Особенно тяжело понять, что на седьмом десятке у тебя больше нет семьи

Мой единственный сын напомнил мне недавно, что Новый год — это семейный праздник. Но сказал он это так, словно я к нашей семье уже и не отношусь. Уверена, не обошлось без его жены, Алены. Она будто специально старается настроить его против меня. А он и рад угождать.

Сын женился два года назад. Алена — приезжая, своего жилья в городе у нее не было. До свадьбы она снимала квартиру с подругой. Мой сын жил со мной. У нас трехкомнатная квартира, места всем хватает.

Когда они поженились, встал вопрос, где жить. Алена категорически не хотела жить со мной. Да и я не была в восторге от этой идеи. Не потому, что она забрала моего сына. Просто мы с ней не сошлись характерами. Она мне не по душе.

Но я понимала, что если они будут снимать квартиру, то свое жилье купят еще не скоро. Платить за аренду и копить на ипотеку — дело тяжелое. Это на годы растянется. Поэтому я позвала их жить ко мне. Решила, что как-нибудь уживемся. Квартира большая, работаем мы все, пересекаться часто не будем.

Сын обсудил мое предложение с Аленой. Она согласилась. Не то чтобы с энтузиазмом, но все же. Они переехали. Заняли комнату сына и стали обживаться. А проблемы начались почти сразу.

Алена ничего не делала по дому. За собой чашку помоет — и все. Стирать свои вещи она тоже умела, но это ведь машина делает. А вот полы протереть, пылесос достать или ванну помыть — это уже не про нее. Я молчала неделю, две, три. Потом решила поговорить.

— Алена, — начала я, когда мы остались на кухне вдвоем. — Мне тяжело одной убирать за всеми. Может, договоримся и будем делить обязанности?

Она посмотрела на меня, будто я предложила ей кирпичи таскать.

— Я гостья в этом доме, — холодно ответила она. — А уборкой пусть хозяйка занимается.

Я растерялась.

— Какая гостья? — не выдержала я. — Ты же живешь тут, а не просто в гости зашла! — Живу, — кивнула она. — Но хозяйка тут вы, не я. Я за собой убираю, а остальное — не моя забота.

Я выдохнула. Спорить с ней не стала. Что толку? Решила, что этот разговор должен провести мой сын. Это он привел ее в дом, пусть теперь разбирается. Вечером поговорила с ним.

— Сынок, у нас с Аленой разговор получился. Она не хочет помогать по дому. Говорит, что она тут гостья. Это нормально?

Он смутился, но попытался оправдать жену:

— Мам, ну, ей некомфортно, она привыкла к другому. Может, не дави на нее?

— Не давить? — удивилась я. — Сын, ты понимаешь, что она тут живет? Живет, а не гостит. Я же не нанималась домработницей.

– Ну, по сути, Алена права, – неожиданно заявил сын, когда я решила с ним поговорить. – Она тут не хозяйка, вот и не лезет. Ты же знаешь себя, мам. Если она сделает что-то не так, ты ей потом покоя не дашь.

Я только растерялась от его слов. Спасибо, сынок! Сделал из меня какого-то тирана, готового сожрать человека за любую ошибку.

– Я не нанималась за вами, деточки, убирать, – не выдержала я. – Живете в моем доме – будьте добры соблюдать мои правила!

– А я говорила, что она будет нас попрекать, что мы тут живем, – вдруг раздался голос Алены из-за плеча сына. – А ты мне не верил!

Мои слова она перевернула так ловко, что я только руками развела. Попрекаю? Да никогда в жизни! Речь-то шла о другом: три взрослых человека в квартире, а убираюсь одна я. И при этом я тоже работаю, как и они. Но спорить я не стала.

Не прошло и месяца после этого разговора, как молодые съехали. Алена, сияя, как начищенная монета, торжествующе поглядывала на меня. В тот момент я не понимала, чего она добивалась, но со временем стало ясно.

С сыном наши отношения остались на первый взгляд нормальными. Но только на первый взгляд. Он почти не приезжал, объясняя это занятостью или тем, что теперь далеко добираться. Раньше часто звонил, писал, а потом и это стало редкостью. Я, конечно, понимала: у него своя жизнь. Сама звонила нечасто – не хотела навязываться.

Тем не менее праздники мы отмечали у меня. Новый год, мой день рождения, день рождения сына – все проходило в моей квартире. Я всегда готовила, накрывала на стол. Невестка в этом не участвовала, и я на помощь не рассчитывала. А то снова скажет, что я ей что-то предъявляю.

Правда, я никогда не настаивала, чтобы праздники были у меня. Просто предлагала – у меня ведь места больше, гостей удобнее принимать. Обычно они соглашались. Если бы предложили что-то другое, я бы не спорила.

Так было и на этот раз. Я позвонила сыну узнать, где будем встречать Новый год.

– Мы с Аленой хотели вдвоем посидеть, – ответил он.

– Ну, вдвоем – это понятно, – сказала я. – Приезжайте ко мне. Посидим узким кругом, я не против.

– Нет, мам. Новый год – это семейный праздник. Мы с Аленой будем вдвоем, – спокойно сказал он.

Меня словно ледяной водой окатили. Вдвоем? Семейный праздник? Это с каких пор я перестала быть семьей? Но я ничего не ответила. Пусть это останется на его совести.

С тех пор никакого новогоднего настроения у меня нет. Очень обидно. Особенно тяжело понять, что на седьмом десятке у тебя больше нет семьи. Только дальняя родня. А семьи – нет.