Несколько дней Анатолий Фёдорович провёл в реанимации. Он был без сознания. Андрей и Света очень волновались и переживали. Особенно Андрей. Он только недавно обрёл отца, и сейчас мог снова его потерять, но на этот раз уже навсегда. А они ведь так и не поговорили, отец обижен…
«Успеть бы объясниться с ним, - думал Андрей. – Иначе я себе не прощу».
На четвёртый день врач сообщил, что Анатолий Фёдорович пришёл в себя, но к нему пока нельзя. Врач также подтвердил свои опасения: ходить отец Андрея сам не может. Останется инвалидом.
— Главное, что жив, - сказал Андрей. – А на ноги мы его поставим.
Только через неделю доктор позволил родственникам увидеть больного. Андрей, Света и Славик приехали в больницу все вместе и вошли в палату.
Анатолий Фёдорович, увидев внука, расплылся в улыбке и крепко обнял его. На невестку и сына он не мог смотреть, прятал глаза. Ему было стыдно. Света и Андрей стояли у кровати, а Славик присел поближе к деду. Дед и внук немного поболтали.
— Славик, там внизу есть автомат со сладостями, - сказала Света. – Пойдём, купим что-нибудь.
Мальчик радостно запрыгал и ушёл с мамой. Теперь Андрей и Анатолий Фёдорович могли нормально поговорить. Андрей сел на край кровати.
— Папа, я хочу, чтобы ты не думал всякую ерунду про меня и про Свету… - начал говорить он, но отец перебил.
— Прости меня, сынок, я опять всё испортил, - сказал Анатолий Фёдорович. – Я ведь надеялся, что мы с тобой помиримся окончательно. Думал, ты простил меня, и теперь мы будем как одна семья. Ты в последнее время стал ко мне таким добрым, видно было, что ты больше не злишься. А потом я нашёл этот буклет и подумал, что я вам не нужен и вы хотите меня в интернат сдать. Поэтому и напился. Хотел умереть там же, возле магазина.
— Я просто выбросить его забыл, - сказал Андрей.
— Да, Света мне сказала, - ответил отец. – Я понял, что это я, дурак, опять набедокурил. Поэтому мне плохо и стало. А теперь очень стыдно. Прости меня, пожалуйста.
— Всё, хватит, - стал успокаивать отца Андрей. – Только пообещай мне, пожалуйста, что к бутылке ты больше не притронешься.
— Клянусь! – улыбнулся отец. – Скажи только, ты и правда меня простил? Правда не хочешь, чтобы я уезжал?
— Поговорим об этом один раз и больше вспоминать не будем, - сказал Андрей. – Конечно, я ничего не забыл из детства, эти воспоминания из памяти не стираются. Но я простил тебя и зла не держу. Ты совершил ошибку, но раскаиваешься искренне. Ты изменился. Я вижу, что ты меня любишь и мою семью тоже. Вот и будем дальше жить вместе, как одна семья. Всё, я простил, зла не держу.
Отец расплакался.
Через две недели Анатолия Фёдоровича выписали из больницы. Андрей и Света забрали его домой. Они купили специальную кровать для лежачих больных, оборудовали комнату так, чтобы отцу было удобно.
Так как оба супруга работали и днём не имели возможности ухаживать за Анатолием Фёдоровичем, было принято решение нанять для сиделку. Нашли очень хорошую женщину, Наталью. Она днём заботилась об Анатолии, кормила, делала массажи, следила, чтобы он принимал лекарства, и просто составляла ему компанию, чтобы скучно не было. А вечером Наталья передавала свой пост Андрею и Свете.
Сын, невестка и внук Анатолия Фёдоровича старались сделать так, чтобы ему не было тоскливо и скучно одному. Славик вечерами пропадал у дедушки в комнате. Они вместе смотрели там телевизор и беседовали. Андрей и Света тоже часто захаживали к отцу просто поговорить, обсудить последние новости, пообщаться.
Часто Андрей усаживал отца в коляску и вывозил в гостиную, а вечером обязательно возил в кухню ужинать.
— Ну чего ты меня таскаешь, - говорил отец Андрею. – Я же тяжёлый! Принеси мне в комнату еду, чтобы проще было.
— Я так не могу, - отвечал Андрей. – Мы, значит, сядем всей семьёй в кухне, будем ужинать. А ты там, в комнате, один будешь есть, как сирота? Не спорь, поужинаем вместе.
Анатолий Фёдорович послушно выполнял все предписания врача, старался делать гимнастику, принимал все лекарства по графику. Но надежды на то, что он снова будет ходить, не было.
Через два месяца после приступа Андрей вечером зашёл в комнату к отцу. Тот сразу спрятал под подушку какой-то листок. Похоже, это было фото.
— Что это ты там прячешь? – спросил Андрей.
— Да так, ничего, - ответил Анатолий Фёдорович.
— Что с тобой? Что-то болит? Ты какой-то расстроенный… - заволновался сын.
— Нет, всё в порядке, просто настроение такое сегодня, - тихо сказал отец. – Знаешь, я поговорить с тобой хотел. Когда я умру, похороните меня, пожалуйста, на родине. Рядом с мамой. Ну или хотя бы неподалёку. Деньги мои лежат на полке, в книге «100 советов для дома». Там на похороны должно хватить. Поминки по мне большие не делайте. Посидите семьёй, вспомните обо мне что-нибудь хорошее. Если, конечно, было хорошее…
— Папа, зачем ты всё это говоришь? – стал ворчать сын. – Рано ты начал эти разговоры, поживёшь ещё!
— Возраст у меня уже солидный, болячек много. Лучше заранее всё это сказать, чем опоздать. А жить мне недолго осталось. Мама твоя мне снится часто. В синем платье с ромашками. Оно мне так нравилось раньше.
— В нём её похоронили, - сказал Андрей.
— Красивое платье, - кивнул Анатолий Фёдорович. – Она говорит, что ждёт меня там. Представляешь, она меня тоже простила. Говорит, что мы с ней суждены друг другу и скоро снова будем вместе.
— Папа, это всего лишь сон, - ответил Андрей. – Давай вообще сменим тему. Кстати, а как вы с мамой познакомились? Когда мама и бабушка были живы, я не спрашивал, а теперь интересно.
Анатолий Фёдорович достал из-под подушки фотографию. Там они с Верой молодые, стоят рядом и улыбаются.
— Я только в спортивную школу устроился, - рассказал Анатолий Фёдорович. – Меня отправили в педучилище принимать зачёт по физкультуре вместо преподавателя, который заболел. Там я Веру и заметил. Она такая красавица была – стройная, высокая, косища длинная. Ой, какая скромница она была! Я на неё смотрел, смотрел, любовался – а она так застеснялась, аж пунцовая стала. На меня даже посмотреть стеснялась. Я потом после занятий стал её встречать. Она долго мои ухаживания не принимала. А потом влюбилась. Так и стали встречаться.
Андрей улыбнулся.
— Я ведь кроме твоей мамы никого не любил, - сказал отец. – Когда она умерла, я даже попрощаться с ней не смог прийти. Не верил, что её нет.
— А как же та женщина, с которой ты потом жил? – спросил Андрей.
— Не было у меня к ней любви, - ответил отец. – Я когда пить бросил, остался совсем один. Как оказалось, даже друзей у меня нет. Только собутыльники. Хотелось от одиночества выть. А тут продавщица в магазине глазки строить стала. Ну я и сошёлся с ней так, лишь бы одному не быть. Тяжёлая она оказалась женщина. Хорошо, что мы не вместе теперь. А вы со Светой как познакомились?
Андрей и Анатолий Фёдорович ещё долго болтали о сокровенном, душевно и доверительно, так, как никогда не разговаривали.
Через три дня, когда Андрей был на работе, ему позвонила сиделка отца. Наталья сообщила, что Анатолию Фёдоровичу стало плохо, и они на скорой едут в больницу. Андрей отпросился с работы и поехал к отцу в больницу. Но не успел. Наталья позвонила и сообщила мужчине, что его отец скончался от повторного приступа. Почему произошёл этот приступ, никто не знает.
Андрей, сам не помня как, приехал домой. Мужчина зашёл в комнату отца, сел на колени у кровати и стал плакать. В таком состоянии его застала жена, которая, узнав о случившемся, быстро поехала домой. Вечером о смерти деда сообщили и Славику. Вся семья очень тяжело переживала потерю.
Похоронили Анатолия Фёдоровича в родном городе, неподалёку от жены и тёщи. Поминки, как и просил отец, были скромные: только родные люди и соседи пришли помянуть его.
— Ну что, тётя Люба, за могилой отца присмотришь? – спросил Андрей.
— Конечно, какие разговоры, - ответила тётя Люба.
— Я думал, что откажешься, - сказал Андрей. – Всё-таки знаешь многое про нашу семью, про отца…
— Я не вправе судить его, - ответила женщина. – Бог рассудит. В любом случае, он раскаялся, с тобой отношения наладил. Может быть, пожалеет его Боженька, грехи отпустит. А за могилкой его я присмотрю. Только прошу тебя, денег не оставляй больше. Неудобно мне.
Андрей и Света поехали обратно в Москву.
— Жаль, что папа так мало пожил, - сказал Андрей.
Он задумчиво смотрел в окно, наблюдая, как позади остаётся родной город.
— Да, очень жаль, что он ушёл так рано, - ответила Света. – Но зато вы успели помириться, поговорить. И Славик узнал своего деда, будет помнить его. И мы тоже.
Супруги обнялись и вместе стали смотреть в окно.
Через год Славик вместе с папой приехал в родной город Андрея. Они хотели в годовщину смерти Анатолия Фёдоровича сходить на его могилу. Тётя Люба пошла с ними.
Слава положил деду на могилку букет гвоздик.
— Как там Света? – спросила тётя Люба.
— Нормально, - ответил Андрей. – С нами просилась, плакала. Кое-как убедил, что не нужно ехать.
— Правильно, что её с собой не взяли, - сказала тётя Люба. – Нечего на таком сроке ездить далеко. Кто у вас будет?
— Девочка – сказал Андрей. – Хотим Верой назвать.
— Хорошее имя, - сказала тётя Люба и улыбнулась.
Осенью у Андрея и Светы родилась девочка Вера. Славик продолжал лечить заикание, и теперь уже разговаривал почти идеально. Мальчик пошёл в первый класс. Благодаря деду Слава полюбил спорт. Он записался на несколько кружков в детской спортивной школе и показывал хорошие результаты, ездил на соревнования. А в шашки играл лучше многих старшеклассников.
Сын, невестка и внук часто вспоминали Анатолия Фёдоровича: как он говорил, когда был жив, что делал, какие смешные истории рассказывал. Вспоминали только хорошее.
В гостиной висело большое фото, вставленное в рамку: на нём Анатолий Фёдорович, Андрей, Слава, Света и её родители сидят за большим столом. Андрей и Света смотрели на это фото каждый день и вспоминали об Анатолии Фёдоровиче с улыбкой на лице.
А Андрею теперь не снились кошмары. Часто он видел во сне отца и мать вместе. Они шли по полю за руку и улыбались друг другу. После таких снова на душе у мужчины становилось легко и тепло.
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение — лайк и подписка)))