Валентина Семёновна, натягивая зимнее пальто, пробурчала: — Уже не молодая, чтобы на перроне в снежную бабу превращаться, но сестре обещала — приеду. Дети, внуки… Куда я денусь? Пока вокзальные объявления сменяли одно другое, в голове крутился список: подарки собраны, платье на праздник захватила, комплект белья для банного вечера с роднёй положила… Всё вроде на месте. Вот и поехали. В вагоне уже раздавались звуки батончиков и шуршание стаканов с чаем. Пассажиры спорили, делились историями. Девушка у окна, опершись на свою большую сумку, ворчала: — Ну и зачем я еду? Отель ведь вызвали… Поживи месяц, говорят. Приют для бродяг сделали. Валентина Семёновна невольно улыбнулась: — Ну, уж вы скажете! Знаете, самарцы славятся своим гостеприимством. Родственников принимают, как дорогих гостей. Печеньем, чаем — всем делятся. Девушка бросила быстрый взгляд: — Печеньем… Ага. Нас тут уже вся семья встречать будет. Внуков трое, тёть, дядь — полный дом. Весело будет. — И это плохо? — Валентина Семё