В предыдущем материале я начал повествование о своём питомце Беке. Он был уникальным и удивительным. Бек был дружелюбен со всеми членами семьи и другими домашними животными.
Невозможно описать все его качества, да и нет желания утомлять тех, кому безразличны животные. Однако меня поймут те, кто держит питомцев, особенно собак.
В этой статье я хочу поделиться историей о жизни моего пса в последние дни после пожара.
Собачья жизнь после пожара
Когда у нас дома случился пожар, меня с дочкой не было, мы уехали в город. Нам об этом сообщил внук Борис по телефону.
По дороге домой на одном из перекрёстков нас обогнала пожарная машина, и я поехал за ней. Дочку трясло от волнения, она была на грани нервного срыва.
— Папа, поторопись, — говорила она. Хотя уже было поздно что-то исправлять. — Они точно едут к нам, но почему так долго?
Я торопился изо всех сил, стараясь не нарушать правила. Пару раз даже смог догнать пожарную машину и поехал за ней на участке, где был ремонт дороги.
Когда мы подъехали к дому, там было много людей. Проезд для машин был закрыт. Оказалось, что один пожарный расчёт уже был на месте и тушил пожар. Весь дом был в огне, крыша и чердак сгорели. Там, под крышей, я оборудовал рабочий кабинет. В нём было два стационарных компьютера с мониторами, два ноутбука, источники бесперебойного питания, микрофоны, камеры и куча другой техники. Всё сгорело. Восстановить не получится даже за большие деньги.
Сгорели и все программы, которые я собирал 15 лет. Больше всего мне было жалко информации с сервера. Там были все мои наработки, шаблоны сайтов, обучающие материалы и так далее. Сгорели и личные альбомы, которые достались мне от тёщи Магдалины Петровны. Всё это уже не вернуть.
В доме были люди и животные. Моя жена была больна и прикована к постели, сама выбраться не могла. Двое мужчин спасли её через окно. Ещё были дети, которые смотрели мультики на ноутбуке крёстной. Они не знали, что дом горит.
Пожар начался от пластиковой коробки, которую установили на доме пожарники. Люди заметили пожар и вызвали пожарных. Когда крёстная узнала о пожаре, было уже поздно. Нужно было срочно эвакуировать детей и животных. Всё произошло очень быстро.
Бек и Борис были на улице, и в доме остались две кошки. Они спрятались, и их не могли найти. Ещё был больной кот, которого приютила дочка. Ему не повезло дважды: сначала его сбила машина, а потом покусали бродячие собаки. Кот смог убежать и спрятался в пустой собачьей будке. Там его и нашла дочка. Она отвезла кота к ветеринару, и после лечения привезла домой. Но оставлять кота в доме было нельзя, и его поселили в душевой пристройке. Там был не только душ, но и диван. Мы планировали поставить туда ещё и стиральную машину. Так что место было. За котом ухаживали и кормили его. Но во время пожара о нём просто забыли. Вспомнили, когда от душевой пристройки уже ничего не осталось.
Нас отправили в больницу
Жена сидела на коврике, который был постелен на земле. Я забрал Бека у Бориса и отвёл его к своей машине и посадил его в нее.
Нам с женой предложили поехать в посёлок Пролетарий.
— Там хорошая больница, вас примут, — сказала нам тётка из администрации.
Делать нечего, мы согласились. Мне разрешили подъехать поближе к скорой, туда, где сидела моя жена. Несколько человек помогли мне посадить её на переднее сиденье.
— Поезжайте! — сказала мне тётка. — Мы сообщим о вашем приезде, вас примут.
Мы уехали.
Ехать было километров 40. Нас там действительно ждали. К сожалению, уже был вечер, вышла только одна санитарка. Она выкатила кресло-каталку, мы с трудом посадили на него жену. Поднялись на 3-й этаж.
Беку пришлось остаться в машине. Я приоткрыл окна, чтобы ему не было душно. Машину припарковал под окнами больницы. Нас с женой поместили в отдельную палату, даже с холодильником.
Прогулки и поездки с Беком
Я выгуливал Бека три раза в день: утром, в обед и после ужина. С кормёжкой проблем не было. Я купил для него сухой корм, а санитарки давали остатки еды после того, как больные поели.
Сначала мы просто гуляли по парку. Но потом я решил выгуливать его и за больницей. Там не парк, конечно, но всё равно классно: деревья, кусты. Август был, жара страшная, а по вечерам и ночью иногда гроза с дождём.
И вот однажды, когда я гулял с Беком в парке, мне сказали, что где-то есть место, где можно искупать собаку. Я решил найти это место и искупать своего пса, потому что ему было жарко.
Я спросил у местных, где речка, и мы с Беком пошли туда пешком. Путь был не очень длинный, но для Бека это было испытание. По дороге я уже пожалел, что пошёл искать речку пешком.
Когда мы пришли, я завёл Бека в воду по брюхо и начал поливать его водой. Мой пёс быстро почувствовал себя лучше. Он перестал тяжело дышать. Потом он зашёл поглубже и сел. Он сидел так долго и никуда не собирался идти. Но нам нужно было уходить. Мы пошли обратно. Обратно шли быстрее, потому что псу было легче идти.
Я привёл своего пса в больничный парк, чтобы он обсох и отдохнул. Потом я, как всегда, отправил его в машину до следующей прогулки.
Трудно быть погорельцами
Короче, после пожара, когда мы с Беком выписались из больницы, а мою жену перевели на второй этаж, мы поселились в квартиру, которую снимала дочка. Тесновато было, конечно, но ничего.
Но тут хозяйка говорит, что продаёт квартиру, и нам нужно съехать. Мы нашли дом за городом. Не очень большой, но зато с огороженной территорией, где можно выгуливать собак. Там был колодец и большая баня. Правда, помывочная всего метров десять, а остальное — две комнаты, одна из которых занимает половину строения бани.
Стояли морозы, а отопления, кроме тёплых полов, не было. Их тепла не хватало. Газа тоже не было. Дом был плохо утеплён, и было холодно. Пришлось покупать обогреватели. На кухне была только электроплитка, и мы купили газовую плиту и баллон к ней. Хозяйка разрешила нам её установить.
Ещё пришлось обшивать и утеплять сарайчик, где жили дочкины собаки породы кане-корсо. Раньше они жили в гараже на участке сгоревшего дома, но с холодами их нужно было переселить. В сарайчик я поставил воздушный обогреватель.
Мы думали, что будем там долго жить, поэтому мне с Беком выделили отдельную комнату. Но псу там было некомфортно из-за тёплого пола. Его приходилось уменьшать или отключать. Для своей комнаты я использовал тепловентилятор. Беку смастерил отдельную кровать и постелил старый детский матрасик.
Наконец-то моему псу стало удобно. Теперь можно было включать тёплый пол, хоть и не на полную мощность. Правда, из-за сильных морозов в комнате всё равно было прохладно.
У входа в комнату были ступеньки. Стоишь рядом и чувствуешь, как откуда-то из подвала дует холодом. Чтобы не замёрзнуть, приходилось включать тепловентилятор. В общем, жить в этом доме было не очень комфортно.
Мы решили, что этот дом не стоит тех денег, которые мы заплатили хозяйке. Дом и баня не были предназначены для жизни и использования зимой.
Мы решили переехать и искать новое жильё. Сказали об этом хозяйке. При заселении она взяла с нас оплату за два месяца вперёд. Когда она узнала о нашем намерении уехать, потребовала, чтобы мы съехали в тот же день.
Оплата за второй месяц была больше, чем сумма оплаты за электричество, но нам разницу не вернули. Хозяйка сказала, что ей нужно снова давать объявления, а мы своими действиями нарушили её планы.
К счастью, городская администрация предоставила нам жильё в своём маневренном фонде. Мы переехали.
Кровать Бека тоже перевезли, я обородувал ему новое место в своей комнате.
Собаки обладают такой же чувствительностью, как и люди
Когда-то в школе нам рассказывали про опыты Павлова и говорили, что у животных есть только инстинкты. Может, я бы так и думал до сих пор, если бы не общался с домашними животными — собаками и кошками.
Я уверен, что наши питомцы — умные и чувствуют всё как люди. Иногда говорят: «Это у него глупая собака, а вот эта умная». Но часто собака не глупая, а просто с ней никто не занимается. Не в обиду хозяевам, но если хозяин глупый, то и собака будет глупая.
Ещё я слышал, что собаки из семей знают около 400 слов и понимают их. Может, и больше. Все собаки, по-моему, немного телепаты и понимают своих хозяев без слов.
Кстати, Бека я часто понимал с одного взгляда.
Пока моя жена была в больнице и не появлялась дома, пёс скучал без меня и не хотел оставаться один. Мне приходилось брать его с собой. Иногда, конечно, я оставлял его дома, но это было редко. И тогда Бек начинал устраивать скандал: выл, просился на улицу и не давал никому покоя.
— Пап, — говорила мне дочка, — тебе придётся брать его с собой. Он плачет без тебя и никому не даёт покоя. Даже моё присутствие его не успокаивает надолго. Ему не хватает мамы. Я уверена, что если бы мама была дома, он бы вёл себя спокойно.
Дочка была права. Когда жену выписали из больницы и она вернулась домой, Бек успокоился. Он стал вести себя спокойно, и мне больше не приходилось брать его с собой.
Когда я гулял с Беком на улице, люди часто замечали, что ему трудно ходить. Кто-то понимал, что пёс уже старый, а кто-то спрашивал, что с ним.
— Смотри, старенькая собачка, — говорили одни своим детям.
— У него что, с лапами проблемы? Или он просто старый? — спрашивали другие.
— Да, старенький он уже, — отвечал я со вздохом. — Да и лапы у него болят.
— А сколько ему уже? — интересовались некоторые прохожие.
— Скоро будет тринадцать лет, — отвечал я.
Некоторые люди говорили, что я молодец, что продолжаю ухаживать за своим псом и не усыпляю его, как другие.
У моей дочери была собака, у которой сначала был мастит. Потом опухоль переросла в рак. Собака была уже старая, и вместо операции, чтобы не мучить её и себя, дочери предложили усыпить собаку. Дочка плакала, но её уговорили. Собаку усыпили. Я с ужасом думал, что такое может случиться и с Беком.
— Нет, — говорил я жене и дочери, — я не смогу усыпить Бека ни при каких обстоятельствах. У меня не хватит на это сил, потому что он для меня не просто пёс и член семьи. Я люблю его, как если бы он был моим сыном.
В последние дни жизни Бек стал проситься ко мне и больше не хотел оставаться с женой. Я надеялся, что он проживёт ещё долго.
Однажды мы пошли с ним гулять. Спустились на этаж, и вдруг он лёг на лестничной площадке и не хотел подниматься. Пришлось нести его на руках. Это было непросто, ведь он весил больше сорока килограммов.
Я поднял его на третий этаж, вынес матрас и положил на него Бека. Мы с внуком аккуратно втащили пса в комнату. Он тяжело дышал, но вскоре поднял голову и посмотрел на меня. Я погладил его.
— Сейчас принесу тебе воды, — сказал я.
Я взял миску и пошёл на кухню. Помыл её и налил воду. Когда вернулся, пёс лежал на полу и не дышал. Он умер.
На душе стало тяжело. Все меня успокаивали: жена, дочка, внуки. Я понимал, что это неизбежно, но всё равно не мог смириться с тем, что теряю того, кого любил и кто был мне преданным другом.
Старшая внучка позвонила мне и сказала, чтобы я не переживал.
— Деда, я тебя понимаю. Мне тоже жалко Бека. Но он прожил хорошую и долгую жизнь.
Подписывайтесь и ставьте лайки
Читайте предыдущую статью и другие статьи о животных на моем канале.
Всем добра и хороших друзей!