Каннский кинофестиваль этого года открыл зрителям множество новых имён, в числе которых оказался Хальвдан Ульман Тёндель - внук не нуждающихся в представлении Ингмара Бергмана и Лив Ульман. Его первая работа была представлена в секции "Особый взгляд", где с лёгкостью получила "Золотую камеру" - приз за лучший дебют. Норвежский "Арман" произвёл громкое впечатление на публику, отторгнув одну часть зрителей от экрана и притянув в его сторону другую. Сам Тёндель намерен запустить большую кино-карьеру, последовав по пути своего деда, и фильм о росписи родительского конфликта должен стать к ней громоздким прологом. Но как молодому постановщику удалось притянуть в свою сторону всё мировое влияние? И смог ли Хальвдан не ударить в грязь лицом перед почитателями культового творчества Бергмана?
"Арман" рассказывает историю столкновения нескольких родителей в школьных коридорах и узких кабинетах. В учебное заведение вызывают Элизабет, в прошлом - востребованную актрису, ныне - мать одного непослушного ученика: её сын по имени Арман сделал что-то очень плохое со своим ровесником, из-за чего репутация школы может полететь в тартарары. Тогда Элизабет сталкивается с родителями потерпевшего, вступая с ними в ёмкую и очень откровенную полемику: ребяческая вражда и непонимание рождают путаницу, а ужасные действия Армана оказываются внештатной реакцией на внутренние события в семье главной героини. Личное и открытое сплетаются в единую паутину, а вереница сюрреалистичных фантазий и депрессивных мыслей видоизменяют нарратив фильма, уводя его из дебрей разговорной драмы в степь очень личного психологического триллера
Действия "Армана" так и не покидают школьных пределов вплоть до появления финальных титров. На повестке все атрибуты ребяческой жизни в незнакомом социуме: буллинг, ненависть, зависть, перекладывание внешнего на внутреннее. Так и диалог между родителями перетекает из небольшого недопонимания в масштабную конфронтацию: секреты семейного прошлого Элизабет окутывают атмосферу пустых школьных коридоров, жизнь из которых испарилась подобно чувствам самой женщины. Камерное представление на потеху публике (администрации) видоизменяется уже в тот момент, когда из-под масок героев вырисовываются их настоящие лица: и как в таком хаосе понять, кто был виновен, а кто попросту оклеветал своего ровесника?
Вот и Тёндель до последнего уводит от зрителя прямолинейный ответ на столь банальный вопрос. "Арман" решает задачи не столько сюжетные, сколько характерные, близкие и лично знакомые каждому из нас: от того картина обходится без сокрушительного плот-твиста и по большей степени удивляет лишь проработкой экранных взаимоотношений столь неоднозначных персонажей. Уникальная и вызывающая актёрская работа Ренате Реинсве (одну пятиминутную сцену с ней вы точно запомните на всю жизнь) контрастирует с безжизненной серой реальностью внутри школьных стен, пороки в которой стали неотъемлемой нормой, а справедливость - внешним фактором, считающимся слабостью. Шок сменяется затишьем, затишье готовит к буре, а праведный рок так и не настигает виновников: относительно открытая концовка заставляет додумывать события уже самого зрителя, оттесняя самые разные предположения от близкого к нам взора. Где-то здесь виднеется рефлексия по первым работам Бергмана, атрибуты которых Тёндель так отчаянно пытается перенести на экраны
Но подобно самой мистической паутине, переплетаются в которой и личное, и семейное, и школьное, "Арман" не определяется с конечной нарративной точкой, сводя в распутьях родительские диалоги и откровенные выяснения отношений между близкими людьми. Вопрос "как?" перевоплощается в вопрос "почему?", культура социума спешно отъезжает на уличный фон, полу-пустые визуальные символы господствуют над смысловым содержанием, а психологическое противостояние превращается в физическое: пускай и в одном лишь воображении зрителя. В конечном счёте локальные проблемы семьи затмевают нравственность и порождают насилие: так виновен ли Арман в содеянном на самом деле? Да и происходило ли всё в реальности так, как это описывала сама жертва?
В конечном счёте Тёндель пытается расписать простую тему вереницей лирических отступлений и внешних проблем: детская вражда в "Армане" затрагивается лишь косвенно, буллинг - и вовсе получает одно единственное упоминание. И в тот момент, когда "Арман" мог вызвать паническое чувство дискомфорта и всеобъемлющей тревоги, картина сворачивает с проложенной тропы, концентрируясь на несколько иных вводных, интересных одному только Тёнделю. От того шокирующее признание одного из персонажей, которое случается уже в первом акте фильма, остаётся со зрителем до самой развязки, поскольку у самого постановщика не остаётся экранных сил для развёртывания всех запутанных родительских междоусобиц. Но здесь стоит признать, что для режиссёрского дебюта постановщик выбрал очень непростую, потаённую и провокационную тему, утерев нос всем мейнстримным ровесникам и конъюнктурным ремесленникам: это уже дорогого стоит