Не того, который поэт-диссидент. И не его родственника. В Петербурге жил ещё известный человек с такой фамилией. Сегодня я «в гостях» у художника Исаака Бродского.
Оказывается, многие его картины видела раньше, только не запоминала почему-то автора. А он был любимым учеником Репина, писал великолепные пейзажи, сравниваемые некоторыми с кружевами.
Как один из лучших студентов Академии художеств, ездил в заграничную пенсионерскую поездку. После революции быстро сориентировался и стал знаменит своей ленинианой. «Ленина в Смольном» точно вспомнят те, кто застал СССР.
Были ещё и другие «Ленины». Бродскому, одному из немногих, было разрешено рисовать вождя даже находясь рядом.
Неудивительно, что такому важному для страны портретисту выделили не комнату в коммуналке, а двухэтажную квартиру в историческом здании в самом центре города.
В ней он прожил пятнадцать лет до своей кончины в 1939 году. Сейчас здесь музей, сохранивший подлинную обстановку некоторых помещений. И даже знаменитая коллекция картин, загадочно появившаяся у Бродского и считавшаяся третьей по размеру и ценности после Третьяковской галереи и Русского музея, частично представлена на стенах…
Интересно посмотреть, как жил художник. Захожу! На удивление, ни-ко-го. Только кассир и дремлющая смотрительница🤫. (Позже появились ещё три посетителя.)
Этот зал был центром квартиры, являясь одновременно столовой и гостиной. По примеру Репинских сред, Бродский устраивал четверги, где собирались известные художники, артисты и музыканты. За дубовым обеденным столом, покрытым скатертью с орнаментом в стиле «модерн», вокруг которого стоят обитые кожей дубовые стулья, проходили чаепития.
От оригинального убранства 19-го века остались паркет, панели на стенах, двери и оконное обрамление из красного дерева.
Также сохранился угловой камин из редкого, черного с оранжевыми прожилками мрамора.
Из такого же мрамора сделана полка на полубуфете между окнами.
Все вещи в квартире подлинные и принадлежали Исааку Израилевичу. Hа потолке — два оригинальных светильника, сделанных на заказ по рисунку самого Бродского.
На комоде лежит плоская деревянная шкатулка в виде огромной книги. Это бювар австрийской работы середины 19-го века для хранения больших листов бумаги с рисунками и репродукциями.
В углу стоит большой письменный стол с прибором для письма из шести предметов. Но главное украшение стола — фотографии, запечатлевшие дорогих Бродскому людей: Репина, Горького, мать художника и дочь.
Уникальные фотографии украшают и крышку старинного рояля фирмы «Бехштейн», почти все они с дарственными надписями — Репин, Куинджи, Есенин, Шаляпин, оперная певица Фатьма Мухтарова.
Музыка занимала огромное место в жизни художника, в детстве он мечтал стать скрипачом, играл на рояле и гармони. Он был постоянным посетителем Ленинградской филармонии, его друзья — Шаляпин, Дунаевский, Русланова, Утесов, испанский гитарист Андрес Сеговия. До 1930 года здесь находилась и мастерская художника. Эта комната служила также главным выставочным залом для уникальной коллекции. Сплошным многоцветным ковром картины покрывали стены столовой и всех других комнат. Репин, Нестеров, Левитан, Серов, Суриков, Шагал, Маковский, Айвазовский, Рерих…
Собрав около тысячи (!) произведений, Бродский подарил более двухсот работ своему родному городу Бердянску, где был основан музей, столько же работ подарено Днепропетровскому художественному музею, отдельные работы были переданы в другие музеи страны. После смерти Бродского в 1939 году его родные передали Академии художеств свыше пятисот произведений русских художников, и в этом же году вышло постановление о создании мемориального музея-квартиры, но он был открыт для посетителей лишь спустя 10 лет.
На стенах внутренней винтовой лестницы, как и при жизни Бродского, тоже висят замечательные картины из его коллекции. Стены почти до потолка второго этажа обшиты панелями светлого дуба. У подножия лестницы — угловой дубовый камин с чугунной топкой и решеткой, а рядом кофр немецкой работы.
Большой парадный зал на втором этаже после революции был отдан библиотеке (от квартиры его отделяло временное горизонтальное перекрытие). Но в 1930 году этот интерьер тоже перешёл во владение художника.
Мастерская сохраняет свой мемориальный облик. Мольберт, кисти и палитра, мебель и другие предметы обстановки — подлинные.
На спинках резных дубовых стульев размещены портреты Пушкина, Крылова, Глинки и Брюллова.
В основном здесь находятся работы самого Бродского. Много пейзажей и портретов дореволюционного периода творчества. Ещё тогда он выработал свой «ажурный» стиль.
«Теплый день» — одна из дипломных работ в 1908 году, за которую Исаак получил звание художника, золотую медаль и бесплатную поездку заграницу.
А за «Дворец Хенералиф. Гренада» и «Бой быков в Мадриде» Совет профессоров Императорской академии художеств продлил художнику заграничную командировку и предоставил пенсионерское содержание на второй год.
Потом было много и пейзажей, и портретов. Но революционная атмосфера начала 20-го века сильно повлияла на формирование характера Бродского и его дальнейшую судьбу. Работы, висящие в простенке за колонами — «Ленин на фоне Кремля», «Ленин на фоне Смольного», «Ленин в Смольном» — отражают его историко-революционный период. Также здесь экспонируется ранний портрет Сталина (1927). Большая картина «Красные похороны» напоминает о событиях «кровавого воскресенья» 1905 года.
Но самая грандиозная работа была создана в 1920-24 годы — «Торжественное открытие II конгресса Коминтерна во дворце имени Урицкого» (Таврический дворец). Оригинал находится в ГИМ в Москве. Размер 320x532 см. На полотне изображено около 600(!) человек (для сравнения: на знаменитом полотне Репина — учителя Бродского — со столь же эпическим названием «Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 года в день столетнего юбилея со дня его учреждения» размером 400x877 см — 81 человек). Здесь находится копия картины. Долгое время она была под запретом экспонирования из-за изображения участников, впоследствии объявленных «врагами народа»…
Вот о таком мастере я узнала подробности в этом музее. Кстати, Исаак Бродский был назначен директором Академии художеств. Им было много сделано для сохранения картин, не подходящих под тренд соцреализма. Всё рассказать и показать в коротком обзоре нереально. За кадром остались и личная жизнь, много фотографий, а также интересная временная выставка в бывшей спальне.