Город Данилов Ярославской области замечателен тем, что из него выходят десять дорог, семь автомобильных трасс и три железных. «Данилов – перекрёсток десяти дорог» – такой девиз вполне украсил бы туристический буклет или стеллу-аншлаг, встречающую путешественников при въезде.
Сегодня мы направимся из Данилова на юго-восток в сторону села Середа. «Кто последний на Середу?» – такой возглас бывало раздавался на Даниловской автостанции.
Эта дорога – часть старинного пути из Костромы в Пошехонье и на Белое Озеро. Особенно активным и многолюдным он никогда не был – обычный сельский просёлок. Леса и болота в низовьях Касти на отрезке от села Бухалова до Самети во все времена были труднопроходимы. В эпоху конных упряжек и гужевого транспорта этот путик использовался лишь зимой или в сухой конец лета. В Кострому предпочитали ездить через Закобякино и пристань Исады.
К середине 20 века, после затопления водохранилищ связь Данилова с Костромой посуху окончательно оборвалась. Дорога упёрлась в Бухалово и приобрела исключительно местное, районное значение.
Улица Циммервальда в Данилове раньше называлась Костромской. Именно отсюда, от перекрёстка с Луговой начинался путь в Кострому. Современная Раменская улица за линией – часть этой дороги.
Первое препятствие на пути – речка Коньша. Здесь всегда была болотина, сырое и труднопроходимое место. Ещё в начале 19 века усилиями местных помещиков здесь был построен мост на опорах. Он располагался там же, где и сегодняшний автомобильный. Далее дорога поднималась в Раменскую гору.
Раменье
Первый населённый пункт на середской дороге – Раменье. В старину дорожка шла по-за околицей, как и сегодня. Главная улица деревни ориентирована иначе, по отношению к дороге протянулась наискосок. Улица смотрит не в город, а в направлении сёл Троица-Колясники и Морозово, местных церковных приходов.
Топонимы Рамень, Раменье, Раменки, Раменское и подобные им названия часто встречаются на карте России. Они имеют типичную природно-хозяйственную основу. Словари трактуют значение слова противоречиво. С одной стороны – это «густой, тёмный лес», с другой – «вырубка в лесу, поле посреди леса».
Изначально раменье – это вырубка в лесу под пашню; поле обрамлённое высоким, тёмным лесом. На заре освоения лесных пахотных угодий первые землепашцы разрабатывали починки. Вырубали просеку, выжигали и корчевали пни. В итоге получались расчищенные участки посреди леса. Поле получалось словно бы заключённое в раму из высоких деревьев. Типичная картина, которую можно наблюдать и сегодня на лесных делянках.
В условиях «подсеки», подсечно-огневого земледелия, лесные росчисти давали обильные урожаи в течении нескольких лет. После истощения пашню запускали, забрасывали и она снова зарастала подлеском. Об участке забывали на несколько лет, до тех пор, пока на нём не вырастал новый лес. Проходили годы и на старое поле возвращались пахари сечь лес под новый посев. Начинался новый цикл оборота земли.
Эта цикличность отразилась в двойственном значении слова. В современном русском языке термин раменье из профессионального жаргона лесников обозначает уже не поле, а наоборот «густой, труднопроходимый лес». В итоге, топоним Раменье следует трактовать как «лесная пашня»; «поле, заросшее лесом».
Согласно переписной книге Даниловской волости 1710 года (эпоха Петра I) деревня Раменье указана как новопоселённая. Деревню, видимо, заново основали в конце 17 века на старом, давно поросшем лесом поле.
Займа
Современная автотрасса вытянута как струна. В старину же просёлок петлял по полям и перелескам, из Раменья он вёл путников в Займу. Современная автотрасса в основном проходит в объезд деревень. В старину во времена гужевого транспорта, крестьянские телеги и дворянские экипажи проезжали непосредственно по их центральным улицам. Там деревенская улица в десять крестьянских дворов ориентирована как раз вдоль старого путика.
Займа – типовое название, оно имеет смысл «заиметь, занять место». Слово имеет близкие к Раменью семантическую основу и связано с землепользованием. Таким образом делался акцент не на начале нового поселения, а на завладении земельным участком. Такая категория поселения, как «займа», характерен для Северного Заволжья, в южной части губернии он практически не встречается. В Пошехонье есть Займы, у которых сохранились персональные идентификаторы – Займа Баранова, Займа Соболева. Есть даже Займа Жидова.
Чья была даниловская Займа, увы, осталось неизвестным. Вторая, именная часть была утрачена ещё до первых фиксаций деревни в документах.
Малое Марьино
Между Даниловым и Середой находятся три деревни Марьино. Первое – Малое, второе – Большое, третье, возле Середы, – просто Марьино. Современное Малое Марьино заметно крупнее Большого. В старину же всё было наоборот; в Большом было 20 дворов, в Малом – десять. Нынешние названия отражают соразмерность этих населённых пунктов по состоянию на начало 20 века.
Слово Марьино является притяжательной формой прилагательного и отвечает на вопрос «Чьё?». Хозяйкой земли на ранних этапах местного землевладения была некая Марья. Скорее всего это была вдова служивого дворянина, сына боярского. Возможно, деревня являлась её личным наследным имением, которое по завещанию оставил ей супруг. По времени появление этого топонима следует относить к 14—15 векам. Может даже статься, что одноимённые деревни на середском направлении были связаны с одной какой-то хозяйкой по имени Марья.
Марьино Пузыревское
До революции у деревни Малое Марьино в народе было другое уточняющее обозначение – «Пузыревское». К 16 веку Марьино вместе с соседними деревнями перешло из частной собственности в ведомство Даниловской дворцовой конюшеной слободы. Впоследствии крестьяне этих деревень числились государственными. И так было вплоть до царствования Павла I.
В конце 18 века Марьино снова стало частным владением. В 1798 году указом царя за определённые заслуги перед государем генерал-майору Петру Александровичу Пузыревскому были пожалованы земли из состава бывшей дворцовой волости. Десяток деревень и три села (Реброво, Барлово и Морозово) перешли из казны в частное владение. Редкий, кстати, случай для нашего края. Крестьяне Раменья, Займы, Воронино и Марьино в одночасье стали владельческими, то есть помещичьими.
Хорошо это было или плохо – трудно судить. Так продолжалось несколько десятков лет, до середины 19 века. После кончины Петра Александровича обширным имением управляла его вдова Амалия Карловна Пузыревская-Борк, немка по происхождению. В народе её звали «генеральша Пузыревская».
Барыня прикладывала заметные усилия, чтобы обеспечить достойную жизнь своим крестьянам. Она выстроила на свои средства церковь в селе Морозове, профинансировала осушение дорог и обустройство мостов через речки, чтобы крестьяне могли беспрепятственно посещать церковные службы по воскресениям. Прочные и долговечные мосты на сваях через Коньшу и речку Соню были оборудованы её распоряжениями.
Судя по архивным документам, после кончины барыни в поместье произошли беспорядки. Имение снова вернулось в государственное управление, к власти пришли волостные старосты, которые стали разом менять устоявшиеся традиции. Начали забирать без разбору молодых парней в рекруты и на солдатские поселения. Всё это пришлось не по нраву местным мужикам. Раньше они сами на общих сходах решали между собой – кого отдать в солдаты, либо выкупали жребии, агитируя нищих и бродяг. Кажется, при Амалии Карловне им жилось привольнее.
После революции название Пузыревское, напоминавшее столь ненавистное крепостное право, старались более не поминать и записали деревню по-новому – Малое Марьино, хотя местные жители так уничижительно свою деревню не называли. Никогда оно не было Малым. Просто – Марьино.
Дмитриково
Современная автотрасса проходит мимо деревень и ведёт через Калитино по направлению на Псарёво. Миновав Марьино, трасса ныряет в овраг, где течёт речка Чернавка. Перед речкой на угоре раньше была небольшая деревенька Дмитреково. Там до сих пор возле дороги заметны старые яблоньки.
Производная уменьшительная форма Дмитрик, от которой образовано название, характеризует первооснователя деревни как простого зависимого крестьянина-землепашца.
Калитино
За речкой, справа от трассы расположена деревня Калитино. В Даниловском районе две деревни имеют такое название, и неспроста. Мелкие вотчинники Калитины фигурируют в документах 16 века по Костромским землям, к которым принадлежали окрестности села Даниловского.
А на суде были у Костянтина его товарищи: Васка Васильев сын Пушечников да Митя Иванов сын Калитина ... (1505 г.)
Да взять ми на Федоре на Григорьеве сыне Полозова да на его человеке на Яше на Калитине полтина денег по кабале... (Духовная Семёна Захарьина сына Арыпова Матафтина, 1510 г.)
Именно второй Калитин скорее всего дал свою фамилию даниловской деревне. Запись «...его человек» означает, что этот Яков служил у сына боярского Фёдора Полозова, а одно из поместий семьи Полозовых располагалось поблизости – в сельце Алексеевском на Коньше. Местные Калитины принадлежал к самой низовой прослойке служивых людей, из которой впоследствии вышли помещики-однодворцы, балансировавшие на грани между дворянским и мещанским сословиями.
Фамилия Калитин происходит от прозвища Калита. Точно такого же, какое было у великого князя Ивана Даниловича Московского. Калита – это кошелёк или поясная сумка. Скорее всего Яков Калитин служил при боярине вестовым, посыльным и постоянно ходил с сумкой-калитой на боку.
Заметим, что грамматически корректно ставить ударение на второй слог – Кали́тино, но местные жители традиционно ударяют на концевую гласную – Калитино́.
Потешкино
В старину просёлочная дорога шла сильно правее, из Займы через деревню Потешкино и сельцо Высоково, обходя крутые овраги речки Чернавки. В Потешкино было когда-то шесть дворов. В основе его названия лежит прозвище Потеха. Опять же, в уменьшительной форме – Потешка. Человек весёлого нрава, который умел всех рассмешить, балагур, острослов и душа компании. Прозвище было ходовое, в каждом селе был свой Потеха.
Фамилия Потехин, кстати, хорошо известна в Семлове и сейчас. Вполне возможно, что она имеет древние родственные связи с этим ойконимом.
Высоково
Далее за овражком, на дне которого струится ручей Чёрный, приток Чернавки, стояло сельцо Высоково (Высокое). Здесь располагался дом небогатых помещиков. Возможно там обитали потомки тех же Калитиных либо кто-то из многочисленной семьи Кафтыревых.
Высоково действительно было на пригорке. Название происходит от характеристики «высокое», принявшей в народной речи стандартную форму притяжательного прилагательного с окончанием «-ово».
Чернышёво
Просёлок вёл мимо усадьбы к следующей деревне – Чернышёво, состоявшую когда-то из пяти дворов. Черныш – простое деревенское прозвище. Чернявый человек, с чёрными, как смоль, волосами. От Чернышёво, по всей видимости, наследовала своё название и местная малая речка Чернушка (Чернавка).
Спасибо, что прочитали. Продолжение следует. Ставьте нравлики, подписывайтесь на журнал!