовут Ново-Архангельск. Этот город станет столицей всей Русской Америки. Сейчас это город Ситка.
Тут, правда, не надо особо раскатывать губу и представлять эти русские поселения на Аляске как прям города или хотя бы посёлки. Они были очень маленькими. Официально колонистами использовались термины “укрепления”, “пакгаузы” или “редуты”.
То есть это были не столько посёлки, сколько форты - частокол или ещё какой-то забор, а внутри несколько домов. Обычно в таком поселении жило несколько десятков русских промышленников. Всё русское население Аляски к концу XVIII века составляло около 300 человек, и, забегая вперёд, оно на перспективу не сильно увеличится.
В подавляющем большинстве это были мужчины, женщин в партиях промышленников были единицы, и колонисты чаще брали себе наложниц из местных. Рождённых от таких браков детей на Аляске называли креолами.
Аляска под властью Компании
В 1799 году указом императора Павла I на базе “Северо-Восточной компании” Шелихова (он на тот момент уже умер, и компанией управляли его сыновья) и Иркутской компании купца Николая Мыльникова была создана “Под Высочайшим Его Императорского Величества покровительством Российская Американская компания”, которая получила монополию на деятельность в Америке. Царским указом вся экономическая деятельность на территории континента подчинялась Компании, остальные же частные фирмы должны были свою деятельность прекратить (в итоге, например, Компания Лебедева-Ласточкина, которая активно колонизировала северную часть Аляски, просто свернула свою деятельность и бросила все свои поселения).
Первым главой РАК стал Николай Резанов, известный вам, наверное, как главный герой оперы “Юнона и Авось”. Резанов был не промышленником, а государственным чиновником - обер-секретарём Сената. И это на самом деле многое говорит о РАК.
Изначально это была корпорация со смешанным частно-государственным участием, и большая часть акций там принадлежала Шелиховым и Мыльникову. Но тем не менее, с самого начала высший менеджмент Компании назначало государство, и постепенно государство же забрало весь контроль над компанией себе, и РАК стала госкорпорацией, пусть и со значительной долей акций в частных руках.
Создавая РАК, Павел I откровенно косил в сторону Британской Ост-Индской Компании. Российско-Американская Компания тоже должна была не только зарабатывать деньги, но и управлять всеми русскими поселениями в Америке. Так на Аляске на полвека установился режим корпоративного управления.
Но заодно теперь Русская Америка стала единой колонией. У неё появилось своё правительство и свой глава - главный правитель Русской Америки, которого назначало руководство Компании. Первым Главным Правителем стал каргопольский купец и талантливый организатор Александр Баранов.
Кстати, Аляска была, наверное, единственным регионом российской империи где выходец из недворянского сословия мог занять такой высокий статус. Как и в любой заморской колонии европейской страны, на Аляске людей не хватало, и там больше смотрели на личные качества, чем на чины и происхождение. Поэтому множество талантливых выходцев из купцов, мещан и даже крестьян делали в Русской Америке карьеру.
Раньше управление поселениями в Америке шло из торговых контор в Иркутске. Баранов перенёс центр управления непосредственно в Америку, в Ново-Архангельск.
У колонии появился свой флаг, дарованный в 1806 году указом императора Александра I, и, что самое важное - свои границы и международный статус. Интересно, что официально и флаг Аляски отличался от российского, и в международном плане эта территория как бы была отдельно.
Я к этой особенности статуса Русской Америки ещё вернусь позже. В реальности, конечно, Русская Америка полностью находилась в системе управления империи. РАК, несмотря на то, что была торговой компанией, находилась под контролем морского министерства.
Собственно, после Баранова все Главные Правители Аляски были офицерами Императорского Военно-Морского флота, а поселениями тоже зачастую управляли морские офицеры.
По Уставу РАК 1821 года была чётко определена граница русских владений на Аляске:
“начинаясь от севернаго мыса острова Ванкувера под 51° с.ш. до Берингова пролива и далее, также на всех островах, как принадлежащих к сему берегу, так и на прочих, находящихся между сим и восточным берегом Сибири».
Россия в одностороннем порядке утвердила границы, что естественно вызвало недовольство у США и Англии, которые также имели свои поселения на территории северо-западной Америки. Правительства данных государств объявили о том, что они не намерены соблюдать указ Российского правительства, в результате чего Российская империя пошла на переговоры с этими странами.
В апреле 1824 года была подписана русско-американская конвенция о торговле и границах. Согласно данному документу, южная граница была проведена по 54° 40' с.ш., севернее этой границы обязались не селиться американцы, а южнее - русские. В феврале 1825 года была подписана конвенция о торговле и границе с Англией. Границей Аляски и Канады была определена линия по 141 ° в.д. Собственно, так Аляска и получила свои границы, которые мы знаем теперь.
Тут сразу стоит сказать, что не нужно представлять это дело, как современную демаркацию границ. Никаких столбиков с КПП не было. Реально русские поселения узкой полосой протянулись вдоль южного берега Аляски от Алеутских островов до Архипелага Александра. Причём по большей части поселения были на островах, а на берегу контроль хорошо если простирался на десяток-другой километров вглубь побережья.
99% территории Аляски РАК не контролировала от слова никак, там жили “дикие вольные племена” - то есть индейцы и эскимосы.
Справедливости ради, со стороны Компании Гудзонова Залива ситуация была примерно такая же. Граница существовала только на бумаге, ни русские, ни британские поселения и близко к ней не подходили.
Обычная схема основания колонии была такой. К месту, где хотят построить форт, подплывают несколько кораблей Компании. На борту обычно отряд из нескольких десятков русских. Вместе с ними обычно приплывают от нескольких сотен до нескольких тысяч алеутов из подчинённых до этого племён (чаще всего на своих каноэ, которые русские называли байдарами).
Если на выбранном месте никто не живёт - строятся. Но обычно место было уже занято каким-нибудь индейским племенем. Тогда для местных устраивали преставление. Корабли палили из пушек, работники Компании стреляли из ружей и устраивали что-то вроде военного парада, чтобы запугать местных.
Обычно это срабатывало, и с местным вождём удавалось заключить соглашение, чтобы индейцы дозволили построить крепость. После чего в торжественной обстановке на берегу поднимался флаг РАК и эта земля считалась покорённой.
Бывало, что индейцы не соглашались, и тогда приходилось начинать настоящие боевые действия. Например, когда Шелихов попытался основать поселение на Кенайском полуострове, то местные племена не подчинились, и, более того, первую атаку им даже удалось отбить. Компания всё равно основала на полуострове редут Святого Николая (нынешний город Кенаи), но конфликты с местными не стихали всё время существования поселения.
Вообще идеализировать отношения русских с коренным населением не стоит. Например, все алеуты на занятых русскими территориях вполне официально были обязаны работать на Компанию, находясь, фактически, на положении крепостных.
Часто их переселяли в те места, куда Компания считала нужным, или использовали как пушечное мясо в индейских войнах, разумеется, не спрашиваясь с мнением самих алеутов. Помимо этого, людей из племени забирали на работу, а женщин, как я уже сказал - в наложницы.
В Русской Америке вполне себе официально существовало и рабство. Пленных, захваченных в многочисленных конфликтах с индейцами, промышленники обращали в рабов, которых называли каюрами. В теории, племя могло выкупить своего сородича из рабства, или же его могли отпустить, когда он становился старым и неработоспособным. А до тех пор каюры вкалывали на всяческих чёрных работах - рубили дрова, месили глину на кирпичных заводах, пахали на огородах, были вспомогательной рабочей силой на верфях и при постройке домов.
В 1799 году алеуты даже направили тогдашнему императору Павлу I челобитную следующего содержания:
Приходят российские люди во Америку и на наши острова Лисьи и Андреяновские для промыслу морских и земленых зверей,— мы оных принимаем к себе дружески, но только они с нами поступают варварски, жен и детей насильно в наложницы берут, за бобровым промыслом с весны рано неволею посылают сот за пять верст и продерживают до осени, а дома оставляют хромых, больных, слепых и тех заставляют на компанию рыбу промышлять и другие работы компанейские работать без платы и за ненапасением кормов с голоду помирают. Оставшийся женской пол посылают на компанейские работы и до смерти убивают, на пустые острова неволею увозят, да у таковых детей отбирают, которой сам на костылях ходит, а кормить их некому.
Лучше было положение детей от смешанных браков - тех самых креолов. Они официально тоже были приписаны к Компании, и не имели права покидать свой родной населённый пункт. Но, в отличие от алеутов, креолы не обязаны были работать на Компанию.
Им даже выделили для поселения несколько островов в Кадьякском заливе, где креолы могли жить так, как им вздумается. Креолы-сыновья русских морских офицеров от местных женщин вполне себе могли сделать на Аляске карьеру. Например, известно, что первый пароход на Аляске, Николай I, был построен под руководством креола Осипа Нецветаева, сына православного священника из Ново-Архангельска.
Тем не менее, в целом отношение к полукровкам было настороженным. Не стоит забывать, что в XIX веке в целом смешение рас воспринималось скорее отрицательно, и Россия не была исключением. Для русских креолы были бастардами, впитавшими в себя отрицательные черты европейцев и дикарей. Алеуты их тоже не любили, поскольку считали предавшими свою культуру.
Разумеется, регулярно случались восстания коренного населения. Такие восстания обычно жёстко подавлялись. Шелихов и Баранов уже для современников получили репутацию крайне жестоких управленцев. Например, Шелихов начал своё управление Русской Америкой с подавления восстания алеутов на Уналашке.
Во время основания Павловской гавани на острове Кадьяк по приказу Шелихова была проведена настоящая резня, где было убито несколько тысяч местных жителей, в том числе женщин и детей.
История Русской Америки вообще была переполнена войнами с местными племенами. Наиболее жёсткое сопротивление русской колонизации оказывали индейцы-тлинкиты, жители островов Архипелага Александра.
С ними русским промышленникам в 1802-1805 годах вообще пришлось вести настоящую войну, где в сражениях участвовали сотни бойцов с каждой стороны. Тлинкиты имели огнестрельное оружие, которое покупали у британских торговцев, приплывавших из Канады.
Как я говорил ранее, в 1802 году они даже сожгли крепость Святого Михаила - главное российское поселение на архипелаге. Русским удалось отбить их набеги с большим трудом, и только за счёт преимущества в артиллерии, которая на компанейских кораблях была, а у индейцев, всё-таки, не было.
Война закончилась полным изгнанием тлинкитов с острова Баранова и превращением его в чисто русскую колонию. Но до самого конца Русской Америки непокорившиеся племена тлинкитов жили буквально рядом с русскими поселениями, и угроза атаки на тот же Ново-Архангельск сохранялась.
Подобные же истории случались и в других частях Аляски. Например, на севере постоянно происходили стычки с эскимосами, из-за чего колонизация Аляски севернее Алеутских островов толком так и не началась.
Да и вообще. Несмотря на постоянные требования Петербурга начать заселение внутренних частей Аляски, русская колонизация так никогда и не продвинулась дальше цепочки фортов на побережье, а последняя крупная индейская война случилась в 1855 году, за 12 лет до продажи Аляски.
С другой стороны, не стоит сводить все отношения русских промышленников с местным населением к постоянным войнам и геноциду. Какие-то дивиденды от колониальной власти коренное население получало. Прежде всего, речь об образовании.
Например, тот же Шелихов повелел открыть в Павловской гавани школу для детей местных, где преподавали на русском и языке юпик. Обучали там русскому языку, арифметике и навигации.
Учителей не хватало (а точнее, их вовсе не было), поэтому в их роли выступали просто образованные и грамотные мореходы и промышленники. Подобные школы открывались во всех русских поселениях на Аляске. Это не было филантропией, по крайней мере, не только.
Компании для управления колониями нужен был вспомогательный технический персонал, а возить их из России было дороже, чем обучать местных, которые после окончания таких школ могли работать делопроизводителями, штурманами, писарями, конторщиками, то есть младшим менеджерским персоналом.
Не стоит забывать и о деятельности Русской Православной Церкви. Церковь основала на Аляске несколько миссий, где, помимо всего прочего, действовали и церковные школы для местных. Глава православной миссии на Аляске, пресвитер Иван Вениаминов, даже создал алфавит для алеутского языка на основе кириллицы, который используется до сих пор. В итоге, по заверениям современников, к середине XIX века большинство алеутов Уналашки умели читать и писать.
Помимо этого, в Ново-Архангельске и Уналашке были открыты школы-пансионаты для туземных девочек-сирот. В каждом из них училось по нескольку десятков местных девушек. Из их воспитанниц планировали вырастить европейски образованных жён для жителей колонии. Хотя с ними было ещё больше проблем, так как образованных воспитательниц-женщин найти было ещё сложнее, чем учителей-мужчин.
Тут бы ещё надо пару слов сказать о медицине. Но увы, даже несмотря на то, что больница Ново-Архангельска к 1840-м годам по уровню оснащения была сопоставима с больницей в российском уездном городе, вся медицина в колониях работала преимущественно для сотрудников Компании.
Единственное, что колониальные власти в медицинском смысле сделали для местного населения - это борьба с эпидемиями. Например, в начале XIX столетия Аляска столкнулась с эпидемией сифилиса. В борьбе с этой заразой были, по понятным причинам, заинтересованы и сотрудники самой Компании. Сначала с эпидемией сифилиса пытались бороться путём уничтожения в окрестностях русских поселений шалашей, где обычно занимались этим делом. Помогло слабо.
С 1842 года была введена принудительная проверка на сифилис всех сотрудников Компании и всех туземных женщин. Больных так же принудительно отправляли на лечение и изолировали в специальных помещениях. Большинство женщин такую заботу не оценило и из санаториев сбегало. Приходилось сбривать им половину волос на голове, что считалось большим «срамом» среди местных жителей, поэтому они оставались в больницах до выздоровления. Все эти меры позволили свести заболевание сифилисом к минимуму.
Помимо сифилиса, русским врачам удалось ограничить распространение среди индейцев оспы. В 1841 году на Аляске была начата кампания по обязательной вакцинации. Перед этим в колонии 5 лет бушевала эпидемия оспы, и индейцы видели, что их соплеменники умирают сотнями, а привитые белые в худшем случае просто болеют. Поэтому особого сопротивления прививкам не было. И уже в 1860-х годах, когда на Аляску пришла следующая волна оспы, смертность среди индейцев была не такой высокой.
Первые мысли о продаже
Почему же так хорошо начавшееся предприятие привело к тому, что всего через полвека пошли разговоры о том, что от Аляски нужно отказаться?
Здесь снова нужно вернуться к тому, как, собственно, возникла колония в Русской Америке. Поселения на Аляске создавались с одной-единственной целью - добывать мех каланов, бобров, морских котиков, соболей, лис и других пушных зверей. Ежегодно из Аляски вывозили десятки тысяч шкурок. Меха эти, кстати, в большинстве своём не везли в Россию или Европу. Руководством РАК была придумана схема, которая по своей эффективности была сопоставима со знаменитым “треугольником работорговли” в Атлантике. Ну разве что тут пострадало меньше людей.
Меха из Аляски везли в Китай, в Гуанчжоу, Шанхай или в Кяхту на границе Китая и России. Там шкурки выменивались на китайские товары, прежде всего, на чай, которым торговали уже в европейской части России. Много шкур каланов и морских котиков отправлялись в США, в Нью-Йорк, где продавались уже за серебряные доллары. Часть шкур, конечно, шла и в Россию, к сибирским купцам в Иркутск, и в Петербург. Схема была рабочей, и на ней делали состояния.. но только до поры до времени.
Уже в первые десятилетия XIX века стало ясно, что промышленники повыбили зверя во всех доступных районах. В 1820-е и 1830е годы РАК вынуждена даже была принимать меры по восстановлению поголовья дичи на Аляске, ограничив охоту и введя запретные участки, что-то типа заказников. Но на общую тенденцию это не факт что как-то значительно повлияло.
К 1840-м годам добыча котиков и каланов упала втрое по сравнению с концов XVIII века, добыча соболей - на 20%. Промышленники пытались перейти на добычу других видов зверей, типа песцов и речных бобров, и им даже удалось нарастить добычу, но эти меха ценились уже гораздо ниже.
РАК с самого начала испытывала недостаток рабочих рук. Изначально охотой занимались подчинённые алеуты, но их число постоянно сокращалось. Капитан Пётр Головин писал, что:
“При Баранове из одного только Кадьяка на промыслы ежегодно выходило до 500 байдар, а теперь со всеми натяжками нельзя снарядить и 300 во всех колониях, так как число алеутов с тех пор уменьшилось вдвое”.
С наёмными работниками из русских всё было примерно так же. Увы, но монополия сказалась на делах не лучшим образом. Я уже говорил, что сам акт о создании РАК привёл к тому, что якутская компания Лебедева-Ласточкина, которая успешно до этого осваивала прибрежные районы Аляски, была вынуждена свернуться и полностью уйти с рынка, разрушив все свои поселения, и, что самое главное, отозвав всех работников.
Не добавило рабочих руки то, что Компания с 1804 года перевела своих сотрудников с “полупаёв”, то есть, фактически, работы за процент, когда охотник мог оставлять часть мехов себе, на фиксированное жалование.
Добавляли проблемы и общероссийские сословные порядки. Большинство сотрудников РАК были крестьянами, которые находились на Аляске на основании выданных им паспортов.
Паспорта обычно действовали 7 лет, и, чтобы их продлить, нужно было возвращаться в ту губернию, откуда был родом человек. Только в 1821 году правительство официально разрешило работниками РАК не продлевать свои паспорта.
После чего население Аляски несколько подросло, но не очень сильно. Рекорд был зафиксирован в 1839 году - 823 человека, раскиданных по всей прибрежной полосе Аляски. А в среднем на Аляске жило в районе 600-700 человек русских, и где-то полторы тысячи креолов.
Крайне маленькое население для такой огромной территории. В этих условиях эпидемия могла сократить население колонии на треть, и даже крупное кораблекрушение, с сотней погибших (а такие временами случались) было ударом по колониальной демографии.
В общем, Аляска стабильно испытывала проблемы с рабочими руками вообще и особенно с техническими специалистами.
В управленческую структуру компания выбирала образованных, способных представителей, морально и нравственно устойчивых. А вот с рядовыми сотрудниками было хуже. Тут уже особо выбирать не приходилось. За сравнительно небольшое жалование находилось немного желающих ехать в отдаленный и неизвестный край. В колониях не совершались серьёзные преступления, но разгул и пьянство было повсеместно.
Отражалось это и на качестве работы. Выделка шкурок в колониях была не самого лучшего качества. Меха Русско-Американской компании считались в мире низшей, в лучшем случае - средней категорией, и это отражалось на цене. Оказалось, что РАК практически не способна конкурировать с мехами, поставляемыми из Канады британской Компанией Гудзонова Залива. И с каждым годом ситуация в этом плане ухудшалась.
При основании Компании была идея превратить Аляску в поселенческую колонию. В 1805 году глава РАК Резанов предложил открыть русские владения в Америке для колонизации и разрешить выдавать там землю крестьянам под заселение. Проект был отправлен в Петербург из Ново-Архангельска в 1805 году, дошёл только в 1806.
А параллельно как раз случилась знаменитая история, лёгшая в основу рок-оперы, Резанов был обручён с дочерью испанского губернатора Сан-Франциско Кончитой, поехал в Петербург за разрешением на брак с католичкой, и по дороге умер в 1807 году в Красноярске. А его проект по итогу был положен под сукно, и освоение Аляски русскими колонистами так и не началось.
О причинах того, почему отклонили проект Резанова, мы пока что знаем очень мало, историки выдвигают самые разные гипотезы на этот счёт.
Но в любом случае всё выглядит так, что, за исключением самого Резанова, который, как я уже говорил, был предоставленным государством менеджером, в руководстве РАК сама по себе идея о создании на их территории слоя людей, которые бы не были работниками Компании, и, следовательно, были бы им неподконтрольны, была непопулярна.
С большими трудностями, только в 1835 году, когда главным правителем Аляски был барон Фердинанд фон Врангель, было разрешено создать на Аляске сословие “колониальных граждан”. И то это были не поселенцы, а отставные работники Компании, которым разрешалось после отработки определённого числа лет поселиться на Аляске и жить уже для себя как свободный человек.
Таких “колониальных граждан” были единицы, к моменту продажи Аляски в 1867 году меньше 100 человек - 57 мужчин и 40 женщин.
Вместо создания слоя свободных крестьян РАК в начале XIX века попросила императорское правительство разрешить им покупать крепостных, чтобы переселять их на Аляску. Но тут отказал уже император Александр I, который не хотел расширять крепостное право на Америку.
Вообще, если подумать, то сама идея приглашать в колонии русских крестьян выглядела не очень разумно. Освоение Аляски и сейчас выглядит не самым лёгким делом. Холодные зимы и короткое лето сами по себе являлись достаточным препятствием. Мореплаватель Василий Головин, который посетил Аляску в 1818 году, отметил, что даже летом там постоянные туманы и дожди, которые мешают земледелию.
Руководство Компании упорно предписывало сеять в колониях хлеб. Это было важно символически, тогда считалось, что без хлебопашества цивилизация не цивилизация. Однако результат был так себе.
Даже в крепости Святого Николая на Кенайском полуострове, где, в общем, климат по меркам Аляски достаточно умеренный, а почвы достаточно плодородные, выращивать ячмень и рожь оказалось невозможно. Но правительство колонии упорно продолжало требовать продолжать посевы - почти как Хрущёв с кукурузой веком позже. Только в 1845 году руководство РАК официально признало, что выращивать зерновые на Аляске невозможно.
Чуть лучше дела обстояли с огородами. Их, как я говорил, начали разбивать ещё при Шелихове. У каждого русского колониста был свой участок земли, которые обычно узкой полосой тянулись рядом с поселением.
Выращивали турнепс, морковь, редиску и особенно картофель. Аляска стала первой частью Российской империи, где картошка стала действительно “вторым хлебом”. Картофель оценили даже местные индейцы, его стали выращивать даже вечные враги русских колонистов тлинкиты. Вообще, конечно, оцените ситуацию.
Картофель изначально как культура появился в Америке, в Перу. Потом конкистадоры привезли его в Испанию, из Испании он попал в Нидерланды, из Нидерландов в Россию, а из России, обогнув земной шар - снова попал к индейским племенам, только жившим в другой части Америки.
Центром картофелеводства на Аляске был Ново-Архангельск, где в 1820-х годах урожай картошки составлял более чем 4000 пудов (64 тонны) в год, что позволяло до 100 пудов картофеля в год даже продавать на проходившие корабли.
Тем не менее, в целом показатели сельского хозяйства были не на высоте. В 1830 году тогдашний правитель Аляски Пётр Чистяков писал, что Аляска это
“клочок песчаной и каменистой земли, которую можно обрабатывать лишь с большим трудом и затратами времени ради самого скудного пропитания”.
Неурожаи и голодовки в русских поселениях были нередки.
Ещё хуже дела обстояли с мясом. Скот на Аляске весь был привозной, и его было немного. На острове Кадьяк, где было много лугов, в 1818 году было всего около 500 коров и 100 свиней и баранов, что для Аляски было более чем большим стадом.
В колониальной столице Ново-Архангельске тогда же было всего 24 коровы, 28 свиней и 1 лошадь. Между тем, как позже подсчитает Врангель, для обеспечения мясом хотя бы одного русского населения на Аляске пришлось бы резать в год до 400 голов скота. Поэтому основной рацион поселенцев составляла рыба и овощи. А для изготовления свечей сало приходилось покупать в США.
И это я сейчас сказал только о самых насущных потребностях, о пропитании. А ведь были и другие. Фактически, в колонии вдоволь было одного - леса. В 1840х на Кенайском полуострове нашли залежи глины и построили там кирпичный завод. Но уже металл приходилось привозить извне, даже банальные гвозди. Железо на крышу дома правителя Аляски в Ново-Архангельск везли аж из Петербурга.
Поэтому если говорить о каком-то производстве на Аляске, о какой-то деятельности помимо добычи пушнины, то такое можно пересчитать по пальцам. В Русской Америке было несколько лесопилок, уже упомянутый кирпичный завод, в Ново-Архангельске была верфь, где строили новые суда для нужд Компании, и... собственно всё.
Помимо этого на Аляске были только кустари, которые лудили посуду, клепали бочки, ковали топоры - но всё это только в минимальных объёмах, нужных для жизнедеятельности колонии. Тут опять же свою роль сыграла нехватка рабочих рук - если на охоту можно было отправить алеутов, то ремесленникам требовались определённые навыки, а люди с такими навыками были в колониях наперечёт.
Таким образом, создать на Аляске процветающую колонию не получилось. Фактически, золотой век Аляски был недолог - первые десятилетия XIX века. Но чем дальше, тем хуже обстояли дела. 1820-е и 1830-е годы вообще были кризисным периодом для Русской Америки.
Доходы упали настолько, что в 1827 году всерьёз обсуждалось решение полностью уйти из Архипелага Александра, где к тому времени успели перебить всех каланов, покинуть Ново-Архангельск и перенести столицу Русской Америки куда-нибудь севернее, на материковую часть Аляски. Иронично, что от проекта отказались в основном из-за недостатка средств - у РАК банально не было денег, чтобы переносить столицу туда-сюда.
Крах Форта Росс
Вообще все проблемы Русской Америки отразились в истории самого дальнего русского аванпоста - крепости Росс в Калифорнии. Крепость Росс, вошедшая в историю под американизированным названием Форт-Росс, была основана в 1812 году по приказу Баранова.
Время было выбрано более чем верно. Номинально тогда Калифорния входила в состав испанской колонии Новая Испания, которую мы сейчас знаем как Мексика. Но на тот момент Испания была захвачена Наполеоном, там шла война, а в самой Мексике шла война за независимость от испанцев, и тоже было не до дальней и необжитой провинции.
Поэтому высадка весной 1812 года в 90 милях к северу от Сан-Франциско отряда из 25 русских промышленников и сотни алеутов во главе с правителем Ново-Архангельска Иваном Кусковым не встретила сопротивления. И на берегу Тихого океана возникла русская крепость.
Крепость была основана прежде всего для добычи каланов, но в том числе и для снабжения Русской Америки продовольствием. Всё же калифорнийский климат к этому благоприятствовал, и схема, надо сказать, сработала - удалось основать три ранчо (их так и называли) на которых в период расцвета поселения паслось полторы тысячи голов крупного скота - больше, чем было во всей остальной Русской Америке.
Поселение было, по меркам Русской Америки, достаточно большим - там жили 256 человек. С окрестными индейскими племенами удалось установить отношения, и нескольким вождям даже выдали медали и титулы “СОЮЗНЫЕ РОССИИ”.
Энтузиасты, вроде будущего декабриста Дмитрия Завалишина, вообще предлагали расширить колонию, и включить в состав России всю современную Калифорнию и вдобавок современную Неваду.
Но этого не произошло. Форт-Росс так и остался небольшим анклавом на берегу. Его сгубила неопределённость статуса. Росс оставался регионом на птичьих правах и без чётких границ. Ни Испания, ни Мексика, которая в 1821 году провозгласила свою независимость, не спешили признавать за Россией эту территорию. Мексиканское правительство, правда, готово было уступить Форт-Росс России официально, и даже позволить расширить колонию на 20 миль к югу и 20 миль к северу от поселения.
Но тут подвела уже официальная позиция российского правительства. С точки зрения императора Николая I, который был жёстким сторонником идей легитимизма, никакой Мексики не существовало, а была мятежная испанская провинция. Поэтому предложение мексиканского МИД, вручённое сотрудникам РАК, он даже отказался рассматривать.
А тем временем численность населения Калифорнии медленно, но росла. В неё проникали всё новые и новые колонисты, в основном американцы, но их права правительство Мексики защищало.
Начались земельные конфликты. Из-за неопределённого статуса колонии РАК не решалась расширять территорию вглубь континента, и поэтому сельское хозяйство не вышло дальше трёх ранчо в прибрежной зоне.
А каланы в окрестностях Росса кончились ещё быстрее, чем они кончались на Аляске. В общем, к 1830-ым годам стало ясно, что колония стабильно убыточна, а земельные конфликты рано или поздно доведут до боевых столкновений, а РАК весьма реалистично смотрела на возможность удержать Росс военной силой.
В 1839 году руководство РАК приняло решение продать Росс. Сначала предлагали англичанам, но Компания Гудзонова Залива не заинтересовалась. В итоге Росс был продан за 43 тысячи рублей серебром Иоганну Зутеру, гражданину США швейцарского происхождения, живущему в Мексике, владельцу поселения Новая Гельвеция. Потомки Зутера владели территорией Росса до 1903 года.
А теперь неожиданный поворот. В 1848 году, спустя 7 лет после покупки Росса, во владениях того самого Зуттера будет найдено золото. Так начнётся Золотая Лихорадка в Калифорнии. Золото будет найдено в том числе и на территориях бывшей русской колонии.
И есть по крайней мере некоторые свидетельства того, что на момент продажи Росса в РАК знали о золотых жилах, но решение было принято, и что-то переигрывать было уже поздно.
Аляска и США
Не стоит думать, что РАК просто наблюдала экономический кризис, и ничего не делала. В середине столетия были планы, как преобразовать колонию на Аляске с торговли мехом на что-то другое.
Как я уже говорил, на Аляске было много леса, и им можно было торговать. В 1850-е годы на полуострове нашли залежи угля. Одно время там пытались наладить китобойный промысел. В 1850 году даже была создана “Компания для ловли китов в Восточном океане”, которая была дочерней по отношению к РАК.
Но китобойный промысел толком не успел начаться, как началась крымская война, а в 1859 году вообще изобрели керосиновую лампу, и китовый жир резко упал в цене.
В итоге самым прибыльным бизнесом, внезапно, оказалась торговля тем, чего на Аляске всегда было вдоволь - льдом. Лёд поставлялся в салуны Калифорнии, которая с 1848 года принадлежала США, и, надо сказать. пользовался большим спросом. РАК даже получила монополию на торговлю льдом во всей восточной части Российской империи.
В общем, ситуация с точки зрения экономики к середине XIX века была неоднозначной. С одной стороны, были все те проблемы, о которых я сказал. Аляска оставалась дотационной колонией, которая продолжала держаться на плаву только за счёт вливаний в РАК из российской казны.
С другой - с 1840-х годов удалось частично диверсифицировать рынок. Тут помогла геополитическая ситуация. К концу 1840-х США присоединяют к себе сначала современные штаты Орегон и Вашингтон, а потом и Калифорнию.
Южнее Аляски возникает большое, богатое, населённое государство, которое на тот момент воспринималось однозначно, как дружественное России.
Это может сейчас показаться неожиданным, но в XIX столетии у России и США отношения были весьма тёплыми. Россия в своё время косвенно даже приняла участие в образовании США как государства. Сначала Екатерина II отказалась посылать российские войска на подавление американских повстанцев, хотя англичане готовы были за это щедро заплатить, а потом Российская империя и вовсе заняла позицию “вооружённого нейтралитета”, продолжая торговать с восставшими колониями вопреки возмущениям англичан.
И дальше отношения России и США оставались дружественными, даже несмотря на разницу политического строя. Просто потому, что американцев воспринимали, как противовес Великобритании, а с США как с государством до ХХ века у России не было особых разногласий.
Наоборот, в русском обществе было принято сочувствовать американцам. Путешественник Крузенштерн даже назвал группу островов в Тихом океане Вашингтоновыми островами (теперь это Новые Маркизские острова), поскольку, как он писал сам, “имя Вашингтона всякую карту украшать достойно”.
Русские газеты и журналы изображали США как мощную молодую республику, которая идёт вперёд, преобразуя целину американского материка во что-то более цивилизованное и европейское.
Конечно, не всё было гладко. Большую проблему для Русской Америки составляли американские контрабандисты и китобои.
Я уже говорил, что границы Русской Америки были более чем проницаемыми. Из-за этого на её территории спокойно действовали торговцы мехом из Канады и США. В обмен на ружья, порох, ром и виски они скупали меха у местных индейцев. С точки зрения РАК это был прямой грабёж - ведь весь зверь на территории Аляски заведомо был в их собственности.
Кроме того, благодаря этим торговцам те же тлинкиты и другие племена, воевавшие с Компанией, получали огнестрельное оружие. Но проблема была в том, что у РАК банально не было своей таможенной службы, а российские пограничники на Аляске отсутствовали.
Так что англичане и американцы могли свободно плавать в водах Аляски. Попадались они только если имели невезение буквально наткнуться на русский форт или корабль, что, учитывая размеры Аляски, было редкостью.
То же самое касалось и китобоев. По условиям российско-американского соглашения 1824 года американские суда, как дружественные России, могли ловить рыбу и бить китов в тихоокеанских водах.
Запрещено было только заходить во “внутренние российские моря”. Под этим, с точки зрения российского МИД, подразумевалась зона в 50 морских миль от берега. Ну и пользуясь проницаемостью границ, американцы просто наводнили российскую территорию на Тихом океане.
Американские китобои промышляли китов в Беринговом и Охотском морях, практически не стесняясь Компании. Воды вокруг Аляски вообще кишели китами настолько, что, по некоторым данным, в середине 1840х годов, до половины всех китобоев США промышляли исключительно в территориальных водах РАК.
По данным самой РАК, американцы вывезли с её территориальных вод только за период 1848-1861 годов ресурсов на 200 млн рублей серебром - эта сумма на порядок превышала доход ВСЕЙ РУССКОЙ АМЕРИКИ.
Вот как описывал ситуацию на Шантарских островах (а это даже не Аляска, а нынешний Хабаровский край) современник в 1848 году:
Американцы распоряжаются тут, если не так, как дома, то как, как в покоренной ими стране: жгут и рубят леса, бьют дичь и китов, торгуют с тунгусами мехами, оленями и оставляют после себя следы, напоминающие если не древних варваров, то по крайней мере татарские и запорожские пожоги»
Нельзя сказать, что руководство РАК на это просто смотрело. Они неоднократно жаловались российским властям на беспредел со стороны англичан и американцев. Но вот только оказалось, что проблемы Аляски это проблемы РАК.
Всё ограничилось тем, что российский посол в Вашингтоне заявил президенту США протест. Протест власти США формально не проигнорировали, пообещали, что такое не повторится.. вот только рычагов, чтобы влиять на своих браконьеров, у них особо не было. Как и желания у официального Петербурга идти на конфликт с американцами.
Глава российского МИД Карл Нессельроде вообще заявил, что Берингово море не является внутренним морем России, следовательно, американцы имеют право добывать там китов, если только не будут подходить к берегу. Только в 1845 году император Николай I согласился направить на Аляску крейсерскую эскадру.
Но подготовка длилась так долго, что началась Крымская война и стало не до того. Единственной реальной мерой наказания стал введённый в 1830-е годы запрет для граждан США торговать с Аляской. Но эти санкции долго не продержались, и уже в начале 1850х были отменены.
США и Русская Америка были естественными торговыми партнёрами. Причём если раньше чтобы, например, отвезти каланьи шкуры в США, нужно было плыть вокруг мыса Горн в Нью-Йорк. то теперь для торговли были открыты Сан-Франциско и другие бурно растущие города Тихоокеанского побережья. Торговля была взаимовыгодной.
Если изначально тот же лёд везли в Сан-Франциско из Канады опять-же вокруг Южной Америки и продавали по 40 центов за фунт (то есть 800 долларов за тонну), то российский лёд с Аляски стоил 75 долларов за тонну, то есть в 10 раз дешевле! Потом американцам вообще удастся подписать постоянный контракт и снизить цену до $25 за тонну льда, что при себестоимости льда в $2 всё равно будет очень выгодно для РАК.
В 1854 году РАК с высочайшего позволения самого Государя Императора Николая I подписала соглашение с Американо-российской торговой компанией - консорциумом крупнейших бизнесменов Сан-Франциско, пайщиком в которой числился, например, прокурор штата Калифорния.
По этому соглашению, предприниматели из Калифорнии могли 20 лет совместно с русскими добывать на Аляске уголь, рубить лес, ловить рыбу и вывозить всё это в США. А в ответ Американо-российская торговая компания становилась монополистом по поставке на Аляску зерна, мяса и другого продовольствия, с которым в Русской Америке всегда был недостаток.
Впрочем, торговали не только сырьём. США прекрасно помогли, например, Русской Америке обзавестись современным по тем временам флотом. Например, машины для упоминавшегося парохода “Николай I” были заказаны в Бостоне, и оттуда привезены в Ново-Архангельск вместе с техническими специалистами, которые помогли установить их на корабль.
А всего для РАК в США были построены 8 из 13 кораблей, которые находились в составе флота Компании на 1860 год.
В конце 1850-х сотрудничество зашло настолько далеко, что всерьёз рассматривалась прокладка прямой телеграфной линии из Сибири через Аляску в Калифорнию. Причём продвигали его с американской стороны те же АРТК.
Строительство было свёрнуто на этапе проекта, слишком уж дорогой получалась линия. Но сам факт, что такое разрабатывалось, показателен.
В результате сотрудничества с США Русско-Американская компания и Аляска начиная с конца 1840х годов пережили краткий ренессанс. Доходы вроде бы снова начали расти, была решена проблема со снабжением. В 1850е Ново-Архангельск наконец стал похож на типичный сибирский уездный город, в том числе и по уровню комфорта граждан. Казалось бы, Аляску ждёт будущее, но..
Аляска и Крымская война
В 1853 году началась Крымская война. Подробно об этой войне я расскажу как-нибудь в другой раз, но важно то, что в ней врагом России стали Османская империя, Франция и Великобритания. Ну и ещё Сардиния, но это не сильно важно.
При этом война хоть и называлась Крымской, но в реальности Англия и Франция атаковали Россию практически со всех сторон. В августе 1854 года союзная англо-французская эскадра атаковала Петропавловск-Камчатский. Городу тогда с большим трудом удалось отбить атаку.
В таких условиях встал вопрос, как защитить Аляску. У РАК как таковых войск не было, было только несколько сотен вооружённых сотрудников и ополчение вассальных алеутов. И быстро перебросить войска на Аляску тоже не было возможно, потому что вся российская армия находилась на другом конце света - в европейской части России.
На Аляску спешно перебросили отряд сибирских стрелков - 100 человек при двух офицерах. Но в целом все понимали, что это было ни о чём, и Русская Америка не выстоит, если начнётся серьёзный приступ.
Это помимо того, что в условиях войны никакое снабжение Дальнего Востока по морю было невозможно, а по суше везти было очень долго - Транссиб тогда ещё не построили. Как официально сообщал Пётр Костромитинов, вице-консул России в Сан-Франциско:
Враждебные державы отделили 12 судов разного ранга для нападения на наши колонии в Америке. Ново-Архангельск едва ли выдержит нападение даже двух военных судов; о прочих поселениях наших в Америке можно сказать — еще менее.
В такой ситуации единственной надеждой стали тёплые отношения с США. И эта надежда оправдалась. Тогдашний глава Госдепа Уильям Марси объявил, что США готовы поддержать Россию так же, как Россия в своё время поддержала их - то есть объявить о своём вооружённом нейтралитете и продолжать снабжать Аляску всем необходимым, не давая англичанам досматривать свои корабли, идущие в русские порты.
В июле 1854 года такая морская конвенция между США и Россией действительно была подписана. И до конца войны Русская Америка снабжалась из Калифорнии - причём не только товарами первой необходимости, но и, например, порохом.
Причём конвенция касалась не только Аляски. В том же 1854 году тогдашний губернатор Восточной Сибири Николай Муравьёв-Амурский (тот самый, которого мы можем видеть на купюре в 5000 рублей) закупил в США всё необходимое для основания нового города Николаевска-на-Амуре, включая целое “машинное заведение” - то есть полный комплект оборудования для устройства лесопильного завода, а также целую эскадру транспортных судов, включая два парохода, которые, собственно, и доставили всё это богатство к устью Амура.
Причём, по отчётам самого Муравьёва-Амурского, покупать корабли в США обошлось в полтора раза дешевле, чем заказывать их на российских верфях на Балтике, даже без учёта транспортировки.
А для защиты Русской Америки от возможного британского вторжения руководство РАК совместно с российским посольством в Вашингтоне придумали просто гениальную схему. Она заключалась в том, чтобы продать всю собственность РАК, включая Аляску, Американо-Российской торговой компании. Разумеется, продажа должна была быть фиктивной, и о ней вообще никто не должен был знать.
Но в случае захвата Аляски англичанами можно было бы потрясти этим актом и заявить, что эта территория принадлежит гражданам США, а, следовательно, нейтральна.
Вот как пояснял суть схемы Пётр Костромитинов:
“Составить акт на мнимую уступку кораблей, мехов, товаров и прочей движимости нашей компании, а также земель со всеми угодьями с тем, чтобы акт этот хранился у меня и предъявлен был только в случае надобности. Если бы по несчастию мы потеряли колонии, тогда посредством сего акта американцы объявили бы на оные свои права, а чрез это был бы повод к вмешательству в это дело правительства Соединенных Штатов”.
Подогревали идею соглашения и американцы. Им, понятно, тоже не особо нравилась перспектива захвата Русской Америки, которая уже была тесно интегрирована с экономикой Калифорнии, британцами. Тогдашний президент США Франклин Пирс даже заявил Стеклю, послу России в Вашингтоне, что, возможно, “США не удастся удержать свой нейтралитет в этой войне”.
Такой намёк на возможность вступления в войну, если Аляске будет угрожать опасность.
31 мая 1854 года соглашение было подписано. В соответствии с этим соглашением Российско-американская компания за $7.6 млн уступала своему американскому партнеру в Сан-Франциско на три года всё имущество, промыслы и привилегии на территории в Северной Америке.
В письме своему петербургскому начальству главный правитель Русской Америки Степан Воеводский сообщал, что подписал договор из-за невозможности защитить Ново-Архангельск в случае нападения англо-французских военных кораблей, и что сделка основана на полном взаимном доверии, и Аляску никто реально не потребует.
Из-за чрезвычайности ситуации РАК даже не стала получать одобрения российского МИД. В условиях отсутствия телеграфа на Аляске такой запрос бы занял недели, а то и месяцы.
И, как выяснилось, поторопились они зря. Параллельно со всем этим в Петербурге тоже обдумывали проблему Аляски. Российский МИД и головной офис Русско-Американской компании нашли другое решение. И схема была ещё более гениальной, чем фиктивная уступка колонии США.
Ещё в марте 1854 года головной офис РАК связался с правлением Компании Гудзонова Залива, которой тогда принадлежала западная часть Канады.
Было предложено договориться, что Аляска это как бы не Россия, а земли Компании Гудзонова Залива - не Британия, а как бы отдельные нейтральные территории, не участвующие в Крымской войне.
Такой статус позволил бы Аляске продолжать торговать с Канадой. А торговля с британцами тоже шла, не в таких объёмах, как с Калифорнией, но шла. Поэтому британская сторона согласилась на предложения, и соглашение было подписано.Россия обязалась не нападать на Канаду, Британия - на Аляску.
Русская Америка вышла из войны, но с оговоркой, что боевые действия на море продолжатся, и Россия с Англией продолжат захватывать корабли друг друга. Что важно, обе стороны своё слово сдержали, и Крымская война на Америку не распространилась. В конце войны, в 1855 году, российский посол в США Стекль докладывал в МИД, что:
“Наши владения не были ни атакованы, ни блокированы... Лишь боязнь затронуть интересы американцев, тесно связанные с нашими колониями, диктуют Англии такую линию поведения, так мало схожую с ее действиями в Балтийском, Белом и Черном морях”.
До Ново-Архангельска информация о соглашении с англичанами дошла только в августе, когда договор о продаже колонии американцам был уже подписан. НЕУДОБНО ПОЛУЧИЛОСЬ. Проблему решили следующим образом - договор был засекречен до 1857 года, пока не истёк его срок действия.
В общем, Крымская война показала две вещи. Во-первых, Аляска оказалась полностью беззащитной от любого внешнего вторжения. А во-вторых, Аляска полностью зависима от США. И США в перспективе не против её занять полностью.
Действительно, в США на тот момент хватало людей, которые хотели распространить власть Союза на всю Америку. В США существовала концепция “предопределённой судьбы”, которая в своей радикальной форме означала, что янки обязаны изгнать из Америки оставшиеся колониальные державы - то есть англичан из Канады, испанцев с Кубы и русских с Аляски - и включить эти территории в состав США.
Ещё в первой половине столетия президент Джон Куинси Адамс (1824-1828) утверждал, что все европейские колонии нужно в перспективе включить в состав США:
“Абсурдно, если бы подобные разрозненные территории, владельцы которых находятся за морем на расстоянии 15 сотен миль, и которые являются для них обременительными и ничего не стоящими, существовали бы постоянно, соприкасаясь с нашей великой, могучей, предприимчивой и быстро растущей нацией... Европейцы должны понять, что США и Северная Америка являются идентичным понятием”.
Разумеется, если бы подобные заявления бросала какая-нибудь страна в современном мире, то встал бы вопрос “а харя не треснет*?”. Но проблема была в том, что никто из современников не сомневался - США в силах провернуть подобное и объединить под своей властью всю Америку.
К 1857 году это было бурно развивающееся государство. Американцы за полвека увеличили территорию в несколько раз, продвинув западную границу с реки Миссисипи до Тихого океана.
Они за несколько десятилетий забрали у Франции Луизиану, у Испании Флориду, у Мексики, фактически, половину территории страны, включая Техас и Калифорнию, вытеснили англичан из Орегона, отобрали у десятков племён индейцев их земли. Причём им удавалось осваивать эти территории, поднимать их и развивать.
Красивую метафору американской экспансии предложил петербургский альманах “Живописное обозрение”, в одной из статей написавший, что
“там, где недавно властвовал страшный Текумсе, теперь раздаются гудки пароходов и поездов”.
Казалось, американцев ничто не остановит. Вот, например, что писал об американцах в 1851 году официальный Военный журнал Военного министерства России:
“Это гигантская страна … Миссисипи вдвое длиннее Дуная, штат Виргиния на треть больше Англии, штат Огайо больше Шотландии. От главного города штата Мэн до Нового Орлеана дальше, чем от Лондона до Константинополя.. Когда они восстанут, трудно найти народ, который был бы более страшен”.
Угроза со стороны США ощущалась более чем реальной. Идея, что пока что американцы нам друзья, но в перспективе они попытаются захватить Аляску, и преуспеют в этом, витала в воздухе. И в 1857 году в Петербурге впервые возникла мысль - если дела обстоят таким образом, если мы не сможем защитить свою территорию, может быть, мы сами отдадим США Аляску и получим с них за неё деньги?
Инициаторы продажи Аляски
Эта идея принадлежала не кому-нибудь, а великому князю Константину Николаевичу, брату Александра II. Вообще давайте поговорим об инициаторах сделки. Потому что, несмотря на все объективные предпосылки, решение в конкретный момент продавили два конкретных человека.
С российской стороны это был, как я уже сказал, Константин Николаевич. Младший брат императора Александра II, профессиональный военный моряк и министр военно-морского флота при своём брате, он вообще был знаковой фигурой эпохи.
Последовательный либерал, горячий сторонник отмены крепостного права, а позже автор проекта конституции для России, он войдёт в историю, как двигатель Великих Реформ. Вообще великий князь Константин был не первым российским либералом, который считал, что Империи в Америке делать нечего.
Ещё декабрист Пестель в своё время писал, что “российские колонии в Америке так незначительны, что о них не стоит и говорить”, а РАК творит в своих владениях беззаконие.
На самом деле, Константин Николаевич был вполне согласен с последним утверждением. Он вообще был ярым сторонником “гласности”, то есть публичности и открытости деятельности госчиновников. (да, это слово придумал не Горбачёв).
И в рамках “гласности” великий князь предложил направить на Аляску особую комиссию, которая бы посмотрела, что вообще творится на землях РАК, и вынесла вердикт, стоит ли доверять корпоративному управлению.
На позицию Константина влиял и его личный опыт. Во-первых, как командующий российским флотом, управляющий морским министерством и с 1860 года - глава Адмиралтейств-совета, Константин Николаевич прекрасно понимал, что денег в бюджете на то, чтобы удерживать Аляску, нет. Проблемы с деньгами начались ещё при Николае I.
Во время Крымской войны Константин, уже будучи министром, по легенде, потратил 200 тысяч рублей личных сбережений на строительство канонерских лодок для обороны Кронштадта - в военном бюджете средств недоставало.
А после войны в России разразился настоящий экономический кризис, и денег у флота стало ещё меньше. Сокращать пришлось даже Балтийский флот, а в 1857 году был впервые со времён Екатерины II отменён традиционный ежегодный поход русской эскадры в Средиземное море. И естественно, что удержание Аляски в смету Константина не входило.
Великий князь, конечно, не забывал про Тихий океан. Наоборот, он был инициатором строительства полноценного флота на восточных рубежах России. Но он мечтал о создании военно-морских баз на территории Дальнего Востока. У Константина были хорошие отношения с Муравьёвым-Амурским, который, кстати, тоже был сторонником ухода из Америки. И немудрено.
Граф и великий князь вместе продвигали идею постепенной аннексии Приморья, которое тогда принадлежало Китаю. В 1856 году был основан порт Николаевск-на-Амуре, в 1862 - Владивосток. В этих условиях Ново-Архангельск терял даже перспективу стать главной военно-морской базой на Тихом океане.
Ну и, помимо всего прочего, Константин Николаевич был тесно связан с США. Именно по его инициативе в США во время Крымской войны закупались корабли для Дальнего Востока. Он был лично знаком и поддерживал прекрасные отношения с Беверли Сандерсом, главой правления той самой Американо-российской торговой компании. Он прекрасно понимал, что представляет собой американское государство, и что его расползание во все стороны неминуемо.
В конце марта 1857 года великий князь Константин отправил главе МИД Горчакову письмо, где просил подумать над тем, чтобы продать Русскую Америку Соединённым Штатам, поскольку:
“Продажа эта была бы весьма своевременна, ибо не следует себя обманывать и надобно предвидеть, что Соединенные Штаты, стремясь постоянно к округлению своих владений и желая господствовать нераздельно в Северной Америке, возьмут у нас упомянутые колонии, и мы не будем в состоянии воротить их. Между тем эти колонии приносят нам весьма мало пользы, и потеря их не была бы слишком чувствительна и потребовала только вознаграждения нашей Российско-американской компании”.
Константин просил передать его предложения императору Александру, что Горчаков немедленно и сделал. К слову, сам “российский железный канцлер” идею великого князя не одобрил.
Вообще отношение к идее было неоднозначным. Бывший правитель Русской Америки Фердинанд фон Врангель высказался в духе, что отказ от Аляски будет означать полное сворачивание всех заморских колониальных предприятий Российской империи.
Кстати, если взглянуть из нашего времени, то Врангель оказался прав - ни одной успешной колонии после Аляски у России никогда не будет. Но Константин Николаевич и не собирался отрицать этот факт. Он, наоборот, отвечал, что России без колоний будет лучше.
“Россия должна всячески стараться укрепляться в центре своём, в тех сплошных коренных русских областях, которые составляют по народности и вере настоящую и главную силу её, и должна развивать силы этого центра, дабы сохранить те из своих оконечностей, владение коими возможно и приносит ей истинную пользу”.
В общем, в 1857 году споры ни к чему ни привели. Александр II постановил пока что подождать истечения срока привилегий РАК, которые должны были закончиться в 1862 году, и потом вернуться к этому вопросу. Тем более, что в самих США на тот момент всё было не так однозначно.
С американской стороны главным сторонником присоединения Аляски был Уильям Сьюард. Человек это был по-своему не менее интересный, чем Константин Николаевич.
Это был сенатор от штата Нью-Йорк и убеждённый аболиционист, то есть сторонник отмены рабства, член новообразованной Республиканской партии США. Помимо борьбы с рабством Сьюард был таким же фанатичным сторонником идеи расширения США на всю территорию Америки. На одной из встреч с избирателями в 1858 году он заявил следующее:
“Я вижу русского, который озабочен строительством гаваней, поселений и укреплений на оконечности Америки как аванпостов Петербурга, и я могу сказать: “Продолжай и строй свои аванпосты вдоль всего побережья вплоть даже до Ледовитого океана — они тем не менее станут аванпостами моей собственной страны — монументами цивилизации Соединенных Штатов на Северо-Западе”.
Сьюард мечтал об аннексии Мексики, Канады и Аляски, и ради этого был даже готов сотрудничать со своими идеологическими противниками - южанами-плантаторами из Демократической партии. Соратником Сьюарда был сенатор от Калифорнии Уильям Гвинн, который как раз был южным демократом и сторонником рабства.
Аболиционист и рабовладелец нашли общий язык на теме присоединения новых земель. Вместе они внесли в Конгресс законопроект об организации масштабного исследования Берингова моря и Северного Ледовитого океана, чтобы заложить будущей экспансии.
Поддерживал идею покупки Аляски и тогдашний президент США Джеймс Бьюкенен. С точки зрения Бьюкенена, покупка Аляски, во-первых, открывала для американских китобоев Берингово море, а во-вторых, давала США доступ к берегам Азии. Бьюкенен вообще имел идею-фикс в виде установления американского доминирования на Тихом океане - при нём США добились торговых привилегий в Китае и установили протекторат над несколькими тихоокеанскими островами. Присоединение Аляски было тут вполне логично.
Переговоры начинаются
Зимой 1859 года сенатор Гвинн и замглавы Госдепа США Джон Апплетон встретились с российским послом Стеклем, и в частном порядке уведомили его, что президент Бьюкенен готов рассмотреть вопрос покупки Соединёнными Штатами Русской Америки за 5 миллионов долларов. Апплетон напомнил российскому послу, что во время Крымской войны Аляска удержалась только благодаря США.
И сразу припугнул, что секта мормонов, которая тогда как раз искала новое место для жизни, планирует переселиться в Русскую Америку, и правительство США не будет им мешать (в итоге мормоны переселились в штат Юта).
С другой стороны, если Россия продаст США Аляску, то главный враг империи - Британия - скорее всего, потеряет Канаду, которая будет зажата между американскими владениями, и, соответственно, ослабнет.
По крайней мере, так содержание разговора передал Стекль в своей депеше в Петербург. С добавлением, что лично он согласен, что Аляску России не удержать, и надо сконцентрироваться на освоении Дальнего востока. К тому же 5 миллионов долларов это сумма, которую Аляска не принесёт в казну и за 20 лет.
Александр II оставил на донесении Стекля резолюцию “об этом надо подумать”. Не то, чтобы при царском дворе испугались американского давления .. но аргументы Стекля показались логичными, и известие о желании США купить Аляску добавило веса Константину и его позиции.
В феврале 1860 года в МИД России поступает записка “Об уступке наших американских колоний” капитана 1 ранга Ивана Шестакова, доверенного лица Константина. Там РАК обвиняют во всех смертных грехах, в том, что Компания “не приносит ровно никакой пользы отечественной промышленности и преднамеренно держит население Аляски в первобытном варварстве”. Весной 1860 года по предложению Константина на Аляску была отправлена официальная инспекция чиновников российского правительства.
Правда, вышла накладка - вернувшиеся через год ревизоры заявили, что в Америке дела обстоят если не отлично, то хотя бы нормально, никаких особенных притеснений коренного населения не наблюдается. Ревизия подтвердила, что Компания за 60 лет существования не сделала ничего, чтобы обеспечить оборону Аляски, что Ново-Архангельск может банально погибнуть из-за нашествия тлинкитов. Но это, по мнению комиссии, было не настолько критично, чтобы лишать РАК права управлять регионом и вообще отказываться от Америки как минимум глупо.
Вывод в докладе был следующий:
“Общественное мнение России до сих пор негодует за уступку нашей бывшей фактории в Калифорнии ... легко может случиться, что люди предприимчивые, принявшись за дело толково и с энергией, откроют и в колониях наших богатства, о существовании которых теперь и не подозревают. Что же касается до упрочения дружественных отношений России и Соединенных Штатов, то можно сказать положительно, что сочувствие к нам американцев будет проявляться до тех пор, пока оно их ни к чему не обязывает или пока это им выгодно. Жертвовать же своими интересами для простых убеждений американцы никогда не будут”.
Характерно, что при опубликовании доклада Константин Николаевич повелел этот абзац из текста вычеркнуть. Но суть от этого не изменилась. Под влиянием отчёта в 1862 году Александр II официально продляет право РАК на управление Аляской на 20 лет, до 1882 года. Министр финансов Михаил Рейтерн даже убедил Александра II списать РАК все долги и выделить 200 тысяч рублей в год дотаций.
Казалось бы, Аляска остаётся частью Российской империи навечно. Но…... нет. Уже в 1866 году ситуация радикально поменялась. После отмены крепостного права экономический кризис в России только усилился.
Казна была вынуждена платить огромные компенсации помещикам за их собственность. По подсчётам того же Рейтерна, нужно было срочно привлечь в экономику 45 миллионов рублей инвестиций. Взять их было неоткуда. И великий князь Константин снова, в третий раз уже, поднял вопрос о продаже Аляски.
16 декабря 1866 года в Зимнем Дворце состоялось совещание “особого заседания”. Все четверо собеседников императора единогласно проголосовали за то, что Аляску нужно продать. Аргументы, судя по сохранившейся стенограмме, были следующие:
Константин Николаевич: колонии не имеют для России никакого значения, а необходимость их защиты чем дальше, тем больше будет стоить. Стоит уйти оттуда и сосредоточить своё внимание на развитии Дальнего Востока.
Рейтерн: казна не может себе позволить содержать колонии.
Стекль: нам не удержать колонии. Если мы их не продадим США добровольно, то они их просто захватят, и мы ничего не сможем сделать.
Решение было принято - продать Аляску США.
Приофигевшим от такого руководителям РАК объяснили, что продление их полномочий до 1882 года было формальностью, и никто им ничего не гарантировал.
30 марта 1867 года Стекль прибыл в Нью-Йорк. В США к тому времени президентом был Эндрю Джонсон, а госдеп возглавлял уже знакомый нам Уильям Сьюард. Со Сьюардом и начал Стекль конфиденциальные переговоры.
Изначально Аляску хотели продать за ту же сумму в 5 миллионов долларов, которую предлагали американцы. Но Стекль пошёл ва-банк и самовольно поднял цену до 7.2 миллионов золотых долларов - 10 миллионов в только что введённых бумажных “гринбеках”. Он бы поднял и выше, но Сьюард заявил, что это максимальная сумма, на которую американцы готовы пойти. На том и порешили. 30 марта 1867 года договор был подписан.
Договор подписан
Ещё раз уточню. Договор был именно что о продаже Аляски. Распространившаяся в последние годы в рунете теория заговора, что США только брали эту территорию в аренду, основана.. ни на чём, если честно. Стекль за подписание договора получил премию в 25 тысяч рублей.
Интересно, что в самой Америке реакция на покупку Аляски была смешанной. По подсчётам американских историков, из американских газет и журналов, 32 выступали в поддержку сделки, 24 резко её критиковали, 20 занимали нейтральную позицию. Жёстче всего против покупки выступила старейшая республиканская газета New York Tribune.
Она называла Аляску не инче, как “Холодильник Сьюарда” - мол, там ничего нет кроме льда и моржей. Кстати, ещё одним унизительным прозвищем Аляски стала Walrussia - от walrus - Морж и Russia. На самом деле, такое количество критики понятно, если учесть контекст эпохи.
Значительная часть американской прессы находилась в оппозиции к президенту Джонсону, так что покупка Аляски воспринималась как повод его покритиковать. Ну знакомая история, когда власть с низким рейтингом будут ругать даже за в принципе разумные поступки.
Тем не менее, договор о покупке Аляски удалось провести через Конгресс, и он был принят, несмотря на заявления той же Tribune, что “Сенат не утвердит, народ не одобрит”.
В России реакция на подписание договора была более однозначной. Почти вся негосударственная пресса критиковала действия правительства. Либеральная газета “Голос”, например, писала следующее:
“Неужели чувство народного самолюбия так мало заслуживает внимания, что им можно жертвовать за какие-нибудь 5—6 миллионов долларов? Неужели трудами Шелихова, Баранова и других самоотверженных для России людей должны воспользоваться иностранцы и собрать в свою пользу плоды их?”
Государственной машине даже пришлось включать цензуру и изымать из печати статьи с критикой продажи Аляски и наоборот, запускать волну пропаганды в её пользу в официальных изданиях.
США обязывались выплатить России условленные деньги в десятимесячный срок. Забегая вперёд - получить эти деньги с американцев оказалось очень трудной задачей. Зимой 1867 года, уже после того, как Аляска была официально передана США, всплыл некий калифорнийский бизнесмен Перкинс, который заявлял, что поставлял РАК оружие и порох во время Крымской войны, но русские с ним не расплатились, нанеся ему убыток в 300 тысяч долларов. Российская сторона заявила, что никакого Перкинса знать не знает.
Но как бы то ни было, выплата денег за Аляску была приостановлена. А потом оппозиция в Конгрессе объявила импичмент президенту Джонсону, и опять всё отложилось. На самом деле все эти пертурбации эпохи во время и после Гражданской войны в США это очень интересная тема, но тема для отдельного ролика. Нам же тут важно то, что из-за всех этих внутриамериканских событий выплата денег за Аляску всё откладывалась и откладывалась.
Только в начале 1869 года через лондонские банки казначейство США перевело правительству России сумму - и то не всю, а только 7 млн долларов. И да, эта сумма до России доехала, миф о том, что корабль с деньгами якобы затонул - всего лишь миф.
Куда делись ещё 200 тысяч долларов, историки спорят до сих пор. Но, похоже, деньги ушли лоббистам, которые пропихивали договор о покупке Аляски в Конгрессе. По отчётам самого Стекля, он потратил на “секретные расходы” 165 тысяч долларов, а остальное, видимо, положил себе в карман.
Но в любом случае, благодаря его действиям российское правительство, которое, как мы помним, изначально было готово согласиться на 5 млн, получило 7. 6 (18) октября 1867 года в Ново-Архангельске официально спустили флаг РАК и подняли звёздно-полосатое знамя США.
Нехорошо получилось с русским населением Аляски. Оно составляло на момент продажи около 500 человек. Добровольно американские паспорта решили получить 15. Остальные же могли решать свою судьбу в течение трёх лет. Но американский гарнизон, сменивший воинов Компании, не нашёл общий язык с местным населением. А попросту говоря, американцы начали грабить.
Поэтому русские колонисты массово пытались бежать с Аляски. Беда была в том, что Компания не позаботилась о том, чтобы их вывезти. Эвакуироваться в Россию на частных кораблях смогли около двухсот человек, и то, значительная часть их в России оказалась никому не нужна и была предоставлена самим себе.
А большинство бывших русских жителей Аляски вынуждены были уехать в материковые США, растворившись на просторах Дикого Запада. Хуже всего пришлось православным алеутам. РАК вообще не позаботилась об их эвакуации, и только незначительная часть алеутов смогла перебраться на Камчатку, где опять таки столкнулись с тем, что их тут никто не ждал.
История Русской Америки завершилась.
Золотая лихорадка
Когда говорят про историю Русской Америки часто можно услышать, что, если бы в Петербурге знали о золоте Клондайка, то Аляску никогда бы не продали. Вот только ирония в том, что, как и с Россом, скорее всего, в Русско-американской компании знали о том, что на их территории есть золотые месторождения.
В 1850 году Николай I официально “милостиво повелеть соизволил Русско-Американской компании заняться поисками золота”. И та действительно занялась. В 1861 году те самые ревизоры из Морского министерства докладывали, что на полуострове Кенаи предположительно найдено золото.
Если что, тогда же было найдено золото на реке Стахин во владениях Великобритании. Однако масштабной золотой лихорадки в Русской Америке не случилось. Да и, честно говоря, не могло случиться. Законы Российской империи жёстко контролировали добычу золота, и ни о каком свободном поиске, как было в Калифорнии и будет на Клондайке, речи идти не могло.
Из-за этого золотая лихорадка в Сибири была куда меньших масштабов, чем американские или австралийская, и для империи прошла в общем незаметно. А на Аляске всё ещё и усугублялось тем, что у РАК была полная монополия на всю экономическую деятельность.
Да и, будем честны, взять эти самые толпы золотоискателей было неоткуда. Я уже говорил, что у Компании возникли проблемы с тем, чтобы эвакуировать население Аляски после продажи её Америке. А чтобы повторить успех Клондайка, нужно было перебросить через океан на несколько порядков больше людей.
Но как раз такой сценарий скорее пугал. Толпы американских золотоискателей быстро бы поглотили незначительное русское население Аляски, и регион опять-же ушёл бы в состав США. Поэтому РАК не то что не приглашала золотоискателей, она, наоборот, пыталась ограничить их поток.
Ну и в итоге
Собственно, это очень много говорит об истории Русской Америки и о том, почему колония в итоге не удержалась. История Аляски под властью России как бы состоит из двух частей. С одной стороны, это история выдающегося прорыва и успеха XVIII века, когда авантюристы, подобные Шелихову и Баранову, смогли за несколько десятилетий с минимумом государственной поддержки создать на территории другого континента жизнеспособную колонию.
Это был героический порыв, оставшийся в русской истории навсегда. Но потом наступила рутина, когда надо было занятые территории развивать. И оказалось, что с этим бюрократический аппарат Российской империи не справляется. В какой-то степени главный лоббист отказа от колоний Константин Николаевич был прав - Русско-Американская компания действительно провалилась в плане обустройства колонии.
60 лет спустя после основания Русской Америки население её всё ещё не превышало нескольких сотен белых, тысячи креолов и десяти тысяч алеутов в десятке торговых аваностов, раскиданных вдоль берега. Ни о какой колонизации внутренних регионов Аляски речи даже не шло, более того, даже столица Ново-Архангельск была под постоянной угрозой захвата - причём не со стороны европейских государств, а со стороны индейцев-тлинкитов. Конечно, такой итог развития можно считать закономерным провалом.
Аляска в том виде, в котором она была к 1867 году действительно была почти нежизнеспособна. Чтобы её спасти, нужны были радикальные преобразования, которые бы стоили огромных денег для бюджета Империи. Но таких денег не было, и это позволило в конечном итоге сторонникам продажи Аляски взять верх.
Могла ли Россия удержать Аляску? Скорее всего да, но для этого нужно было с самого начала строить управление регионом по другим правилам. Не ограничивать колонизацию, поощрять конкуренцию. Степан Воеводский, Главный Правитель Русской Америки с 1854 по 1859 годы, говорил, что если бы Аляской управляли бизнесмены, а не военные, то регион бы удалось удержать.
Отчасти это действительно так. Если взглянуть на историю Русской Америки, то окажется, что действительно, пик продвижения русских пришёлся на период, который вошёл в историю под названием “купеческой вольницы”, когда Аляской руководили промышленники - рыльский купец Шелихов, каргопольский купец Баранов, великоустюжский купец Кусков.
А после 1818, когда колония перешла под управление офицеров военно-морского флота, началась стагнация, которая в итоге привела к гибели колонии (хотя быт жителей и улучшился). Возможно, в подобных мероприятиях предприимчивость и личная инициатива действительно решают.
И, возможно, вся эта история показывает пример того, к чему приводит излишняя монополизация и отсутствие конкуренции - к проигрыванию конкуренции уже с внешними силами. Ну и про то, что сырьевая экономика имеет один недостаток - запасы природных ресурсов не бесконечны.
А у меня на этом всё, спасибо всем что прочли, ставьте лайки и подписывайтесь. Ну и всем пока!